В перепутье дорог
![В перепутье дорог](/uploads/covers/2024-04-15/v-perepute-dorog-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Наталья Добровольская
- Жанр: Попаданцы / Исторические любовные романы
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "В перепутье дорог" полностью
Глава 7. Вист по-медицински
А пока Наталье нужен Цекерт – а человек он в полку не из последних. Армейский полковой лекарь был, как уже говорилось, военным чиновником десятого класса, тоже именовался «вашим благородием», а назначался на эту должность человек, прошедший полный курс обучения на медицинском факультете университета или окончивший Московскую или Петербургскую (как Цекерт) медико-хирургическую академию. В ведении полкового лекаря находился полковой лазарет, фельдшеры и подлекари. Это не «лепила» с фельдшерским образованием, а очень образованный человек. Лекарей, а тем более полковых лекарей, было не так и уж много, они многие были знакомы лично или по переписке, обменивались интересными идеями.
А вот и Цекерт, а Алексей Петрович куда-то отлучился, возможно, проверяет молодежь, а может, отправился в курительную отдохнуть и распробовать табак. Ну что же, Наталья приглашает за карточный столик Егора Фомича и Александра, чтобы поменьше ревновал из-за Воронихина, сыграть вместе с ней и Верочкой в вист. Женщина заранее выучила правила, но все равно надеялась на знания и помощь двойника.
Наталья, садясь за карты, неожиданно для себя загадывает – если выиграет эту партию в вист, то значит с Цекертом и Мелиссино все получится, все медицинские задумки осуществятся. И вспоминает такую же ситуацию в «Войне и мире», когда князь Андрей Болконский загадывает у Толстого: «Ежели она (Наташа Ростова) подойдет прежде к своей кузине, а потом к другой даме, то она будет моей женой». Как вы помните, Наташа подошла прежде к кузине, но к сожалению, женой Андрея не стала, так как после ее неудачного побега с Анатолем Курагиным Болконский разрывает помолвку, а затем погибает от ран, полученных в Бородинском сражении. Но, надеемся, наша история не будет столь трагична, и желание сбудется. Но мы опять отвлеклись.
Итак, все соглашаются и рассаживаются, определяя, кто с кем играет в паре – для этого из колоды вытаскивают по очереди карты, чтобы определить партнеров. У Цекерта и Александра – валет и десятка, у Натальи и Верочки – шестерка и девятка, значит парами в первых двух партиях – робберах – играют Цекерт и Александр – у них карты старше, а Наталья играет с Верочкой – у них карты младше.
Сдает Наталья, так как вытащила при жеребьевке самую младшую карту. Сдав все карты, она показывает последнюю карту игрокам и объявляет козыри – трефы. Начинается игра, и с нею непринужденная беседа.
– Наталья Алексеевна! Мне вот Александр Николаевич про ваш чудо-цветок рассказывал, которым вы ожог вашей кухарки лечили! – говорит лекарь.
– Да, Егор Фомич, верно, этот лечебный цветок называется алоэ. Его сок помогает при ожогах и при ранах, – отвечает она, забирая первую взятку себе.
– Что это за чудо-цветок, ma chère? – поинтересовалась Верочка и, перебивая валета Цекерта своей дамой, забирает взятку.
– Это алоэ, я покажу свое чудо. Покажу и другие лекарственные растения. Даже могу подарить росточек, – отвечает женщина.
– Буду очень рада, голубушка моя. Очень мне нравятся твои новинки, – кивает Верочка и улыбается, намекая на маленькие женские тайны, подвязки и подкладки, которые с легкой руки Натальи теперь шьют и домашние портнихи, и портнихи в салоне мадам Зизи. Пошла идея дальше, да и не удержишь ее – слишком простая и легко исполнимая, ладно, не жалко, пусть пользуются дамы. Да и не хотела Наталья, чтобы от нее много новинок шло – это и интерес ненужный привлекает, и вопросы разные. Лучше она их раздаст по разным людям – лишь бы на пользу!
