Последний из медоваров
![Последний из медоваров](/uploads/covers/2024-04-25/poslednij-iz-medovarov-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Кейт Андерсенн
- Жанр: Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Последний из медоваров" полностью
Глава 8
***
Тэм
Ветви деревьев подлеска вздрагивали, роняя капли ночного ливня в прибитую ветром траву. Адар трусил впереди, не обращая внимания на мокроту. Я тоже не обращал. Он принюхивался, я приглядывался. Далеко овцы убежать не могли. Ле с Хэмишем пошли наверх по склону, проверить. Мы с Адаром уже спустились к самому лесу, а все никаких следов.
Я в который раз потянулся к свистку на груди. Так зову овец. И тут Адар зарычал. Я превратился в слух, чтобы определить направление блеяния. Но услышал ржание. И голоса. Шум, как от процессии.
И еще - ту песенку про Ярмарку в Скарборо. Дудочка звучала точь-в-точь, как у племянницы Хэмиша, ей вторили чьи-то струны, и чистый голос. Я сглотнул. Сильный, тягучий и нежный, как у Мэри, когда она выходила в море и напевала шанти. Этот голос проникал в самое нутро, разделяя душу и дыхание.
- Адар, к ноге, - негромко прикрикнул я псу, собравшемуся было ринуться под сень ветвей. Сам не знаю зачем, я притаился за стволом поваленного дерева. Сверху капнуло за воротник. Я вздрогнул и натянул килт поудобнее. Сам не знаю, зачем я хотел увидеть, кто поет. Не Мэри же.
***
Рони
Мы шли и шли. Я знала, что до дома не очень далеко, но вокруг было мокро, и нога болела. Я уже совсем начала жалеть, что сбежала. Мама, наверное, обнаружила, что меня нет и переживает. Быть Тюленем не очень хорошо. Я даже думала, что хорошо было бы заболеть лихорадкой и умереть, и не мучаться всеми этими мыслями.
А еще Терри. Он плелся такой заплаканный, и на щеке у него была та некрасивая царапина. Мне его было жалко. Не знаю почему. Даже не знаю, кого больше - его или мальчика, которого сбросили с обрыва в балладе Джона.
Джон вдруг ткнул меня в бок. Он был такой веселый, словно капитан Фергюссон не сердился на нас, и словно все не ехали верхом, кроме нас троих. Это ведь так несправедливо! И еще кричали, чтобы мы поторапливались.
- А не сыграешь свою Ярмарку? - спросил Джон. Почему ему не холодно в этой зеленой рубашке? - Я тебе подпою. А то идем, как на похоронах.
Капитан Фергюссон кашлянул, но ничего не сказал. А что ему говорить. Не его ведь играть просят. Дядя Хэмиш даже обещал, что мы с ним вместе сыграем на Бельтане в следующем году. Так что надо репетировать.
- Хорошо, - согласилась я. - Терри, а ты знаешь слова?
Мне хотелось его как-то разговорить или развеселить. С таким лицом, как у него, только умирать. Но он сделал вид, что меня не слышит.
Джон перевесил мандолину со спины на перед и начал дергать струны. Как вчера. У нас так никто в деревне не умел. А какой у него был голос красивый!
- Ну, Рони? - подмигнул он мне и затянул: - На ярмарку в Скарборо когда ты поедешь...
Я достала дудочку и подхватила мелодию. Это так здорово! Играть вместе с кем-то! Джон - настоящий волшебник! И мне нравится больше дяди Хэмиша. Он красивый, а у дяди пузо большое и нос красный. Хотя он смешной. Но и Джон тоже.
***
Терри
Джон и Рони пели с ужасно просветленными лицами, думая, что так можно забыть о плохом. А то, что за ними смотрели эти злые мундиры, их не печалило.
Злые красные мундиры. Ненавистные. Из-за них я чуть не возненавидел отца! Которого я... любил. Мне казалось, что лучше вообще ни о чем не думать. Потому что иначе можно сразу в Бетлем*. Так отец и говорил.
У меня пересохло во рту. Мне хотелось открыть рот и языком ловить капли, сползающие с листьев над головой. А не все ли равно? Лес заканчивался. Мы выходили на открытый склон. Там сквозь тучу пытался пробиться луч солнца. И вдруг в голове все стало на места.
Отец. Я должен найти его и вытащить! И мы снова будем варить фраох, и это все, как страшный сон, забудется. Все так просто! Медлить нельзя! Мне позарез нужно вернуться на Побережье.
- Розмарин, полынь, петрушка, тимьян, - продолжали свою музыку гусельник и малявка. Капитан пялился на них. Солдаты - по сторонам.
Благодаря заступничеству Джона руки мне развязали. Песни этих двоих отлично отвлекали. Пока еще рядом лес... Я сделал вид, что мне попал камень в ботинок, и остановился.
Красный мундир сзади меня тоже. Я обернулся. Он смотрел на меня со своей лошади. Что ж... Я побежал. За спиной у меня громыхнуло, земля под ногами вдруг подпрыгнула, я свалился лицом вниз. И стала болеть голова, и мокро, и горячо... Я слышал сзади цокот копыт, и как кто-то спрыгнул рядом, и схватил меня за плечи, но его сбили с ног, Джон что-то крикнул, а потом - лай собаки, а потом - не помню.
