Возмездие за безумие
![Возмездие за безумие](/uploads/covers/2024-04-17/vozmezdie-za-bezumie-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Возмездие за безумие" полностью
Глава 52. «Нам может помочь только Вера»
Галя и Сюзанна сидели на скамейке в сквере, той, что пока ещё сохранилась нетронутой возле фонтана со слоником. Вокруг памятника опять велись какие-то ремонтные работы и ходили слухи, что слоника хотят снести в пользу расширения кафе, открытого при нём. Козлова намеренно увела подругу подальше от проезжей Атаманской, боялась, как бы ни нагрянул Валерий, не увидел подруг вдвоём:
– У тебя он сегодня был?
Галя сразу поняла, о ком речь, и кивнула.
– Зачем приходил?
– А ты догадайся своим сверхчутьём, – Ухова повернула лицо и посмотрела на соседку с издевкой, – Что не можешь?
– Могу. Про квартиру говорил.
Лицо Гали вытянулось:
– Точно.
– Что именно?
– Что именно? Да какая тебе-то печаль, Сюзя? Разве тебе не всё равно, что со мной происходит? – Галя мотала туфлями в воздухе как барабанными палочками, рассекая воздух резко, с остервенением.
– Представь себе, что нет.
– Ну и ладно. Все равно я не обязана тебе докладывать про свои дела. Валерий —благородный человек. Он решил помочь мне с квартирой. Чужой совсем, казалось, мужик, а такую заботу проявляет.
– Что? Что ты сказала? Помочь? Как помочь?
– Новую квартиру мне покупает. На набережной Южной, – адрес новостроек Галя произнесла со значением, но не глядя на подругу.
От новости Сюзанна задохнулась и даже не смогла сразу заговорить. Мгновенно ей стали понятны манипуляции Валерия с квартирами, и зачем Валерий так торопил её с заявлением об отказе от собственности. Галину двушку в центре, пусть и на девятом этаже, пусть без ремонта и без паркинга, всегда можно было продать гораздо дороже, чем стоила однокомнатная, которую купили Сюзанна с Ромой. А эта дурочка радуется, что её облагодетельствовали. Да Валерий, как минимум, лимон выгадает на сделке! И наверняка Уховой разницу не отдаст; не для того всё затевал. К тому же, и покупателя искать не нужно: Ваня Козлов уже на приводе. Боже! Что творится. Как он всех подставил, этот элегантный, вальяжный, весь из себя такой внешне благородный Валерий. Вот только как всё теперь объяснить Гале? Ведь не поверит. После того, что узнала про неё с Ромкой, точно не станет слушать.
Сюзанна повернулась и посмотрела строго:
– Галя, я понимаю, что для тебя сложно будет услышать то, что я тебе сейчас скажу, но я прошу тебя – наберись терпения.
– Это важно для кого? – теперь Ухова играла голосом. Так иногда вредничают дети, уверенные в том, что их не накажут.
– Прежде всего, для тебя.
– Да ну? Серьезно, что ли? Или опять что-то крутишь? – жестокая улыбка не сходила с уст женщины. Обида, которую она переживала последние две недели, не позволяла ни простить бывшую подружку, ни даже предоставить ей право высказаться.
– Послушай! Очень прошу… – Сюзанна протянула руку, чтобы привлечь внимание Гали. Ухова резко дёрнулась.
– Ну, давай. Только начистоту… – Галя прекрасно понимала, что им обеим необходимо выяснить отношения. Невозможно превратиться во врагов вот так сразу. Пусть даже и чудовищно представить, что Сюзанна могла спать с Ромой и за спиной Юли решать какие-то дела с квартирой. Но ведь, как женщина, Галя прекрасно понимала, что представляла собой перед смертью её дочь, как она вела себя с мужем, какой была хозяйкой. Поэтому частичное оправдание Сюзанне было уже за эти две недели ссоры сделано. Понять – это не простить, – Без фантазий сможешь? – впервые Ухова повернула лицо к Козловой и посмотрела на неё совсем серьёзно. Во взгляде была боль, а ещё мольба о помощи разрубить тот гордиев узел, что сплёлся вокруг горла Уховой.
