Моя жизнь: до изгнания
![Моя жизнь: до изгнания](/uploads/covers/2024-04-24/moya-zhizn-do-izgnaniya-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Михаил Шемякин
- Жанр: Биографии и Мемуары
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Моя жизнь: до изгнания" полностью
Привратник Аввакум
Каждое утро тяжёлые деревянные ворота обители со скрипом открывались для посетителей, среди которых были богомольцы, праздные зеваки и любители русской старины. После окончания вечерней службы с уходом последнего посетителя ворота закрывались и запирались.
Привратником был небольшого росточка деревенский мужичок в стареньком выцветшем подряснике, опоясанном широченным монашеским поясом, с которого свисала связка громадных средневековых ключей. Из-под нахлобученной на лоб скуфьи поблёскивали буравчики глаз, со злобой и подозрением оглядывающих каждого входящего в ворота. Звали привратника отец Аввакум.
Иногда его фигурёнка вставала перед не понравившимся ему человеком, и злобным голосом привратник вскрикивал: “Тебе чего надо?!” И, не дожидаясь ответа, грозно приказывал: “Читай «Верую»!” Оторопевший посетитель бормотал что-то невразумительное и, окончательно смутившись под суровым взглядом преградившего ему путь монаха, отходил от ворот. Были те, которые бойко начинали: “Верую во единого отца Вседержителя! Творца видимого и не…” “Проходи!” – милостиво бросал им привратник, не дожидаясь продолжения Символа веры. Но были и скандалисты, которые грозились написать в газету о недопустимом поведении привратника или обратиться с жалобой к отцу наместнику. При упоминании о наместнике отец Аввакум заметно скисал и, сердито бормоча себе что-то под нос, с видимой неохотой пропускал скандалистов. Были и такие, которые просто грубо отталкивали старика и смеясь проходили в ворота. Тогда вслед им неслась отборная брань, которой могли бы позавидовать матросы.
“Говорят, что рисовать умеешь. Верно?” – спросил он как-то раз меня. “Рисую понемногу. А что?” – ответствовал я, с интересом разглядывая фигуру злобного старика. Оглянувшись и видя, что никого вокруг нас нет, он достал из-под полы подрясника старый кожаный бумажник, вынул оттуда отполированную тонкую фанерку и протянул мне. Затем из того же бумажника извлёк небольшой поистёртый, сложенный вчетверо бумажный церковный плакатик, на котором был изображён скалившийся скелет, одной рукой держащий большую косу, а другой указывающий на чёрный гроб. Надпись наверху гласила: “Человек! Ты видишь, что стоит перед тобой! Оглянись назад – Смерть и коса ждут твоего последнего часа!”
Пытливо глядя на меня, привратник продолжает: “Бумага истлела, а нарисованная на дощечке картинка будет долго держаться. Носить при себе день и ночь буду. – И шёпотом добавляет: – Придёт смертушка за мной, а я раз – вынимаю твою картинку, показываю и говорю: видишь, всегда о тебе помню! Вот она повернётся и уйдёт, а я жить дальше буду”.
Я скопировал церковную картинку, покрыл её лаком, подсушил и принёс привратнику, который тут же сунул её в бумажник. “Денег за неё не дам, а подарочек тебе всё же сейчас принесу из кельи. А ты, отрок, постой на воротах, пока не вернусь. Безбожников не пущай. Скажи, отец Аввакум не велел”.
Через полчаса он вернулся с большим бумажным свёртком. “Прими, пригодится, – сказал он, протянув его мне. – Там погребальный обряд для усопшего”. Признаться, мне от этого подарка стало не по себе. Я что, должен вскоре умереть? Ведь не зря монах дарит мне погребальный наряд. “А зачем мне это? Я вроде умирать пока не собираюсь?” – спрашиваю я отца Аввакума. “Я же тебе сказал – пригодится”, – убеждённо произносит монах и не оглядываясь идёт к воротам.
По возвращении моём из монастыря в скором времени умирает моя горячо любимая бабушка Мария Памфиловна, дочь священника. Одна из её дочерей говорит мне: “Ты же знаешь, мы все атеисты, ты один у нас верующий и церковный. Отпевать в церкви твою бабушку не будем, но что можно сделать для неё из церковного обряда? Сделай, пожалуйста!” И моя бабушка лежит в гробу, накрытая церковными покрывалами, испещрёнными молитвами, лоб обвивает погребальная лента с молитвенными словами, в руки вложен фанерный крестик. Пригодился подарок монаха-привратника! Не так уж прост оказался этот низкорослый деревенский мужичок, одетый в монашеский подрясник.