Моя бывшая жена
— Да пошел ты! — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти! — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала!
Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только бросилась ни к выходу, а к столу. И схватила мой пистолет…
— Не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять.
— Уходи.
— Так ты убить меня хочешь? — изумленно изогнул бровь. — Тогда сними с предохранителя...
![Моя бывшая жена](/uploads/covers/2023-10-24/moya-byvshaya-zhena-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Оливия Лейк
- Жанр: Старинная литература
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Моя бывшая жена" полностью
Глава 40
Маша
Сегодня у нас был совместный поход в стоматологию: Паше нужно к ортодонту; у мамы пломба выпала и все никак не сходит, новую не поставит. У меня был законный выходной, поэтому собрала обоих и повезла лечить.
Пока маму смотрели во взрослой стоматологии «Медси», я сидела с сыном в детской. Ему светило носить пластины – места для зубов маловато. Если сейчас не заняться этим, потом уже только брекеты.
– Мам, пойдем в кафе, – канючил Паша, когда шли к припаркованной на Маяковке машине. – Баб, пойдем в кафе. Я есть хочу.
Вот уж любитель ходить по ресторанам! А ведь еще шести лет нет!
– Хорошо, но сначала суп! Ешь суп, потом пиццу, согласен?
Паша энергично закивал, и мы свернули на Малую Бронную. Здесь такие заведения, что нет уверенности, что с ребенком пустят: настолько пафосный контингент, но искать что-то другое не стали. Пусть мой сын будет бегать по залу с измазанной соусом мордочкой, но я за это плачу, как и все здесь.
– Так, средиземноморская кухня, – прочитала вывеску и распахнула дверь. В ресторане было два входа и два зала – мы расположились в итальянской части. – Мам, сходите, помойте руки, а я заказ сделаю.
Я взяла суп с перепелкой и лапшой, пиццу, конечно же. Маме цыпленка, а себе пасту с крабом.
Мои вернулись, а я, дав наказ сначала суп, направилась в уборную. Шла обратно и случайно заметила старую знакомую. Полину.
– Маша, привет! – она сидела одна, обедала. Мы познакомились года четыре назад. Полина недолго встречалась со Стасом Вяземским, потом они расстались, но мы некоторое время еще поддерживали общение: кофе пили, болтали, затем потеряли друг друга.
– Привет, Поль, – мы слегка обнялись, и я присела к ней за столик. Своим махнула, что пять минут и подойду. – Как дела? Как ты? Сто лет не виделись!
– Я хорошо, – она показала помолвочное кольцо с огромным камнем. – Скоро замуж выхожу. Квартира, машина, личный водитель. – Полина была очень довольна жизнью. – Хорошо, что за Стасика держаться не стала, с ним так быстро не поднялась бы, хотя, – она облизнула губы, – никто меня так не трахал, как он. Ну ты понимаешь…
– Понимаю, – поддержала улыбкой. Полина изменилась. Она всегда метила повыше, а когда забралась, забыла, откуда поднималась.
– А ты как? – поинтересовалась со странной улыбкой.
– Хорошо. С семьей по делам ходили, перекусить заскочили.
– А я недавно твоего Кирилла видела в клубе… – и замолчала, ожидая реакции. Не дождалась. – С женщиной, Маш. И вели себя…
Мне показалось, что ей доставляло удовольствие сообщать мне об измене мужа. Только была неувязочка.
– Мы с Кириллом развелись. Его личная жизнь меня больше не касается.
– Вот как! – оживилась Полина. – А почему разошлись?
Я не успела ответить, как она сама принялась строить предположения.
– Загулял, да? Вижу по глазам, что так. Ну, – она откинулась в кресле, – не удивлена. Самец, а самцы всегда хотят покрыть как можно больше самок.
Я не считала, что Кирилл этой истиной руководствовался по жизни, но переубеждать не видел смысла. У Полины своя философия, доводы оппонента не важны.
– О, какие люди! – и она указала мне за спину. Я повернулась и ошеломленно застыла. За столик во втором зале садился Кирилл, а с ним фигуристая брюнетка. Она жалась к нему, щебетала что-то, терлась грудью. Привлекательная. Яркая. Такие нравятся мужчинам. По крайней мере свободные товарищи Кирилла иногда приходили с такими, вроде разными, но похожими, каждый раз новыми.
