Напоминание о нем
![Напоминание о нем](/uploads/covers/2024-04-17/napominanie-o-nem-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Колин Гувер
- Жанр: Любовные романы
- Дата выхода: 2022
Читать книгу "Напоминание о нем" полностью
14
Леджер
Пока я ехал домой, Патрик позвонил мне три раза, но я не стал отвечать, потому что слишком сильно злился на Кенну, чтобы еще и разговаривать про нее. Я надеялся, что Ландри не слышали, как она билась в их дверь, но, судя по всему, слышали.
Когда я подъехал к дому, Патрик ждал меня во дворе. Он заговорил, когда я еще не вышел из машины.
— Чего ей надо? — спросил он. — Грейс в ужасе. Как ты думаешь, она будет бороться против лишения прав? Адвокат говорил, что это невозможно. — Идя за мной в кухню, он продолжал сыпать вопросами.
Я кинул ключи на стол.
— Патрик, я не знаю.
— Не стоит ли нам получить запрет на приближение?
— Не думаю, что у вас есть основания. Она никому не угрожает.
Патрик мерил шагами кухню, а мне казалось, что он становится меньше ростом. Я налил стакан воды и дал ему. Он выпил его залпом, сел на стул и закрыл голову руками. — Последнее, что нужно Диэм, чтобы эта женщина появлялась и исчезала из ее жизни. После того, что она сделала со Скотти… Мы не можем…
— Она тут больше не появится, — сказал я. — Она слишком боится того, что мы вызовем полицию.
Мое замечание только обеспокоило его еще больше.
— Почему? Она что, старается не испортить свою историю на случай,
— Она живет в дыре. Не думаю, чтоб у нее были деньги на адвоката.
Он поднялся.
— Так она
Я кивнул.
— В «Райских апартаментах». Не знаю, сколько она собирается тут оставаться.
— Черт, — пробормотал он. — Это убьет Грейс. Я не знаю, что делать.
У меня не было для него совета. Как бы я ни участвовал в их жизни, я не был отцом Диэм. Я не растил ее с тех пор, как она родилась. Это не моя битва, хоть я каким-то образом и оказался в нее замешан.
Может, у меня нет законных прав, но у меня есть мнение. И уверенное. Поскольку вся ситуация не имеет ни одного решения, устраивающего всех, простая правда заключается в том, что участие в жизни Диэм — это привилегия. Которую Кенна утратила в ту ночь, когда решила, что ее свобода ценнее, чем жизнь Скотти.
У Грейс не достанет сил общаться с Кенной. Патрику может их хватить, но Патрик всегда старался хотя бы делать вид, что он силен настолько, насколько это нужно Грейс.
В ее присутствии он никогда не бывал сильно расстроенным. Он старался держать себя в руках после смерти Скотти, пока это не становилось слишком тяжело. В такие минуты он уходил и плакал один на заднем дворе.
Иногда я видел, как они оба начинают сдавать. Это всегда случалось в феврале, месяце, когда Скотти родился. Но потом приближался день рождения Диэм, в мае, и это снова вдыхало в них жизнь.
И Кенна должна это понять. Грейс и Патрик живут только ради Диэм. Она — та ниточка, которая держит их здесь.
И в этой картине Кенне нет места. Что-то можно простить, но иногда поступок бывает настолько тяжел, что сама память о нем может разрушить человека даже спустя десять лет. Патрик и Грейс живы потому, что мы с Диэм помогаем им забыть, что случилось со Скотти, настолько, что они могут прожить каждый следующий день. Но если Кенна будет рядом, его смерть будет бить им в лицо снова, снова и снова.
Патрик сидел с закрытыми глазами, сложив руки и поставив на них подбородок. Казалось, он молился про себя.
Я наклонился к нему и постарался, чтобы мой голос прозвучал убедительно:
— Диэм сейчас в безопасности. Кенна слишком боится полиции, и у нее нет средств начать борьбу за опеку. У вас есть преимущество. Я уверен, после сегодняшнего она сделает вывод и уедет обратно в Денвер.
Секунд десять Патрик смотрел вниз, на пол. Я видел, как на его плечах лежит тяжесть всего, что ему пришлось пережить.
— Надеюсь, — только и сказал он. Встал, прошагал через кухню и вышел. Когда за ним закрылась дверь, я выдохнул и закрыл глаза.
Все, что я сказал ему в утешение, было ложью. Судя по тому, что я уже знал о Кенне — хотя и очень мало, — у меня возникло ощущение, что до финала еще очень далеко.
— Ты какой-то рассеянный, — сказал Роман. Он взял у меня стакан и налил пива клиенту, который уже три раза заказывал его мне. — Может, тебе передохнуть. Ты тормозишь всю работу.
— Я в порядке.
Роман знал, что это не так. Всякий раз, оглядываясь на него, я ловил на себе его взгляд. Он пытался понять, что же со мной происходит.
Я еще час пытался сосредоточиться, но в баре было шумно, и, даже несмотря на то что у нас по субботам работал третий бармен, Роман не ошибся: я тормозил и только мешал всем, так что пришлось-таки взять чертов перерыв.
Я сидел на ступеньках в проезде, смотрел на небо и думал, что бы сейчас сделал Скотти. Он всегда был такой рассудительный. Хотя не думаю, что это в нем от родителей. А может, и так, не знаю. Может, после того, как у них разбились сердца, им стало труднее оставаться рассудительными.
