Напоминание о нем
![Напоминание о нем](/uploads/covers/2024-04-17/napominanie-o-nem-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Колин Гувер
- Жанр: Любовные романы
- Дата выхода: 2022
Читать книгу "Напоминание о нем" полностью
38
Кенна
Слегка пританцовывая, я вышла из магазина и сразу же заметила на стоянке грузовик Леджера.
Он тоже увидел, что я вышла, и поехал по стоянке, чтобы забрать меня. Я вскочила в машину и потянулась поцеловать его через сиденье. Он не повернулся ко мне, и мои губы скользнули по его щеке.
Я бы села посередине, но его консоль была опущена, и в подстаканнике стоял стакан с чем-то, так что я села на пассажирское место и пристегнулась.
Он надел темные очки и так и не повернулся ко мне. Я забеспокоилась, но он взял меня за руку, и я расслабилась. Я уже начала думать, что, может, он успел за день пожалеть о прошлой ночи, но по тому, как он сжал мне ладонь, я поняла, что он рад меня видеть. Паранойя — это очень утомительно.
— А знаешь что?
— Что?
— Меня повысили. Я теперь кассир. Это на два доллара в час больше.
— Здорово. — Но он все еще не смотрел на меня. Он отпустил мою ладонь и оперся локтем на дверь, положив голову на левую руку, держа руль правой. Я присмотрелась к нему, не понимая, почему он какой-то другой. Какой-то притихший.
У меня начало пересыхать во рту, и я спросила:
— Можно отпить из твоего стакана?
Леджер вынул стакан из подстаканника и протянул мне.
— Это сладкий чай.
Я взяла стакан, посмотрела на него, а потом вернула в подстаканник.
— Что случилось?
Он покачал головой.
— Ничего.
— Ты говорил с ними? Что-то случилось?
— Да ничего, — сказал он голосом, полным лжи. Думаю, он и сам понял, как неубедительно говорит, и, помолчав, добавил. — Давай сперва приедем к тебе.
Я сжалась на сиденье, услышав это. По мне волной прокатилась тревога. Я не стала дальше расспрашивать его, потому что и так боялась узнать, отчего он так напряжен. Всю дорогу до дома я смотрела в окно с тяжелым внутренним чувством, что Леджер Уард подвозит меня домой в последний раз.
Он припарковался и выключил мотор. Я отстегнула ремень, вышла из машины, но, закрыв дверь, поняла, что Леджер все еще в кабине. Он барабанил пальцами по рулю и казалось, задумался. Через несколько секунд он наконец открыл дверь и вышел.
Я подошла к нему, чтобы вглядеться в него получше, но, когда мы оказались лицом к лицу, я застыла.
— Господи! — Я увидела распухшую губу, кинулась к нему, и тут он поднял очки на лоб. И я увидела синяк под глазом. Мне было очень страшно спрашивать, что случилось, и мой голос прозвучал тихо-тихо.
— Что случилось?
Он подошел ко мне, обнял за плечи, прижал к себе и положил подбородок мне на макушку. Мы постояли так немного, и он легонько поцеловал меня в висок.
— Пошли зайдем в дом. — Продолжая обнимать, он повел меня к лестнице.
Когда мы зашли в квартиру, я едва успела закрыть дверь и спросила его снова:
— Леджер, что случилось?
Он прислонился к столу и взял меня за руку. Притянул к себе, пригладил мне волосы.
— Утром они видели мою машину.
Если у меня еще оставалась капля надежды, она тут же испарилась.
—
Леджер кивнул, и мне пришлось отступить от него, потому что меня затошнило. Мне захотелось плакать. Как же сильно Патрик разозлился, если сумел кого-то ударить? То, что рассказывали о нем Леджер и Скотти, всегда говорило, что он не из тех, кто легко теряет самообладание. А это значит… они ненавидят меня. Так сильно, что при одной мысли обо мне рядом с Леджером всегда спокойный добрый человек настолько вышел из себя, что ударил его.
Паника распространилась из центра груди по всему телу. Я глотнула воды и взяла на руки Иви, которая мяукала у меня под ногами. Я стала гладить ее, пытаясь успокоиться. Она единственная останется со мной, потому что вся эта история кончалась именно так, как я и предвидела. Никаких внезапных поворотов сюжета.
Я приехала сюда с единственной целью — попытаться установить отношения с Ландри и с моей дочерью. Но они очень ясно дали мне понять, что не хотят этого. Возможно, они просто не могли этого вынести.
Я опустила Иви на пол и скрестила руки на груди. Я даже не могла посмотреть на Леджера, задавая ему свой вопрос.
— Они просили тебя больше не видеться со мной?
Он выдохнул, и этот выдох сказал мне все, что я хотела знать. Я пыталась сдерживаться, но мне хотелось, чтобы он ушел. Или это
Из этой квартиры, этого города, этого штата. Мне надо оказаться как можно дальше от моей дочки, потому что, чем ближе к ней я нахожусь, не имея возможности ее видеть, тем сильнее искушение просто зайти к ним в дом и забрать ее. Я в таком отчаянии, что, если останусь тут еще на какое-то время, то могу натворить каких-нибудь глупостей.
— Мне нужны деньги.
Леджер взглянул на меня, как будто не понял моей просьбы или вообще того, зачем мне могут понадобиться деньги.
— Леджер, мне надо уехать. Я потом верну их тебе, но мне надо уехать, а у меня нет денег, чтобы устроиться на новом месте. Я не могу оставаться здесь.
