Дочь всех миров
![Дочь всех миров](/uploads/covers/2024-05-03/doch-vsex-mirov-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Карисса Бродбент
- Жанр: Героическая фантастика
Читать книгу "Дочь всех миров" полностью
Тисаана
От одного взгляда Макса загорелись разом все фонари, освещая палатку теплым оранжевым свечением. Мы снова ринулись в объятия друг друга, едва за нами закрылся вход.
Меня еще никто никогда так не целовал, и я не собиралась останавливаться. Все равно что внезапно попасть в цветной мир, если до этого всю жизнь прожила в черно-белом. Мне нравился вкус Макса – нравились и короткие, и длинные поцелуи, нравилось, как его зубы ласково покусывают мои губы, а язык скользит вдоль моего. Когда его рот переместился к моей щеке, я оплакивала потерю лишь один миг, потому что Макс сразу принялся покрывать поцелуями подбородок, линию челюсти, отчего шею обдавало огнем.
У меня подкосились ноги.
Я несколько неуклюже легла на подстилку, все еще сжимая руку Макса в своей. Он последовал за мной гораздо более плавным движением, опустился на колени и накрыл меня своим телом. Боги, мне в жизни не доводилось видеть ничего настолько прекрасного: грация его движений, то, как он не сводил с меня глаз. Это было настолько трогательно, что я пожалела, что не могу запечатлеть его образ и сохранить навсегда.
А потом он прижал меня всем весом, прильнул ртом к моему, и я потеряла всякую способность мыслить. Я могла только отвечать на его прикосновения, дугой выгибая спину и прижимаясь к его телу.
Мои руки блуждали по его спине. Я чувствовала, как ходят его мышцы под тонкой хлопковой рубашкой, но мне хотелось ощущать обнаженную кожу. Я успела расстегнуть только три пуговицы, прежде чем Макс нетерпеливо стянул рубашку через голову.
– Подожди, – прошептала я, останавливая его, когда он начал опускаться, чтобы снова поцеловать меня.
Он выпрямился, и я воспользовалась возможностью просто посмотреть на него.
– Ну нет, так нечестно, – сказал он, приподняв бровь и выразительно глядя на мою рубашку.
– Имей терпение.
Я легонько провела пальцами по линии его плеча, вниз по груди, вверх по другой стороне. Остановилась на шраме на его левом плече – там, где я оставила рану во время поединка в тренировочном зале. Затем погладила поджарый живот, вздымающиеся ребра. Макс выдохнул сквозь зубы; и хотя вначале в шипящем звуке слышалось возбуждение, закончился он, скорее, сдавленным смешком.
– Как я могу продолжать соблазнять тебя, если ты собираешься меня щекотать. Это вредит моему образу.
По ребрам пролегал длинный свежий шрам, все еще налитый сердитой краснотой. Я лишь смутно помнила, как рубанула острием Иль Сахая по его боку. Порез получился широким и волнистым. Из-за гнили, я уверена, Саммерину, скорее всего, пришлось удалить всю отмершую плоть, прежде чем…
– Тисаана, я все вижу.
Макс сжал мою руку в своей. Затем навис надо мной и прижался губами к складке между бровями, где начинали скапливаться неприятные мысли.
– Прекрати думать, – прошептал он, прижимаясь ко мне.
И как раз в тот момент, когда я собиралась задаться вопросом, как именно я собираюсь выполнить его просьбу, он поцеловал меня так, что стало ясно – подчиниться не составит никакого труда.
Тепло его тела проникало сквозь одежду, но все же…
Его рука скользнула вверх, остановившись у первой пуговицы на вороте рубашки. Он молча ожидал разрешения.
Я подняла руки, и мы вместе в один момент сорвали с меня одежду, не оставив между нами ничего.
Я никак не могла притянуть его достаточно близко. Мне хотелось касаться его повсюду, провести ногтями по каждому мускулу.
Когда его рука погладила меня по боку и легла на грудь, он содрогнулся всем телом. И я тоже. В душе вспыхнуло желание. Внезапно я нестерпимо остро ощутила его вес между моими ногами. Прикосновение кончиков пальцев, пробежавших по внутренней стороне бедер, но не так высоко, как мне хотелось бы.
Недостаточно. Всегда недостаточно.
Я дернула за пуговицу своих бриджей. Макс сел, выпрямился и помог мне стянуть их. Обхватил мою ногу и поцеловал под коленкой. Потом еще выше, по внутренней стороне бедра, слегка прикусил его и выдохнул ругательство.
Мной овладело желание, новое, незнакомое и всепоглощающее.
Макс сел, выпрямился. На одно долгое мгновение мир замер, тишину нарушало лишь тихое потрескивания фитилей в фонарях. Я почувствовала, как его взгляд прошелся по моему телу, медленно, словно впитывая каждый дюйм. Почувствовала, а не увидела, потому что меня охватило непонятное смущение и я отвернулась.
Тело всегда было самым ценным моим товаром, и я использовала его по назначению. И никогда не беспокоилась, что на меня смотрят.
С другой стороны, Макс никогда просто не смотрел на меня. Он видел меня насквозь. С ним пропадала потребность в отсчитывании па, костюмах, притворной уверенности.
– Знал бы я, как это высказать… – пробормотал он.
И когда я наконец-то смогла заставить себя повернуться к нему, от одного вида у меня защемило в груди – его лицо, его взгляд, полный неприкрытой, живой искренности.
Я люблю его.
