Дочь всех миров
![Дочь всех миров](/uploads/covers/2024-05-03/doch-vsex-mirov-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Карисса Бродбент
- Жанр: Героическая фантастика
Читать книгу "Дочь всех миров" полностью
Глава 34
Макс резко оборвал разговор. Мне показалось, что он даже не попрощался с собеседницей, прежде чем развернуться и направиться через толпу ко мне. Уже издалека я отметила его наряд, а при ближайшем рассмотрении была потрясена. Неприлично дорогой на вид фиолетовый шелковый сюртук был тщательно подогнан по фигуре, золотые пуговицы и кант переливались в голубоватых бликах свечей, освещавших праздник. Расчесанные и разделенные пробором волосы выглядели непривычно покорными.
Его вид так поразил меня, что я с трудом узнала своего ворчливого и вечно взлохмаченного друга. Но стоило ему приблизиться, я сразу же обратила внимание на множество мелких деталей, выбивающихся из общей картины: ворот сюртука расстегнут на лишнюю пуговицу, воротник загнулся на одну сторону, белая рубашка под сюртуком слегка помята, а одна непослушная прядь волос каким-то чудом избежала масла и уже свисает на лоб.
В груди потеплело при виде этих мелочей.
Именно они мне нравились в Максе.
– Спасибо, что выручила и дала мне возможность сбежать оттуда, – сказал Макс, как только мы скрылись в укромном уголке.
Мы оказались в относительном уединении, хотя полностью избежать любопытных взглядов все равно не получилось. Не знаю, что их притягивало больше – мои шрамы или его репутация. Скорее всего, и то и другое.
– Ты сильно опоздал. Я уже перестала надеяться, что ты придешь.
– Конечно, я пришел.
Я наблюдала, как в уголках его глаз расползлись морщинки, а взгляд на мгновение задержался на мне, прежде чем скользнуть в сторону.
«О, он обязательно придет», – сказал Саммерин с непроницаемым блеском в глазах.
Я снова пробежалась взглядом по его шее, плечам – сморщенные рукава выглядели так, словно их закатали, а затем поспешно опустили. Потом вытянула шею, разглядывая через плечо Макса его собеседницу, которую он оставил сидеть в неловком одиночестве.
– А она хорошенькая.
– Не обратил внимания.
А я вот обратила.
Но еще больше мое внимание привлек его взгляд, скользящий по мне сверху вниз. Затем снизу вверх.
– Умный ход, – нарочито небрежно похвалил он. – Я имею в виду платье.
– Вот как? – Я захлопала ресницами. – И это все, что ты можешь сказать?
– Не притворяйся, что ждешь от меня лести. Ты и так знаешь, что хорошо выглядишь. – Он заглянул мне через плечо и поднял брови. – Судя по всему, все это знают.
Я проследила за его взглядом и увидела группу людей, которые смотрели на нас слишком пристально, чтобы их внимание могло быть случайным, но, заметив меня, поспешно отвернулись.
– Думаю, ты производишь впечатление.
Глаза Макса метнулись в сторону Зерита, окруженного гостями. Мне показалось, что его голос изменился, когда Макс добавил:
– С танцем ты тоже хорошо придумала. Вы вдвоем устроили настоящее шоу.
– Не знаю только, помогло ли. И прислушается ли ко мне Зерит.
– Во всяком случае, ты привлекла внимание. Странно рассчитывать на то, что у Зерита внезапно проснется порядочность. Но если твоя цель – просветить незнающих, ты делаешь успехи.
Успехи. Только достаточные ли?
– Я еще не закончила, – буркнула я.
В уголках губ Макса появился намек на улыбку.
– Меньшего я от тебя и не ожидал.
Какое-то время мы просто стояли плечом к плечу, наблюдая за праздником. Разговоры становились все громче, музыка все энергичнее, запах духов и разогретой кожи все тяжелее.
На краю отведенного для танцев пространства я мельком увидела знакомое лицо и усмехнулась, толкнув Макса в плечо:
– Смотри.