– И росточки подарю, и мазь свою дам, – продолжает она вить словесную паутину вокруг Цекерта и Александра, который также с интересом поглядывает на нее, не забывая при этом запоминать сброшенные карты и просчитывать ходы.
– И цветы, и рецепты мазей мне достались от моего деда – Георгия Ивановича. Он увлекался наукой, собирал редкости и диковины из разных стран. Есть у него в коллекции интересная трубочка, при помощи которой можно услышать, как стучит сердце и как человек дышит, – продолжает удивлять женщина.
– Разве такое возможно, – удивляется Егор Фомич, – услышать дыхание человека?
– Возможно! Надо только один конец трубочки приставить к груди человека, а другой приложить к уху лекаря, и все слышно, – уточняет Наталья.
Александр Николаевич, который с огромным интересом прислушивался к разговору, бьет королем, но учительница перебивает его козырной семеркой и забирает взятку. Отлично, они с Верочкой пока ведут эту партию.
– Откуда такая диковинка у вашего дедушки? – спрашивает Цекерт.
– Ему привезли откуда-то с востока, – не моргнув глазом продолжает она, – то ли с Османской империи, то ли с Персии, я точно не помню.
Стетоскоп будет изобретен только в 1816 году, но его надо как-то легализовать в 1812 году, поэтому проще все свалить на загадочный восток, главное никакой конкретики – по-шпионски путаем следы, сплетая реальную историю изобретения прибора французским врачом Рене Лаэннеком, которую она и положила в основу своей истории, и восточную сказку.
– Дедушка рассказывал, что это нехитрое устройство было случайно изобретено придворным лекарем какого-то падишаха. Лекаря вызвали к любимой наложнице падишаха, которая жаловалась на боли в области сердца, и у лекаря была непростая задача определить причину боли. Но стандартный способ прикладывания уха к груди был невозможным из-за тучного телосложения пациентки и пышной груди, а также невозможности мужчины прикасаться напрямую к телу женщины. Тогда на ум лекарю пришла отличная мысль скрутить лист бумаги и приложить эту трубку к больной, чтобы послушать ее сердце. Каково же было его удивление, когда он услышал сердечный ритм более отчетливо, чем прежде. Этот свернутый бумажный лист и стал прототипом стетоскопа (в переводе «осматриватель груди»). Первый экземпляр такого прибора потом лекарь вырезал на станке из орехового дерева и успешно применял и дальше.
– Какая интересная история! – восклицает Верочка. – Прямо восточная сказка!
«Да уж, какие сказочники, такие и сказочки!» – улыбается Наталья про себя.
– А можно посмотреть эту трубочку? – спрашивает Егор Фомич.
– Конечно, – соглашается она, – после игры я вам ее покажу, а если она окажется вам полезна, то и подарю.
– Покорнейше благодарю вас, Наталья Алексеевна, – расцветает лекарь, обрадованный и обещанию подарка, и тем, что удалось отыграть у дам одну взятку.
Первая партия в вист заканчивается победой Натальи и Верочки. В разговоре с Цекертом она также одерживает победу – стетоскоп удачно сыграл роль приманки. Но Александр Николаевич и Егор Фомич, как истинные военные, конечно, хотят отыграться, и дамы опять продолжают. На второй партии хозяйка продолжает свою двойную игру.
– Мой дед, Георгий Иванович, вообще очень любил рассказывать мне в детстве истории про разные страны.
– Расскажи еще какую-нибудь историю, ma chère, – попросила Верочка, проявляя неподдельный интерес. Чувствуется, что она безумно польщена компанией таких знатных людей, и будет рассказывать о нашей игре всем своим знакомым и полузнакомым дамам.
– Расскажу еще одну восточную легенду про некого мудреца, которую слышала от дедушки. Однажды к нему обратился мастер, который лепил красивые вазы и кувшины. Он сломал руку и не мог работать. Мудрец обмотал сломанную руку мастера плотной тканью и обмазал той же смесью, из которой тот ваял свои вазы. Смесь быстро затвердела. Мастер носил повязку несколько недель, а когда снял, то оказалось, что рука срослась правильно. При этом он не испытал никаких особых неудобств.