— Постой, — сказал он, делая шаг ко мне. — Ты уезжаешь? Ты что, сдаешься?
Его вопрос разозлил меня.
— Я считаю, что старалась изо всех сил. Они оформили мне запрет приближаться — я бы не назвала это «сдаваться».
— А как же мы? Ты что, вот так просто уедешь?
— Не придуривайся. Мне тяжелее, чем тебе. У тебя, по крайней мере, останется Диэм.
Он схватил меня за плечи, но я отвернулась, и он провел руками мне по бокам. Потом приподнял мое лицо и заставил меня взглянуть на него.
— Кенна, не надо. Пожалуйста. Подожди еще несколько недель. Давай посмотрим, что будет.
— Мы знаем, что будет. Мы будем встречаться тайком и влюбимся друг в друга, но они не передумают, и мне
Я подошла к шкафу и вытащила чемодан. Раскрыла его, кинула на надувной матрас и начала швырять в него свое барахло. Я могу уехать на автобусе в соседний город, остановиться там в отеле и потом подумать, как быть дальше.
— Мне нужны деньги, — повторила я. — Леджер, я верну тебе все до цента. Честное слово.
Леджер подскочил ко мне и захлопнул крышку чемодана.
— Перестань. — Он развернул меня к себе лицом, крепко обхватил руками и прижал к себе. — Не надо. Пожалуйста.
Слишком поздно. Это уже очень больно.
Я стиснула в кулаках складки его майки. И заплакала. Я не могла представить, что его больше не будет рядом, я не увижу его улыбку, не буду ощущать его поддержку. Я уже скучала по нему, хотя все еще была здесь, в его объятиях. Но точно в той же мере, как и от мысли о расставании с ним, я плакала о своей дочке. Я всегда о ней плакала.
— Леджер. — Тихо произнесла я его имя, оторвала голову от его груди и посмотрела на него. — Единственное, что ты сейчас можешь сделать, это пойти туда и попросить у них прощения. Ты нужен Диэм. Как бы это ни было больно, если они не могут забыть то, что я им сделала, твоя задача попытаться починить то, что в них разбито. Твоя задача — поддерживать их, а со мной в твоей жизни ты не сможешь этого делать.
Леджер стиснул зубы. Казалось, он старается не заплакать. Но при этом он, похоже, понял, что я права. Он отошел от меня и достал бумажник.
— Дать тебе мою кредитку? — спросил он, вынимая ее. Еще он достал несколько двадцаток. По тому, как сердито он вытаскивал все из бумажника, было видно, как он ужасно расстроен и зол и чувствует себя побежденным. Он бросил карточку и деньги на стол, подошел ко мне, поцеловал в лоб и ушел.
И захлопнул за собой дверь.
Я села, поставила локти на стол, опустила голову на руки и заплакала еще сильнее, потому что сердилась сама на себя за то, что начала на что-то надеяться. Все это случилось больше пяти лет назад. Если бы они вообще когда-то могли простить меня, они бы уже это сделали. Просто они не из тех, кто прощает.
Есть люди, которые находят в прощении утешение, а есть те, кому прощение видится предательством. Простить меня для них аналогично предательству собственного сына. Мне остается только надеяться, что когда-нибудь они могут передумать, но до тех пор моя жизнь выглядит вот так. И вот куда она меня привела.
И отсюда я начну все сначала.
Я подняла голову как раз в тот момент, когда он захлопнул дверь и кинулся ко мне через всю комнату. Он подхватил меня и усадил на стол, так что наши глаза оказались на одном уровне, и стал целовать меня с таким отчаянием, как будто это наш самый последний поцелуй.
Прервав его, он посмотрел на меня с решимостью во взгляде и сказал:
— Я буду для твоей дочери самым лучшим человеком, каким только смогу. Клянусь. Я сделаю ее жизнь самой лучшей, а когда она спросит о своей матери, я расскажу ей, какой ты прекрасный человек. Я уверен, она вырастет, зная, как сильно ты ее любишь.
Я была вся в кусках, потому что понимала, как сильно мне будет его не хватать.
Он прижался ко мне своими разбитыми губами, и я поцеловала его очень нежно, чтобы не причинить ему боль. Мы прижались лбами друг к другу. Он, казалось, с трудом сохранял спокойствие.
— Прости, что не смог сделать для тебя большего. — Он оторвался от меня и пошел к двери, и мне было так больно смотреть ему вслед, что я опустила глаза.
Там, на полу, что-то лежало. Это походило на визитную карточку, и я соскочила со стола и подняла ее. Это была накопительная карточка Леджера на мороженое. Наверное, она выпала из его бумажника.
— Леджер, постой, — я догнала его у двери и отдала ему карточку. — Она тебе понадобится, — сказала я, хлюпая носом. — Ты уже почти заработал бесплатный рожок.
Он рассмеялся, несмотря на боль, и взял у меня карточку. Потом снова прижался лбом к моему лбу.
— Я так сердит на них, Кенна. Это неправильно.
Неправильно. Но не нам решать. Я поцеловала его в последний раз, а потом сжала его руку и умоляюще посмотрела на него. — Только не надо ненавидеть их. Ладно? Они дали моей девочке хорошую жизнь. Пожалуйста, не надо их ненавидеть.
Он с видимым трудом кивнул, но все же кивнул. Когда он выпустил мою руку, я не хотела видеть, как он уходит, поэтому ушла в ванную и закрыла дверь.
Через несколько секунд я услыхала, как входная дверь хлопнула.
Я опустилась на пол и разрыдалась.