По залу медленно шел Моф, неловко сцепив руки за спиной и смущенно поглядывая на хорошенькую девочку-вальтайна в уродливом розовом платье.
– Вознесенные, – простонал Макс. – Не делай этого, Моф. Свяжешься с вальтайном женского пола – жди катастрофы.
– Даже с мной? – Я рассмеялась.
– Особенно с тобой.
Мы наблюдали, как Моф подошел к девочке. У них состоялся короткий разговор, настолько неловкий даже со стороны, что мне хотелось съежиться, и они вместе зашагали на площадку для танцев.
– Однажды, – как ни в чем не бывало продолжал Макс, – он будет вспоминать этот вечер как начало конца.
Я усмехнулась:
– Думаю, ты ревнуешь, потому что в его возрасте никто не хотел танцевать с тобой.
– Только одна бедолага.
Мой взгляд невольно нашел Нуру, в одиночестве стоявшую на другом конце зала.
– Но надо сказать, тогда я был, скорее, пухлым и далеко не таким неотразимым, как сейчас.
Фраза, слетевшая с изогнутых в усмешке губ, была полна приторного сарказма. Но когда взгляд Макса метнулся ко мне, в горле встал непонятно откуда взявшийся ком. То, как он смотрел на меня, повисшая в воздухе тяжесть от невысказанного вопроса, танцующие на его лице синие огоньки, тепло, исходящее от его кожи даже на расстоянии нескольких дюймов, – в груди у меня разлилось тепло.
Я кивнула на открытые двери в сад с видом на прибрежные скалы:
– Тут слишком шумно. Давай выйдем на воздух.
Мы вместе проскользнули сквозь толпу и вышли наружу. С закатом опустился густой туман, и прохладный влажный воздух окутал нас, словно облако. Мы молча пошли по извилистым садовым дорожкам; чем дальше, тем меньше гостей попадалось навстречу. Наконец мы остались вдвоем в каменном патио, выходящем к скалам и морю.
Туман сгустился настолько, что луна казалась пятном, продавленным большим пальцем там, где терялась линия между морем и небом. Башни скорбно стояли позади нас, легкий морской бриз колыхал шифоновые занавески в окнах. Сквозь туман долетало искаженное эхо музыки.
Мы оставались в тени Башен, но праздник шумел далеко позади.
И все же, даже на фоне торжественного одиночества, в ночном холоде между нами еще оставалось тепло.
Я смотрела на море, не поворачиваясь к Максу, хотя чувствовала на себе его взгляд.
– Я ужасно танцую, – сказала я. – Ты заметил?
– Ты же выступала в Трелле, разве нет?
– Выступала, но я заучила свои танцы наизусть. Я отсчитывала шаги. У меня что-то получалось только благодаря тренировкам. Мне даже не требовалась музыка.
Он усмехнулся.
– Ты добивалась своего грубой силой. Мне нужно было догадаться. Наверное, ты сейчас впервые вслух признаешь свою слабость, – через мгновение добавил он.
Боги. Скорее всего, он прав. Я посмотрела ему в глаза и прижала палец к губам:
– Только ты знаешь мой секрет. И то я призналась тебе только потому, что не хочу опозориться, когда приглашу тебя на танец.
Повисла тишина. Такая глубокая тишина, что отголоски далекой музыки смешались с внезапно оглушающим стуком моего сердца. Макс выпрямился, сцепив руки за спиной. На сей раз я не смогла разобрать выражение его лица.
– Или, – беспечно добавила я, – ты будешь вспоминать о сегодняшнем вечере как о начале конца?
– Я… – Он вздохнул, усмехнулся, засунул руки в карманы и тут же вынул. – Мое согласие зависит от одного условия.
– Какого?
Он сделал шаг вперед, потом еще один. Я тоже шагнула к нему, пока мы не оказались вплотную друг к другу и его теплая рука не скользнула в мою.
– Танцуем без счета, – сказал он.
– Только в этот раз.
– Только в этот раз.
Его рука легла на мою талию, мои руки переместились на его плечи.
– Договорились, – прошептала я.