За моей спиной открылась дверь. Я оглянулся через плечо — на улицу вышел Роман. Он сел рядом со мной, ничего не говоря. Это его манера показать, что он готов слушать.
— Кенна вернулась.
— Мать Диэм?
Я кивнул.
— Черт.
Я потер пальцами глаза, пытаясь ослабить головную боль, которая нарастала весь день.
— Я едва не трахнул ее вчера вечером. В моей машине после закрытия бара.
Он никак не среагировал на это. Я взглянул на него, но он смотрел куда-то перед собой. Потом поднял руку и с силой потер подбородок.
— Ты
Роман поднялся и прошел по проезду, глядя под ноги, словно до него только что начали доходить мои слова. Он казался таким же потрясенным, как и я, когда сложил два и два возле своего дома.
— Я думал, ты ненавидишь мать Диэм.
— Вчера вечером я не знал, что это ее мать.
— Как ты мог этого не знать? Она же была девушкой твоего лучшего друга?
— Я никогда ее не видел. Только однажды на фото. Ну и в газетах тоже. Но тогда у нее были длинные светлые волосы — она выглядела совсем по-другому.
— Вау, — сказал Роман. — А она знала,
Я не знал, что ответить, и просто пожал плечами. Она, кажется, не удивилась, увидев меня у моего дома. Она расстроилась.
— Она явилась сегодня и попыталась увидеть Диэм. И теперь… — Я покачал головой. — Я бешусь, Роман. Патрик с Грейс этого не заслужили.
— У нее есть родительские права?
— Она лишена прав из-за долгого срока заключения. Мы надеялись, что она не появится и не захочет влезть в жизнь дочери. В смысле, они этого боялись. Мы все. Думаю, мы сейчас поняли, что получили предупреждение.
Роман кашлянул.
— Ну, знаешь, если по совести, то эта женщина родила Диэм. Как по мне, это и было предупреждение. — Роман любит во всем играть в адвоката дьявола. Так что и сейчас меня это не удивило. — И какой у них план? Они собираются дать Диэм встретиться с матерью, узнав, что она хочет этого?
— Патрику с Грейс будет слишком тяжело, если Кенна вернется в их жизнь.
Роман сморщился.
— А как к этому относится Кенна?
— Я не знаю, что там чувствует Кенна. Но никого нельзя заставить устраивать встречи ребенка с убийцей его отца, их сына.
Роман приподнял бровь.
—
Мы с Романом не были знакомы в то время, когда умер Скотти. Он знал только саму историю. Но если бы он был тут пять лет назад и видел, как это на всех повлияло, и все равно сказал бы то, что сказал, я бы его ударил.
Но Роман — это Роман. Адвокат дьявола. Неофициальный.
— И что было, когда она пришла? Что они ей сказали?
— Она до них не добралась. Я перехватил ее на улице и отвез домой. И велел ей убираться обратно в Денвер.
Роман засунул руки в карманы. Я вгляделся ему в лицо, ища ответа.
— Когда это произошло? — спросил он.
— Часа четыре назад.
— И ты о ней не подумал?
— О ком? О Диэм?
Он, слегка рассмеявшись, качнул головой, как будто я не понял.
— Я говорю про Кенну. У нее есть тут родные? Друзья? Или ты просто бросил ее на дороге и велел убираться?
Я встал и отряхнул джинсы сзади. Я понял, к чему он клонит, но это все-таки не моя проблема.
— Может, тебе сходить проверить, как она, — предложил он.
— Я не собираюсь ее
Роман, казалось, был разочарован.
— Ты лучше, чем хочешь казаться.
Я почувствовал, как пульс забился у меня в горле. Не знаю, на кого я сейчас злился больше — на него или на Кенну.
Роман сделал шаг ко мне.
— Она виновата в
Я несколько секунд смотрел на закрытую дверь, а потом ударил ее кулаком.
— Черт!
Я начал ходить по проезду. И, чем больше ходил, тем более виноватым себя чувствовал.
Я однозначно был на стороне Грейс и Патрика с того самого дня, когда узнал, что случилось со Скотти, но чем больше секунд проходило между словами Романа и моим следующим решением, тем бóльшую неловкость я ощущал.
У меня в голове боролись две возможности. Первая — что Кенна именно такая, какой я ее считал, и она явилась сюда, думая только о себе и вообще не желая знать, что ее присутствие может сделать с Патриком, Грейс и даже Диэм.
А вторая возможность предполагала, что Кенна — отчаявшаяся, скорбящая мать, которая просто жаждет увидеть своего ребенка. И если все так, то не знаю, правильно ли я сегодня поступил.
А что, если Роман прав? Если я вырвал у нее последние крохи надежды? И если это верно, то что с ней будет? Одна, в квартире без всяких перспектив на будущее?
Не должен ли я беспокоиться?
Не должен ли проверить, как она?
Я еще какое-то время походил по проезду позади бара, пока наконец не задал себе вопрос, с которого и начинал.
Скотти всегда видел в людях только хорошее, даже в тех, в ком я ничего хорошего увидеть не мог. Будь он тут, могу только представить, что бы он подумал обо всем этом.
— Черт, — выругался я. — Черт, черт, черт!
Я совсем не знал Кенну как человека. Ее реакция могла вообще быть спектаклем. Но она и вправду может впасть в полное отчаяние, и моя совесть не даст мне спокойно уснуть.
Расстроенный и раздраженный, я снова сел в машину и поехал обратно к ее дому.
Может, убедившись в том, что Роман не прав, я должен был испытать облегчение, но я только разозлился еще сильнее.