Хозяин Амура
![Хозяин Амура](/uploads/covers/2024-05-05/xozyain-amura-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Дмитрий Хван
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы / Приключения
- Дата выхода: 2011
Читать книгу "Хозяин Амура" полностью
После того как московская замятня улеглась, на Ангарский двор тайно приходили жалкие остатки некогда могущественной семьи Милославских. С ними, как и с Морозовыми, Никита Иванович Романов расправился прежестоко. Брата Бориса Морозова, Глеба Ивановича, схватили у Варварских ворот в тот же декабрьский день, когда он упросил Грауля спрятать сестёр Милославских. А утром следующего дня его окоченевшее тело нашли в полынье. Были умучены и остальные люди, бывшие с ним. Немногим тогда удалось спастись. Никита Романов чувствовал себя всесильным властителем в Москве, а потому сразу же расправился со своими врагами. Чернь московская и зажиточные горожане, купцы да большая часть бояр его в этом поддерживали. Ведь обе низвергнутые фамилии прославились в народе лишь мздоимством и стяжательством, используя при этом своё положение при дворе.
А в начале февраля по Москве пошёл слух о том, что вскоре будет собираться Земский Собор для утверждения Никиты Ивановича на царство. Именно утверждения его, а не избрания среди иных претендентов, как некогда был избран государем Михаил Фёдорович, первый из Романовых. Теперь же, по старшинству, государем надлежало быть Никите Романову.
Оку ангарский обоз пересёк уже в сумраке мартовского вечера и, оставив в стороне стены нижегородского кремля, взял несколько южнее, к фактории. Ворота были загодя открыты, и вскоре обширный двор заполонили повозки. Забегали работавшие при дворе пареньки, помогая возницам распрягать лошадей, уводили животных в тёплые конюшни. Новый начальник фактории, Александр Марков, бывший морпех-срочник, встречал караван вместе с гостями из приказной избы города – то были таможенный дьяк, два целовальника и стрелецкий голова с двумя бородачами в тёмно-синих кафтанах. Служилые обогнали повозки при переправе, прибыв на двор первыми. Из-за прежних царских указов досмотр груза и проверка численности людей в караване были чисто формальными, и предъявленная Граулем проездная грамота дьяка вполне удовлетворила. Но более всего чиновников интересовали последние вести из столицы. Павел пригласил гостей к столу, за которым пообещал всё подробным образом рассказать. В Нижегородской фактории ангарцам надлежало пробыть лишь двое суток, после чего следовало поспешать далее на восток, чтобы вскрытие зауральских рек переждать в Хлынове. А пока они с Марковым после короткого разговора, от которого у начальника фактории волосы встали дыбом, направились в радиоузел, чтобы оставить радисту текст для передачи.
– У меня в гостях семья шведского канцлера, – в очередной раз, словно пробуя слова на вкус, с усмешкой протянул Александр Марков, пропуская его вперёд по расчищенной от снега дорожке. – Нарочно не придумаешь!
– Привыкай, Саша, то ли ещё будет, – похлопал Грауль Маркова по плечу.
– Останется турецкого султана сюда притащить! – рассеялся начальник фактории.
– Сложная задача, – ухмыльнулся Грауль, – но коли надо будет – выполним!
– Кстати, тебя монашек какой-то дожидается, – вспомнил Александр. – Мне ничего не говорит, но у него письмо от нашего попа.
Этим письмом, наконец, дал о себе знать и ангарский священник отец Кирилл. В фактории Грауля ожидал посланный им человек, который сообщил Павлу о стараниях священнослужителя в деле учреждения сибирских епархий в царстве Сокола. Что было важней всего, отцу Кириллу предстояла встреча с Патриархом царствующего града Москвы и всея Руси Иосифом, известным своим благоволением книгопечатанию и заботой о распространении просвещения. Можно было надеяться, что патриарх не будет возражать против основания на берегах Амура, а то и Сунгари, и Уссури монастырей – об этом священник сообщал в своём письме.
Пусть первоангарцы и были атеистами-технарями, но в этом мире без религии нельзя было ступить и шагу. Вера являла собой направляющую и руководящую силу для всего общества, она задавала нормы морали, мнение церковных иерархов по тому или иному вопросу было подчас определяющим. Так что ангарцам приходилось сей факт учитывать. И если они не могли этот процесс продвигать, то хоть как-то контролировать его было обязательно. Там, в Сибири, сделать это было несколько проще.
Поздним вечером того же дня
Когда весь народ в фактории разошёлся по своим углам, а большинство давно храпели, к Граулю наведался Андрей, служивший при Милославских. Там, в Москве, как и в дороге до Нижнего Новгорода, этот сын боярский из Рославля с Граулем не заговаривал, сторонясь ангарца. Казалось, он затаил на него обиду за те слова, которые Павел сказал ему в день, когда Андрей появился на Ангарском дворе в Москве. И вот он стоял на пороге кабинета Грауля, поднеся руку к железному кольцу на двери. Непроизвольно рославльчанин прислушался к звукам, доносящимся из-за крепкой двери. Глухие мужские голоса было не разобрать, и спустя некоторое время, вздохнув, Андрей решительно постучал в железную колотушку.
А Павел тем временем обсуждал с Марковым дальнейший маршрут каравана, и Александр сумел его обрадовать. В Тобольске, по всей видимости, в середине июня, ангарцев будет ждать пароход, который придёт от устроенной на Чулыме пристани. Работа над этим велась уже давно, ещё с дозволения государя Михаила Фёдоровича обустраивать путь от Оки и Волги до Енисея и Ангары.
– А прикидываешь, если по Дону пароход пустить? – проговорил Марков, злорадно улыбнувшись. – Туркам хвосты пообрывать можно будет!
– Дело не в пароходе! – отмахнулся Павел. – Сам говоришь, каких трудов стоило на Чулым его прописать! А до Дона… Нет! Дело за пушками и только. Хватит галер и толкового снабжения.
Тут в дверь гулко постучали.
– Ждёшь кого? – Грауль на автомате схватился за кобуру.
– Нет, – пожал плечами начальник фактории. – Может, с докладом кто-то пришёл?
– Андрей я… – донеслось из-за двери.
Марков открыл, увидав лёгкий кивок товарища – всё нормально.
– Павел Лукич, я… – Андрей, заметив приглашающий жест, прошёл в комнату. – У свеев, девонька та малая, кою они Варварой кличут, разболелась тяжко!
– Барбара? – нахмурился Павел.
– Ну! Наша Авдотья о том прознала, ходила проведать малую, а нянька давай на неё шипеть, словно змеюка какая… И молока с мёдом не могут дитяти дать, гонят Авдотью, не пускают к болезной! Помрёт же, ей-ей!
Марков непонимающе уставился на раскрасневшегося Андрея, а Павел уже встал со стула, проговорив:
– Хорошо, что ты пришёл. Нянька более ни над кем власти не имеет, а потому дитятю в гроб вгонит, но никого не подпустит! Слыхал уж о таком, – Грауль, похлопав просветлевшего лицом Андрея по плечу, кивнул кому, указывая на дверь:
– Пошли, разберёмся! Пусть попробуют пошипеть!