Немного неловко мы покачивались под далекую музыку. Наши щеки едва соприкасались. От него пахло пеплом, сиренью и слабым ароматом далекого моря.
– Не думала, что ты согласишься, – прошептала я. – Думала, ты не создан для изящных светских манер.
Макс хмыкнул совсем тихо, но мы находились так близко друг к другу, что я почувствовала легкую вибрацию в его груди.
– Во-первых, – возразил он, – мы тут одни. Светской жизни тут нет.
Не поспоришь.
– Во-вторых…
Он попытался мягко раскрутить меня, но мы ошиблись в ритме и споткнулись, так что вместо продолжения у него вырвался хрипловатый смех.
– В том, что сейчас происходит, нет ничего изящного.
Тем более не поспоришь.
Он посмотрел на меня и вскинул брови, без слов приглашая попытаться еще раз. Я кивнула, и мы почти – почти – закружились.
Но тут я поскользнулась на влажной земле и, не следя за равновесием, упала ему на грудь. Мы оба охнули от удара. Неловкий смех еще замирал на моих губах, когда я внезапно остро ощутила тепло его тела. Как же мне понравилось. Как же я хотела сильнее закутаться в это тепло.
Мои руки сами обхватили его шею. Он заставил меня слегка откинуться назад, а я обвилась вокруг него всем телом. Каждый нерв во мне вспыхнул, когда губы Макса коснулись моей щеки. Едва слышный шепот ветерком пробежал по моей коже до уха.
– Вполне может оказаться, что я создан для такого, – прошептал он.
Может, я тоже. В тот момент мне было все равно.
В конце концов мы неохотно, хотя никто из нас не признался в этом вслух, все-таки вернулись на праздник. Я возобновила свое выступление, только сейчас вместо серебряных монет меня награждали удивленными и испуганными взглядами. Я отвечала правдиво всем, кто отваживался спросить, откуда у меня шрамы, не скрывая следов чужой жестокости, своего уродства или нашей общей ответственности за все это.
Недостаточно. Всегда недостаточно.
Эта мысль пульсировала в моей голове, когда мы с Максом наконец-то покинули вечеринку. К тому времени огни уже гасли, а Саммерин, Моф и большинство других разошлись по домам. Мы почти не разговаривали с момента того единственного волшебного танца, пока не ступили в уютное тепло захламленной гостиной в домике.
В привычной обстановке я вдруг почувствовала себя неловко в своем наряде. Макс, должно быть, тоже, потому что сразу же закатал рукава до локтей, вздохнул и расстегнул еще одну пуговицу на вороте.
– Должен сказать, Тисаана, я не жалею, что отважился посетить первое мероприятие Ордена за последнее десятилетие. Выражение их лиц после твоего представления того стоило.
– Я еще не закончила. Я только начинаю.
Весь вечер я провела за тем, что нарезала себя на маленькие, удобные для переваривания кусочки, заставляя людей разглядеть меня, выплескивая свою боль им в лицо. И сейчас я себя чувствовала так, словно что-то во мне просто… иссякло. Зачем я старалась? Ради испуганных взглядов? Неужели этого достаточно?
Недостаточно. Всегда недостаточно.
– Первый шаг – заставить их увидеть, что происходит на самом деле, – произнес Макс, словно услышав мои невысказанные сомнения. – Людям это не нравится, но я видел, что сегодня у тебя получилось. Даже Зерит задумался, хотя обычно он предпочитает засунуть голову в песок и закрыть на все глаза.
– Но мне нужно понять, что делать дальше.
– У тебя все получится. И ты прекрасно знаешь, что я не стал бы так говорить, если бы не верил в успех.
Он верил. Я знала, что он говорит правду. Не знаю почему, но я отвела взгляд, чтобы не задумываться о причинах его уверенности.
Вместо этого я одарила Макса слабой улыбкой:
– Сейчас я просто мечтаю о том, чтобы раздеться.
Сказав это, я подавила приступ возбуждения: меня пробрала дрожь от собственных слов. Я даже не знала, не показалось ли мне, что Макс заморгал и слегка переменил позу.