Кощеевич и Смерть
![Кощеевич и Смерть](/uploads/covers/2024-05-05/koshheevich-i-smert-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алан Григорьев
- Жанр: Славянское фэнтези / Современные российские издания / Героическое фэнтези
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Кощеевич и Смерть" полностью
— Вот впредь и слушай. Теперь ты десятник. Командуй!
Глаза Веледара округлились. Он явно не ожидал внезапного повышения и дёрнулся было что-то спросить, но Лада покачала головой, мол, не стоит. И улыбнулась, подбадривая.
Веледар вдохнул что было мочи и рявкнул:
— Ребятушки, стройсь! На конюшню шагом марш! Ать-два, ать-два, ать-два…
Глашатая и фонарщиков Ратибор тоже отослал. Теперь они остались во дворе вдвоём с Ладой.
Лис поглубже зарылся в листья, стараясь, чтобы ни веточки не шелохнулось — ох, только бы не обнаружили. Сила, исходящая от Защитницы, чувствовалась даже на расстоянии.
— Вечно ты смягчаешь моё сердце, Ладушка, — деланно вздохнул Ратибор.
— Потому что царю должно быть великодушным. Не только карать, но и миловать. А у тебя вечно кнутов больше, чем пряников.
— Потому что не заслужили они пряников, — нахмурился Ратибор. — Ох, Ваня! Скотина неблагодарная. К нему со всей душой, а он…
— Он просился, ты не отпустил. Уже в который раз.
— Вот именно. Раньше-то работало!
— У любого может закончиться чаша терпения. Даже у такого доброго человека, как Ванюша. Ты слишком сильно его прижал, Ратибор. Довёл до отчаяния. Нельзя так с людьми. Особенно с теми, кто может в трудную минуту пригодиться, — покачала головой Лада.
— Не сдюжил бы Ванька один такое дело провернуть. Уверен, ему помогли. Не зря люди в саду ворону-вещунью видели.
— Или жар-птицу? А может, самого Горыныча? — усмехнулась Лада.
Ратибор фыркнул:
— Завтра скажут, что сама Стратим-птица прилетала наши яблоки воровать. Что ж ты, Ладушка, думаешь, я правду от вымысла не отличу? Мой сын там был и всё видел. Твоя дочь в эту ворону попала даже. Жаль, не сбила.
— Ратибор, а может, ну их? Пусть уходит Ваня. Нешто он не заслужил спокойной жизни с любимой женой?
— Не все получают то, чего заслуживают, — отрезал царь, помрачнев, как туча. — Лучше скажи мне, Защитница, почему дупло за ним закрылось и не открывается.
— А ты пробовал?
— Нет, просто так спросил! Конечно, пробовал!
— Дай, гляну.
Лада подошла к дереву, обняла его, прислонилась ухом, прислушалась. Лис почувствовал, как старый вяз будто бы вздохнул и втянул голову в плечи. Не выдал бы…
Но дерево не спешило приподнимать листья. А Защитница, отпрянув от коры, молвила:
— Ты прав. Тут поработал сильный чародей.
— Весьмир?
— Не похоже.
— А кто тогда?
— Хотела бы я знать… тут, чую, навьим духом пахнет, — на этих словах Лис попытался слиться с веткой, на которой сидел. Пахнет ей, надо же!
— И что теперь делать? Как открыть ход? — разволновался царь.
— Я справлюсь. Но не сегодня и не завтра, а через седмицу-другую.
— Нужно раньше! Упустим беглецов!
Лада подошла, взяла его за руку.
— Мы уже их упустили. Смирись. Не о прошлом надо думать, а о будущем. Я знаю, как защитить Дивье царство так, что никакой богатырь не понадобится.
— И как же? — Ратибор сжал её руку так сильно, что Лада поморщилась.
— Чарами, разумеется. И займусь этим немедленно, если ты меня отпустишь.
— Успокоила, Ладушка-краса, — несмотря на просьбу, царь сграбастал обе её ладони и прижал к своей груди. — Что бы мы без тебя делали!
— Ратибор, я…
— Знаю-знаю, мужняя жена. А мне как быть, коли сердце к тебе тянется?
— Вспоминай о Голубе почаще. Разве не видишь? Она очень грустит. Будь уверен, царица прекрасно понимает, почему ты к ней охладел. Мы, женщины, такие вещи нутром чуем.
— Ничего она не понимает, — скривился царь. — И не надобно ей. Я больше не могу так, Ладушка. Днём или ночью — всё о тебе думаю, хочу обнять, поцеловать уста сахарные. Почему так несправедлива жизнь? Вот я — царь. Ворочу, что хочу, всё в моей власти. А твоё сердце мне не принадлежит, хоть тресни. Ну чего тебе не хватает?
— Всего хватает, царь-надёжа. Люблю я мужа своего Мстислава и наших с ним деток.
— А Дивье царство, значит, не любишь?
— Люблю, конечно. И не раз это доказывала, — Лада попыталась отстраниться, но царь держал её крепко.
— А коли царство любишь, то и царя полюбить должна!
— Я и тебя люблю. Как государя и как друга. О большем не проси.
Ратибор со вздохом выпустил её руки, и Лада принялась разминать запястья. Крепкой, видать, была хватка.
— Кое в чём прав был Кощей: не одну-единственную любить можно, — с досадой выплюнул царь. — Если бы у нас, как в Нави, можно было иметь по нескольку жён, пошла бы за меня, Ладушка? Я б царицей тебя сделал, любил бы пуще жизни, холил, лелеял, как цветок нежный. Только скажи — и состряпаем указ.
Лису было крайне неловко выслушивать эти страстные признания. А от упоминания отцовского имени он так и вообще чуть с ветки не свалился. Нашёл царь чему завидовать! Да почти все жёны Кощея его ненавидели. Только и думали, как бы мужа постылого со свету сжить. Разве это любовь?
Защитница всей душой разделяла его негодование:
— Что ты такое говоришь? Не смей нас с навьими равнять! Не бывать тому никогда!
— Ну не серчай, душа моя, — Ратибор поднял руки в примирительном жесте. — Это я не подумав ляпнул. От отчаяния. Очень уж меня расстроила вся эта история с вязовым дуплом да молодильным яблоком. Видишь, я сам не свой. Но готов слушать и подчиняться Защитнице. Скажи, как царство охранить? Всё сделаю!
— Тогда идём в малую сокровищницу, — Лада решительно тряхнула косами. — Мне нужен перстень Вечного Лета.
«Какое совпадение, мне тоже!» — подумал Лис. Уже который раз за этот длинный день удача сама шла ему в руки. Или лучше сказать, в крылья? А, не важно.
Он подождал, пока царь с чародейкой отойдут подальше, и полетел следом, умело таясь в ночной тени.