* Бетлем - психиатрическая лечебница в Лондоне с 1547 г. Также известна как Бедлам.
***
Джон
Я радовалась, что заставила Рони петь. Хотя бы ее мордашка лучилась радостью. В конце концов, я - скоморох, и это мое предназначение - веселить народ. Капитан бы сподобился на улыбку. Но нет. Вдруг прямо над ухом у нас раздался залп, я инстинктивно накрыла собой малышку, и увидела, что этот глупый подросток лежит на земле. Капитан уже спешивался рядом с ним. Убил его, что ли? Идиот!
Я подбежала, когда он пытался поднять убитого мальчика, и сбила его с ног, крича:
- Как вы могли! Это же ребенок!
Меня бы расстреляли на месте. Если бы откуда ни возьмись, не появилась большая пастушья собака с золотистой шерстью, и не начала прыгать вокруг паренька, который застонал. Жив хотя бы.
- Терри! - подбежал к нам какой-то пастух еще раньше, чем капитан вскочил на ноги. Просто горный ветер какой-то.
- Гусельник, ты... - капитан схватил меня за шкирку. Хорошо, что волосы я остригла - шапка свалилась с головы. Ничего хорошего взгляд Фергюссона не предвещал. Но и я не промах. Наступила ему на сапог со всей дури. Капитан взвыл, и я двинула его мандолиной. Достаточно, чтоб отскочить на безопасное расстояние.
Рони оказалась достаточно умна, чтобы спрятаться во время суматохи. Рядом девчонки не видать. Правда, дудка валяется в траве, где мы стояли.
- Что происходит? - выступил вперед пастух. Он успел посадить впавшего в забытье мальчонку спиной к молодому дубку, и пес встал рядом, скаля нехилые зубы. Пастух тоже неплох - широкоплеч, зарос бородой, правда, и глаза печальные, но стойку принял серьезную. Вид такой, будто умрет за мальчика.
Мне конфликт не был нужен. Но сама виновата - надо было детьми заниматься?.. И умирать не собираюсь. Не для того под личиной гусельника странствую.
- Они стреляли в мальчика, - бочком продвинулась я к пастуху.
- Я видел, - бросил он коротко, не поворачивая головы.
Пес зарычал на меня.
- Адар, спокойно, - приказал пастух. Пес перестал угрожающе шевелить загривком.
- Взять их, - приказал капитан, все потирая ушибленное и грязное плечо. Солдаты двинулись к нам. Это глупо. Столько лет, а вражда между горцами и англичанами и так не прекращается.
- Ну, что вы, капитан, - проскочила я вперед с мандолиной наперевес, уже проклиная себя за безумие. - Мальчик просто немного не в себе. Вы же не станете из-за этого накалять обстановку? - и глазами хлоп-хлоп.
- Хочешь подраться за него, гусельник? - прищурился капитан.
Почему "гусельник" сейчас звучит прямо как "висельник"?
- Хотелось бы все решить без крови, капитан, - прикрыла я глаза. - Нашелся отец мальчика... Вы ведь отец? - посмотрела я на пастуха. Он почему-то смешался и сказал так тихо, как только можно:
- ...дядя.
- Ну, вот, - продолжала я со всем возможным воодушевлением. - Дядя нашел племянника. Вы можете нас даже не провожать теперь до деревни, верно? И идти по своим делам... С чего вам подозревать нас в соглядатайстве?.. Зачем обострять и так напряженные отношения? Вряд ли это одобрят...
Капитану эта мысль не нравилась. Конечно, на соглядатаев никто не тянул, но неприкрытая ненависть мальчишки, моя неосторожность, да и еще эта болезненная стычка... Они поранили его самолюбие. И, кажется, появился у меня злейший враг.
- Я могу его забрать? - спросил пастух. Кажется, все эти ружья его абсолютно не пугали. То ли он показался капитану серьезным противником, то ли... Фергюссон явно начал сомневаться. Солдаты тоже мялись. Понимая, что наш арест им обосновать было бы нечем. Раньше нас хоть сопровождали, но теперь...
- Ну, на самом деле, - снова не выдержала я. - Что вы в деревне проверите-то? В каком доме они живут?
- Мы живем за следующим холмом, на заход солнца, - кивнул пастух, поднимая Терри на руки. - Я должен отнести его домой.
И пастух, свистнув псу Адару, собрался удалиться.
А я?.. Рони тоже испарилась, и... теперь перспектива остаться одной со злым капитаном...
Вдруг пастух остановился.
- Менестрель, ты с нами? - спросил он как-то неуверенно, даже не обернувшись. Весь в килт замотан. А ноги как столпы в траву уходят.
- Конечно, - с готовностью кивнула я, перекидывая мандолину за спину и оглядываясь на капитана чуть победно. - Заходите в гости, капитан, - не удержалась я от глупости сказать что-то напоследок.
По дороге мимо красных мундиров подобрала дудочку Рони. Куда же девчонка запропастилась?
И вот я иду в какой-то дом на заход солнца за вторым холмом, рядом с поросшим бородой и мхом горцем, который несет мальчишку с безжизненно свисающими конечностями, мечтаю найти малолетнюю девчонку в веснушках.. А могла бы смириться с участью женщины и безмятежно выгребать золу из печи на кухне богатого поместья.
***