Эта мысль пронеслась у меня в голове, неоспоримая в своей простоте. Я не сомневалась в ее истинности, хотя не могла заставить себя произнести эти слова вслух. И мне безразлично, если в конце концов я не смогу удержать его.
– Не нужно, – прошептала я в ответ.
Истина, которую мы оба принимали как факт. Особенно когда я посмотрела на него и увидела, что мое молчаливое признание отражается в его взгляде.
Я провела пальцами по бокам Макса, остановилась на узких мускулистых бедрах и потянулась к поясу его брюк. Расстегнула пуговицы. Он издал самый прекрасный звук, который я когда-либо слышала, – хриплый выдох, переходящий в стон, и я ощутила его так, как будто когти вонзились в мою кожу.
Одно движение разорвало нить напряжения, и мы снова вжались друг в друга. Я пробовала на вкус каждый дюйм его кожи и наслаждалась тем, как он изгибается, когда я исследую его грудь, спускаюсь к жилистому животу, а потом все ниже, пока он не схватил меня за плечи и не притянул обратно к своему лицу.
– Не сейчас, – пробормотал он.
Окончание потерялось в нетерпеливом поцелуе, когда он перевернул меня и оказался сверху.
Я едва успела вздохнуть, как кончики его пальцев скользнули в пространство между нами. Скользнули в меня. Моя спина выгнулась дугой, мир побелел.
Боги внизу.
– Не сейчас, – прошептала я.
Но он не остановился, а я почувствовала на губах дуновение его смешка.
– Может быть, я не хочу торопить события.
– Как похоже на тебя. – Мне пришлось очень сильно сосредоточиться, чтобы выговорить эти слова. – Ты всегда так долго собираешься с мыслями, прежде чем что-то сделать.
На последнем слове у меня перехватило дыхание. Я услышала улыбку в его голосе, когда он ответил:
– А ты всегда такая требовательная.
Требовательная!
Я провела ногтями по его руке, сползая чуть ниже. А потом я наконец-то обхватила его ногами – наконец-то почувствовала, как он упирается в мое устье. Я отстранилась от него ровно настолько, чтобы поймать его взгляд.
– Я победила, – прошептала я.
– Мое эго никогда не оправится.
Улыбка исчезла с его губ, и он откинул спутанные волосы с моего лица:
– Ты уверена?
Я еще никогда не была ни в чем так уверена.
Отвечая, я легонько прикусила мочку его уха:
– Да.
Он подарил мне долгий страстный поцелуй и вошел в меня одним толчком.
Мой мир начал попеременно разворачиваться, расширяться и сужаться. Спина выгнулась дугой. Все восприятие сводилось к местам, где мы соединялись: не только там, где он был внутри меня, но к каждому дюйму, где мои руки и ноги обхватывали его, где соприкасались наши животы. На мгновение Макс замер, прижавшись ко мне, и я почувствовала, что он дрожит. Наши губы прижались друг к другу, обмениваясь прерывистым дыханием.
Я не представляла, что могло сравниться с этим блаженством. Мне еще никогда не было так хорошо.
Я застонала и провела ногтями по его спине.
И сломала последние преграды, которые нас сдерживали.
Макс отстранился, затем полностью погрузился в меня. Я изгибалась навстречу каждому толчку, мои бедра двигались навстречу его бедрам. Наши тела спрашивали и отвечали, подстраиваясь друг под друга, двигаясь в интуитивном ритме.
Мы горели вместе.
Я перекатилась наверх, распласталась по его груди, а он хватался за меня, словно все еще не мог решить, к какой части меня ему хочется прикоснуться больше всего, попробовать на вкус. Он выбрал все сразу: губы, шею, грудь, спину, ноги, разгорающийся жар там, где мы были соединены.
Я крепче сжала его бедра, словно пыталась втянуть его еще глубже. Внутри нарастало напряжение, подталкивая к краю обрыва, и впервые в жизни я наслаждалась полным отсутствием контроля, погрузившись в процесс с головой. И я знала, что Макс чувствует то же самое, потому что ритм его движений нарастал, а толчки становились все более необузданными. Он приподнялся, притянул меня к себе, и я потеряла всякую способность говорить, мыслить. Я могла только следовать инстинктам.
Возможно, я произнесла его имя – прошептала, или застонала, или выкрикнула. Я не знаю, потому что в конце меня уничтожило наслаждение настолько сильное, что я едва не разбилась вдребезги.
Макс последовал за мной за край обрыва, его пальцы стискивали мои волосы, из прильнувших к шее губ вырвался стон. Он нашарил мою руку и сжал, переплетая пальцы, подобно нашим телам. Он держал меня так, будто не собирался никогда отпускать.
И он не отпустил. Даже когда на нас обрушилась волна наслаждения, вскоре сменившегося летаргией и умиротворенным спокойствием.
Мы откинулись на подстилку, потом прижались друг к другу, и прерывистые вдохи постепенно замедлились до глубокого, ровного дыхания. Макс лениво поднял руку и приглушил мерцающий свет фонаря. Я положила голову ему на грудь и наблюдала за нашими переплетенными пальцами, чувствуя, как ласкает кожу прохладная тишина теней.
Он по-прежнему не отпускал меня. Он держал меня, когда его дыхание стало глубже, а у меня в глазах начало расплываться. Я не отводила взгляда от наших рук.
Последней мыслью, перед тем как сон завладел мной, было желание навсегда остаться привязанной в его гавани.