Восставшая из пепла
![Восставшая из пепла](/uploads/covers/2024-04-24/vosstavshaya-iz-pepla-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Шаповалов
- Жанр: Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Восставшая из пепла" полностью
– Приветствую тебя, великий вождь. Что ты делал в рядах каскийцев? Шкура шакала – свинье не к лицу, – с издевкой приветствовал его Хемиша.
Тот ответил гневным шипением сквозь зубы:
– Я надел эти доспехи, чтоб найти тебя в бою. Но ты был на коне, а я – пеший. На перевале я несколько раз подбирался к тебе, но ты ускользал от моего кинжала.
– Какие крепкие ноги! – вновь усмехнулся Хемиша. – Не ты ли бежал впереди всех, когда мы погнали вас?
Противник от злости заскрежетал зубами.
– Почему ты не ушел вместе со остальными шакалами на другой берег. Повелитель вас отпустил. Я же не столь милосердный: могу и кишки выпустить.
– Неужели ты поднимешь руку на безоружного? – снова прошипел противник. – Не узнаю сына благородного Шувауси. Ты не боишься гнева Еникея? Или воины Хауси забыли, что такое совесть горца, и могут спокойно рубить головы пленным?
Хемиша с завидным спокойствием выслушал оскорбительную речь. Ни один мускул не дрогнул на лице.
– Хочешь умереть с оружием в руках? Пусть будет так! Мой друг, Фазарука, будет следить, чтобы поединок проходил честно. – Затем обратился к своим горцам. – Принесите оружие и калмус Еникея.
– Прекратите! – вмешался Фазарука. – Суппилулиума будет разгневан, если узнает о поединке. Нельзя проливать кровь, когда он беседует с Богами.
Хемиша покачал головой.
– Я не могу отступить, иначе буду опозорен. Мой народ проклянет меня, а предки не пустят после смерти на Великую охоту. У нас старинная кровная вражда, которую освятил сам Еникей.
На это Фазарука ничего не мог возразить. Кровная вражда – святое дело. Нельзя вмешиваться.
Помолившись перед божественным шестом с оленьими рогами и, совершив возлияние красным вином, противники приготовились к бою. Их вооружили короткими боевыми топорами. Бронзовые лезвия хищно сверкнули остро отточенными кромками. Для защиты – небольшие овальные щиты из дерева, обтянутыми толстой воловьей шкурой и украшенные медными пластинами.
Хемиша и его враг начали крадучись ходить по кругу, зорко следя за каждым движением противника. Глаза не мигая, смотрели в глаза. Ноги все больше сгибались в коленях. Жилы на икрах вздулись от напряжения. Будто два хищника кружились на месте, высматривая любое ошибочное движение, ловя каждый неверный шаг. Чувствовалось, что оба были опытными воинами. Любая оплошность, – и сразу смерть.
Напряжение все возрастало. Наконец враги стали делать резкие осторожные выпады. Сшиблись щитами. Каскиец распрямился и молниеносно нанес удар сверху. Хемиша еле успел прикрыться. Лезвие срезало полоску кожи на кромке щита и скользнуло концом по правому плечу. На накидке из леопардовой шкуры появилось темное пятно крови.
Глаза каскийца заблестели. Он подумал, что нанес противнику серьезное ранение и с диким криком ринулся добивать. Но на этот раз Хемиша увернулся и ответил ударом в голову. Медный шлем слетел с каскийца и со звоном покатился по камням. Глубокая вмятина испортила чеканный узор.
Каскиец тряхнул головой, приходя в себя. Сорвал войлочный подшлемник и отшвырнул его в сторону. Убедившись, что голова цела, он скверно выругался.
Противники сошлись вновь. Щиты трещали под ударами топоров. Лезвия покрылись зазубринами. Пот смешивался с кровью. Вскоре удары каскийца стали слабеть. Он начал выдыхаться. Но и Хемиша почувствовал, как правая рука понемногу немела. Недолгая пауза. Каскиец, собрав все силы, бросился в очередную атаку. Щит Хемиши треснул пополам под сокрушительным ударом. Но сам вождь с проворством кошки извернулся и выскользнул в сторону, а его топор остался торчать в груди соперника.
Каскиец бешено вращал мутневшими глазами, не понимая, что произошло. По разбитому лицу стекала кровь и густела в бороде. В уголках рта показалась розовая пена. Побледневшие скулы задергались в предсмертной гримасе. Длинные руки с крючковатыми пальцами потянулись к пробитому нагруднику. Он издал жуткий хриплый стон и рухнул в утоптанную траву. Горцы, наблюдавшие за поединком, издали радостный боевой клич.
– Кто этот человек? – спросил Фазарука после того, как Хемиша совершил благодарную молитву Еникею. Он помог перевязать рану на плече вождя Хауси. – С чего у вас возникла кровная вражда?
Двое слуг положили безжизненное тело на носилки и унесли в сторону реки, куда уходили последние каскийцы.