«Легенда, конечно, полный бред, но надо же познакомить местное общество с применением гипса в медицине», – это Наталья уже произносит про себя.
И тут вдруг Цекерт воскликнул:
– Не может быть, мадам! Но простите мой возглас. Я поражен этой историей. Ведь нечто похожее написал недавно мне мой молодой коллега.
Оказалось, что Егор Фомич знаком с молодым минским хирургом Карлом Филиппом фон Гибенталем (его на русский манер звали Карлом Ивановичем). И тот совсем недавно в письме отписал Цекерту о своем медицинском опыте. Егор Фомич рассказал, что Карл Иванович Гибенталь, помимо медицины, занимался художественной лепкой. И вот некоторое время назад к нему привезли пострадавшего с переломом предплечья. А Гибенталь в это время лепил бюст из гипса. Он решил скрепить гипсом перелом, и скоро обнаружил, что перелом сросся правильно, а пациент не очень страдал. Цекерт посоветовал своему коллеге написать об этом методе статью в медицинский журнал Петербургской медико-хирургической академии. И теперь они ждут рецензии на статью и ответ.
Эта новость ошеломила Наталью. Нет, вот так – ОШЕЛОМИЛА. Гипсовая повязка была введена еще до Отечественной войны 1812 года? А как же Пирогов? Ведь известно, что гипсовые повязки внедрит в практику Николай Иванович Пирогов во время Крымской войны. Неужели произошли какие-то изменения в истории, и она что-то упустила? В любом случае хорошо – значит, о гипсовых повязках узнают до Отечественной войны 1812 года.
Первый роббер дамы выиграли. Перед вторым роббером опять провели жеребьевку, согласно которой Наталья играла в паре с Александром Николаевичем, а Верочка с Егором Фомичом. Первая партия опять за хозяйкой. Началась вторая партия.
Из курительной комнаты к ним присоединился Алексей Петрович Мелиссино. Вот и пришло время включать в игру генерала, который сел рядом и с интересом прислушивался к разговорам. И изучив еще раз свои карты на руках и, вспомнив недавние ходы партнеров, Наталья решает зайти с козырей. Дело не такое простое – глядеть в карты, рассчитывать ходы и рассказывать, но она потихоньку справляется! Все-таки зря она так карты ругала – это отличное развитие памяти, логики, умения стратегически мыслить.
Но вечер продолжается – сегодня и правда сказки «Тысяча и одной ночи» воплощаются в жизнь. Кстати, можно и их издавать – восток ведь всегда так притягателен!
И Наталья продолжает рассказывать о том, как спасали раненых воинов в одном восточном царстве, опять не помнит, в каком именно – ах, женская память такая непредсказуемая! И между очередными ходами она поведала всем заинтересованным слушателям о «летучих лазаретах» – двухколесных повозках, запряженных парой лошадей, которые продвигались за армией, а приставленные к ним санитары эвакуировали раненых воинов прямо с поля боя. Рассказывает и о том, как непосредственно рядом с полем боя происходила и сортировка раненых на первоочередных и очередных в зависимости от полученных ран в бою, о полевых госпиталях. Это все уже ввел наполеоновский хирург Жан Доменик Лоррей еще в начале девятнадцатого века, но это упоминать не будем, ни к чему выдавать «агентуру», но опыт и идеи его постараемся как можно подробнее рассказать и Цекерту, и Мелиссино.
Сидевший рядом со столиком генерал Мелиссино, заинтересованный услышанным, вступает в разговор.
– Как интересно! Что-то такое я слышал про французского военного лекаря Лоррея, любимца этого выскочки Наполеона. А ведь это верно, если выносить раненых сразу с поля боя и оказывать им помощь, многих солдат можно спасти и вернуть в строй. Да и французам можем доказать, что и наши лекари не хуже справляются на поле боя с этими проблемами! Не так ли, Егор Фомич? – обратился он к медику.