И Сюзанна, понимая, что не может не быть откровенной, что это единственный путь к спасению их обеих, стала рассказывать про то, как именно она познакомила Ухову с Валерием, как вынашивала в голове план оторвать при помощи богатого любовника Галю от Виктора и решить все её проблемы. Как очень надеялась, что Кирилл, которого с Валерием связал вплотную бизнес, станет информировать её об отношениях любовников. С другой стороны, это будет делать Галя. Но ничего из этого не вышло: Кирилл был для финансового дельца только объектом наживы, Галя же, подсознательно чувствуя себя в опасности от того, что имеет внебрачную связь, тоже говорила об их отношениях с Валерием крайне мало.
Ситуация выходила у Сюзанны из-под контроля, и окончательно она это поняла тогда, когда погибла Юля. Травма, пережить которую Галя не могла, навсегда закрыла для женщины мир удовольствий. И поэтому планировать какие-то альянсы и извлекать из них выгоды оказалось для Козловой невозможным. Все труды были потрачены зря, но Сюзанна тешила себя ещё надеждами на то, что сумеет сделать из Валерия собственного любовника. После случившегося у неё в квартире сегодня стало ясно, что и эта надежда обречена. Валерий никогда не станет её мужчиной, тем, на кого можно будет положиться, и с кем можно будет проворачивать дела. По натуре он был волк одиночка и со всеми своими проектами справлялся сам, не привлекая в них партнёров, тем более женщин.
– Он не любит никого. Даже жену, которая посвятила ему жизнь, представлял всем психически больной. А на деле, она просто разочарованная и брошенная женщина. Не веришь? Я скину тебе эсэмэской их домашний телефон, позвони, проверь, – телефон был впопыхах оставлен дома. Чтобы не забыть сделать обещанное, Козлова сорвала прошлогоднюю травинку у лавки, пережившую в числе прочих несуровую южную зиму, намотала её на указательный палец, как памятку.
Ухова кивнула на зелёную перетяжку:
– Зачем мне это?
До неё с трудом доходил смысл сказанного. На поверхности, как по воздуху, плавали фразы о том, что её отношения с мужчиной, которому она смогла поверить, на деле оказались всего лишь чьей-то спланированной акцией. Значит, Вера Иванова был права, когда две недели назад предложила ей, дуре безмозглой, оценить всё, о чём женщины говорили до её прихода и, тогда, возможно, она смогла бы во всём разобраться, спокойно и взвешенно приняв нужное решение. Теперь времени на это не было: нужно или безоговорочно принимать то, что слышит, или вставать и уходить. Желание услышать продолжение оказалось выше гордости. Инстинктивно Ухова протянула руку к травинке на пальце Сюзанны, потянула её, желая развязать, но растение впилось в палец ещё больше. Тогда Ухова сорвала такую же точно и стала наматывать-разматывать её себе то на один палец, то на другой. Ей сейчас вспомнилось, как Сюзанна настаивала на том, чтобы Галя пригласила Валерия к ней в гости тогда, в сентябре, когда Витя с девочками был на море. Как оба разыгрывали перед ней их якобы первую встречу, а на деле были уже знакомы. Как потом Сюзанна жарко шепнула в ухо: «Ну, ничего себе мужик!». И от этого Галя горделиво прогнулась и почувствовала себя женщиной, способной привлекать таких вот красивых мужчин. Как на прощание, перед тем, как предоставить квартиру двум людям, отношения которых должны были стать близкими, это было заметно по всему, Козлова заговорщически подмигнула и подняла большим пальцем подбородок Уховой:
– Вперёд! На мины!
Тогда эта поддержка казалась дружеской, теперь представлялась коварной, отчего было обидно до слёз, и поэтому не хотелось в это верить, как будто можно было отодвинуть все слова и таким образом избавиться от них.
– Значит, с первого дня он «вёл» меня? Зачем?
– А вот это предстоит узнать. Ты сегодня с ним что-то подписывала?
Ухова кивнула.
– Что?
– Не знаю. Что-то у нотариуса.