– Древняя история. – Хемиша отпил из кувшина воды. – Старики говорят, что это случилось, когда правитель Анита34 с огнем и мечом покорял народы Хатти. Много городов он разрушил. Многие вожди пали перед ним на колени. Пришел черед и наших гор. Ему нужна была дорога на запад к землям Ацци, Хайасы и Исувы. Народ наш тогда был немногочисленный, да и воинским искусством пастухи не владели. Так, сорились иногда, за копья хватались – но не больше. Племена жили разрозненно, сами по себе, занимались мирным трудом: охотились, пасли скот.
Войска Аниты занимали селения и превращали их в крепости. Жителей обращали в рабов. Кто вздумал сопротивляться – убивали. Вот тогда наш покровитель Еникей приказал вождям племен Хауси объединиться против захватчиков. Кто не желал становиться рабами, уходил высоко в горы и прятались. Как только Анита покидал крепости, оставляя сторожевые гарнизоны, горцы спускали и вырезали всех, как волки овец. Лишь только армия Аниты вновь появлялась, то находила только пустые укрепления. Пытались отыскать тайные тропы и наказать бунтовщиков. А попробуй-ка в наших горах кого-нибудь найти.
В конце концов, Анита понял, что силой Хауси не одолеть. Где меч не разит – там золото валит с ног. Он решил подкупить одно из многочисленных племен. Одарил вождя богатыми подношениями, скрепил с ним договор в вечной дружбе и назначил правителем Верхней страны, в обмен на предательство.
Но остальные племена не желали такой подлой дружбы. Вот тогда-то и состоялся кровный поединок. Вождь предателей и мой далекий предок сошлись лицом к лицу. По приданию, сам Еникей спустился с гор на спине оленя. Золотые рога пылали небесным огнем. Серебряные копыта высекали яркие искры. Три раза Бог протрубил над местом поединка, да так сильно, что горы вздрогнули и обрушились скалы.
Победил мой пращур. Племя предателей изгнали. Они осели где-то у подножья высокой горы Ар35. Вскоре великий Лабарна собрал под свои знамена воинов и поверг Аниту. Уже скоро в сотый раз снег покроет горы, а затем стечет ручьями, но поединок, освещенный богом, продолжается до сих пор. – Хемиша еще отпил воды из кувшина. – Я только что убил Ибиссаху. Его дед убил моего деда. Мой отец убил его деда, его отца и двух братьев. Я, в свою очередь, убил брата Ибиссахи. Теперь пришел его черед.
– Это – одно из проклятий Аниты преследует твой род? – сделал вывод Фазарука. – Хаттусу тоже проклял Анита.
– Возможно, – согласился Хемиша. – Он слыл сильным магом, готовил себе бессмертие. Великому Лабарне удалось умертвить его тело, но мстительный дух до сих пор не успокоился.
Друзья еще долго говорили, сидя возле костра, пока сон не сморил обоих. Они повалились на землю, укутались в плащи и захрапели.
***
На рассвете Суппилулиума облачился в желтую хубику36 жреца, совершил жертвоприношения, произнеся долгую молитву. Возле воткнутого в землю шеста с золотым быком на верхушке поставили кувшины с пивом и вином. На кусок ярко-желтой материи повелитель положил разломленные хлебные лепешки. Тут же истекал кровью черный баран с перерезанным горлом. Сам повелитель замер, словно каменное изваяние. В одной руке он держал изогнутый золотой калмус, другая покоилась на груди возле сердца. Душа повелителя витала высоко в небесах. Глаза видели грозные лики Богов, уши внимательно слушали их советы. Небесным блаженством и спокойствием светилось лицо. Воины собрались вокруг, приклонив колени и, затаив дыхание, ждали.
Вдруг кругом все зашумели. Толпа расступилась. Суппилулиума очнулся, услышав за спиной тяжелые шаги Цулы. Цула встал перед повелителем на одно колено.
– Что случилось? – спросил повелитель, не опуская взгляда от неба.
– Прости, Великий, что оторвал тебя от беседы с Богами…
– Говори!
– Дурные вести. Прибыл гонец из Каниша37. Арцава выступила против нас. Их войско уже подходит к переправе через Марассантию.38
Плечи Суппилулиумы напряглись. Он повернулся и решительно произнес:
– Выступаем немедленно. Знаю, что воины устали, но Каниш надо занять раньше арцавцев. Готовьте мою колесницу и позовите Хемишу.
Вождь Хауси подскакал на длинногривом невысоком коньке, когда Суппилулиума уже облачился в походную одежду и стоял в колеснице.
– На юге неспокойно, – объяснил повелитель на ходу. – Когда еще увидимся, останусь ли я живым – известно только Богам. Пока, на словах назначаю тебя телепурием всей Верхней страны. Некогда созывать панкус и приводить тебя к присяге.
– Слушаюсь, Солнце мое. Но достоин ли я…
– Не в достоинстве дело, – оборвал его Суппилулиума. – Мне нужен щит, который прикрыл бы мою спину. Ты знаешь здесь все тропинки. Смелей и надежней твоих людей мне не найти. Следи за дорогами из Митанни и Исувы. Если опять покажутся каскийцы, постарайся все уладить миром. Нам нынче каждый мирный день дорог. Пусть Боги тебе помогают! – пожелал повелитель напоследок.
– Победы тебе, Великий! – крикнул Хемиша вслед уносившейся колеснице.