Но одно видеть этих девушек где-то на периферии своей жизни, другое рядом со своим бывшим мужем. Не знаю, что я чувствовала, но это точно не была радость, что Кирилл увлекся кем-то. Особенно на фоне его полного игнора сына. Я-то думала у него что-то случилось. Что вынужден так поступать, а оказалось, что дело в женщине. Загулял Субботин. Бывшие жены и дети не должны мешать мужику. Наверное, пожалел тысячу раз, что так долго воли себе не давал.
– Ого! – воскликнула Полина. Я тяжело сглотнула. Субботин заметил, что на него смотрят. Сейчас он мне показывал, насколько ему хорошо. Без меня. Без Паши. Без семьи. Имеет право. Свободный. А сын… Наверное, все-таки права поговорка, что мужчине нужны дети ровно до того момента, пока нужна их мать…
– Мам! – услышала Пашу. Нет, он не должен увидеть отца вот так… Я вскочила, не отводя глаз от страстного поцелуя в центре зала, и, не прощаясь, бросилась к сыну. Успела. Почти.
– Мам, я почти весь суп съел! Это папа?
Заметил… Заметил…
– Нет, конечно! – за плечи развернула и с силой подтолкнула обратно к нашему столику.
– Баба, там папа был! – возмущался Паша.
– Мам, – я достала карту, – пожалуйста, расплатись, а мы на улице подождем.
– Маша, а что случ…
– Мама… – надавила голосом и схватила куртку сына.
– Там был папа! – настаивал Паша, когда уводила его. Психовать даже начал. Вырываться.
– Я сказал нет! – тоже грубо ответила. Нужно увести его отсюда, потом помиримся.
Мама нагнала нас уже у Патриарших. Выглядела перепуганной. Я и сама, когда взгляд в отражении витрин поймала, поняла что выгляжу, как шальная бледная пуля. Я резко остановилась и выдохнула. Глупо отрицать, что меня словно грузовик переехал после этой встречи. Не знаю почему. Пока не готова анализировать.
– Сынок, – присела на уровень его глаз, – это не папа. Если бы это был он, разве не подошел бы к нам? М? Наш папа в командировке.
– Мам, а почему ты плачешь?
Я дотронулась до щеки и действительно поймала крохотную каплю.
– Это от ветра. – Я вытерла слезы и улыбнулась: – Поехали в Остров мечты? Мы заслужили отдых и веселье.
– Класс! – Паша наконец перестал дуться. – Ты меня сфотографируешь и папе пошлем, хорошо?
– Хорошо, – обняла его, а сама на маму смотрела. Ну как сказать, что папе сейчас не до него? Сердцем я отказывалась верить, но глаза не обманывали. И максимум, что я могла, это окружить сына любовью, чтобы минимизировать стресс от потери внимания отца.
Мы приехали в парк развлечений: будний день, школьников нет, как и очередей. До самых крутых аттракционов Паша еще не дорос, но все равно выбор неплохой. Мы с мамой чередовались, сопровождая его. В очередную передышку мне позвонил Саша. С недавних пор мы виделись только на работе. Я рассказала ему о новых перипетиях в своей жизни. Теперь официально свободная женщина, но стала более недоступной. Я обычно у него оставалась, когда Кирилл на выходные забирал Пашу, а сейчас так не получалось. Я компенсировала дефицит внимания у сына. Он очень остро реагировал на очередную смену обстановки. Саша тоже не был в восторге от такой ситуации. Я преждевременно решила, что сумела находить баланс между материнской любовью и чувством к мужчине. Ничего я не смогла. Видимо, судьба у меня такая.
– Привет, – поздоровалась я. – Я соскучилась.
Мне не хватало его. От этого горше было сознавать, что Саше может надоесть ждать, когда я разгребу свои цейтноты. Возле классных мужиков всегда есть женщины попроще и полегче. А сложности любят до поры до времени, а потом только раздражение…
– Чем занимаешься? – спросил ровно.
– Мы в парке аттракционов. А ты?
– Закончил дела в Министерстве.
Я прикусила губу. Могу ли я переломить судьбу?
– Саш, может, приедешь к нам? – неумело предложила. – Я с Пашей и мамой. Тут весело и неплохой кофе, – на нервах быстро затараторила. – В общем, я буду рада. Если ты хочешь, конечно…
– Я хочу, Маш. И я очень скучаю. Очень.