Сюзанна охнула и почти взмолилась:
– Вспоминай, Галя, это крайне важно. Это случайно, не была ли генеральная доверенность с правом отторжения собственности?
– Чего? – Галя снова медленно повернула лицо и стала всматриваться в глаза подруги.
– С правом отторжения собственности, – Сюзанна чётко произнесла юридическую формулировку, надеясь, что слуховая память Уховой окажется сильнее зрительной. Видя, в каком состоянии была подруга, нетрудно было догадаться, что подписываемые бумаги она не читала.
– С правом отторжения?.. – в голове Гали медленно стал восстанавливаться монотонный голос нотариуса и когда фраза, только что произнесённая в виде вопроса, восстановилась в голове, как утверждение работника нотариальной конторы, Ухова медленно кивнула. – Кажется так.
И тут же увидела, как Сюзанна рухнула. В переносном, конечно же, смысле. Если до этого момента Козлова таила хоть какую-то надежду успеть помочь подруге, то теперь было поздно. Валерий наверняка не станет терять времени даром и уже сегодня переоформит квартиру Гали на Козлова.
– Что же делать? – мысли роились, не принося ни одной плодотворной идеи. Опять захотелось курить. До боли. Оставив Ухову на скамейке на несколько минут, Сюзанна пошла в кафе, рядом с фонтаном, попросила у знакомого бармена пачку сигарет взаймы. Тот без проблем протянул крепкие красные «Мальборо», от первого затяга которых пошла кругом голова. Но потом, вспомнив про разговор, и этот табак показался ничем, простым воздухом. – На, держи! – Сюзанна протянула Гале пачку. Ухову трясло: от холода, от страданий, от ощущения жестокой несправедливости. Голова болела и без сигареты. К тому же в горле уже сейчас першило от ветра, от холода. Тем не менее, сигарету Галя взяла. Закурила не умеючи, тут же закашлялась и с мольбой посмотрела на Сюзанну.
– Куряка, – добродушно произнесла Козлова, постукивая по спине.
– Сама куряка. – Ответ был тоже миролюбивым. Перед разоблачённым коварством мужчины, которого до недавнего времени обе чуть ли не боготворили, женщины почувствовали себя свежевыловленной рыбой в одном судке.
– Ты скажи мне, Сюзя, зачем ты так со мной? – спросила Галя, понимая, что чтобы не сказала подруга, своего отношения к ней она не поменяет. Козлова, тоже осознавая это, ответила без обиняков:
– Мне казалось, что меня ведёт само провидение, и это право дано мне за особую исключительность, избранность, что ли. Я всегда думала, что способность понимать людей, дана мне свыше. Поэтому и строила свою жизнь только по одному принципу: направлять и вести.
– Возможно. И я даже готова признать, что в своих представлениях о собственной незаурядности ты была чистосердечна. Но всё же, ты не бог, чтобы вершить людские судьбы. Ты заигралась, Сюзанна. Но за это можно страшно поплатиться. – Осуждение, предъявленное так просто, столь поразило Сюзанну, что она сама испугалась взваленной на себя миссии. Галя была права.
«Разве от этого легче теперь?» – Сюзанна посмотрела на небо, тревожное, хмурое, и ей стало страшно. Тем более что она поняла, что на её пути встал представитель чёрных сил, как бороться с которым женщина не знала. Когда что-то пошло не так, она, Сюзанна, считавшая, что всегда сможет найти выход из любого создавшегося положения, должна была признать, что повержена. Не отвечая Гале, Сюзанна только тянула из сигареты дым, по-прежнему не чувствуя горечи табака.
Так они сидели, молча, каждая мыслями возвращаясь к своей боли и обиде. Из-за фонтана с другой стороны вышли к лавке две маленькие девочки с ведёрками и совками и уставились на красивых тёть, дымящих сигаретами. Одна из них была повыше и покрупнее, в красном пальто с баской, в такой же красной с оленями вязаной шапке, высоких сапожках, в которые были заправлены брючки. Вторая, чуть помельче и похудее, стояла в курточке цвета синий электрик, а на голове её был одет белый вязаный берет. Аккуратные ботиночки выглядывали из-под джинсового комбинезона на подстёжке.