Он приехал, когда мы сидели в кафе, в зоне динозавров. Я редко видела Сашу не в рубашке и брюках, но ему шли джинсы и красный худи. Так он казался ближе к народу. Чиновникам на заметку нужно взять.
– Здравствуйте, Анна Васильевна, – Саша с мамой встречались еще, когда я практику первую проходила, – Маша, – мне улыбнулся. – Саша, – протянул руку Паше.
Сын удивленно посмотрел сначала на крупную ладонь, потом на мужчину, ее протянувшего.
– Паша, – пожал максимально крепко. Кирилл сам учил.
– Александр Дмитриевич, – мама с интересом посмотрела на него. – А я вас помню. Ух и важным вы были в молодости!
Он и сейчас важный! Это я про себя подумала.
– Да, был за мной такой грех, – Саша покаянно уронил голову. – Да и есть, признаться.
Паша веселился, но присматривался к новому человеку в нашей компании. Мы отстояли небольшую очередь на машинки, но сотрудник не посадил сына одного, а меня тошнило на таких. Маму мы оставили на лавочке возле Смурфиков: она без сил, стонет, домой хочет.
– Извините, дети ниже ста тридцати только с сопровождением.
– Паш… – хотела объяснить, но…
– Поедешь со мной? – предложил Саша. – За рулем ты, – и руки поднял, что на главного не претендует.
– Мам, а ты? – сын сомневался.
– Милый, – я присела и на ушко сказала: – у меня бе будет. Ты же знаешь.
Они пошли вместе. Я смотрела на них и не знала, что чувствую. Когда-нибудь это должно было произойти. Я не собиралась всю жизнь у окна сидеть, долю свою женскую оплакивать. Хотя иногда чувствовала, что сложно мне быть правильной женой. Разрываюсь я, золотую середину сложно найти, баланс трудно поймать. Я не хотела быть либо женой, либо матерью, либо врачом. Но я не умела совмещать, хромала на обе ноги. Только сейчас грустно было не из-за этого. Из-за другого…
Это Кирилл должен гулять с Пашей по парку, есть сахарную вату и кататься на машинках. Потому что это правильно! Это его сын! Мне сложно поверить, что между Пашей и женщиной, он мог выбрать женщину. По крайней мере так быстро. Как можно вычеркнуть из жизни родного ребенка, вот так с легкостью и без сожаления? Со мной тут все ясно: вкусил свободу и понял, что замену бывшей и далеко не лучшей жене на Земле, найти легко, но сын – это ведь родная кровь… Кирилл больше не звонил никому из нас: ни мне, ни ему.
– Все нормально? – спросил Саша, пока мама повела внука в туалет.
Я уткнулась носом в его плечо, вдохнула аромат горького апельсина и свежей мяты. Мне так нужна поддержка, просто понимание,
чуточка нежности и все, я вся ваша на блюдечке и с голубой каемочкой. Как сложно быть женщиной: хочешь быть сильной, но на деле такая слабая.
– Ты мне нужен, Саш. Просто хочу, чтобы ты это знал.
Он крепко обнял меня, в макушку поцеловал, и я расплакалась от его ласки, просто на разрыв. Всхлипывала и шмыгала носом, пытаясь объяснить, что со мной происходит.
– Тише, тише, – он завел меня в большое игрушечное дерево. – Расскажи мне, Маш. Что с тобой происходит.
– Кир-илл, – заикалась я. – Он пере-стал с Па-шей обща-ться, а сегод-ня мы его в кафе виде-ли с женщи-ной. Мне так обидно! – взвыла я. – Паша кричал, что это папа, а я уводила его, чтобы не видел, чем папа занят, – теперь я злилась. На Кирилла. Что посмел разбить образ надежного, как скала, мужчины! Даже история с Мариной не пошатнула этой веры. Он ведь своих не бросает, так когда мы перестали ими быть? Паша разве перестал?!
– Маш, я люблю тебя, – неожиданно признался Саша. Я открыла рот, чтобы тоже сказать, но он приложил палец к губам. – Просто знай это. Не отвечай сейчас.
Я была благодарна этой отсрочке. Если скажу, то не в ответ на приятные слова, а когда буду уверена душой и сердцем.