Восставшая из пепла
![Восставшая из пепла](/uploads/covers/2024-04-24/vosstavshaya-iz-pepla-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Шаповалов
- Жанр: Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Восставшая из пепла" полностью
– Вот как? – удивился Суппилулиума. – От могущества Хатти остался только пепел. Многие подвластные нам племена перешли на сторону врага. Почему же ты решил сражаться вместе со мной?
– Со времен великого Лабарны наши народы живут братьями. Брат должен помогать брату. Поодиночке мы слабы, а вместе – сила. Если погибнет Хатти, то вскоре враг доберется и до наших гор.
– Что ж, я буду только счастлив видеть среди моих воинов отважных всадников Хауси, – улыбнулся Суппилулиума. – А что за трусов вы гнали из гор?
– Облезлые собаки назвались великими завоевателями из страны Каски и потребовали, чтобы мы им покорились. Племена Хауси еще никто не мог покорить. Нас можно только истребить. Пришлось проучить собак. Воины из них плохие, и бегают неважно. Они свое получили. Теперь, Солнце, я перед тобой и готов присягнуть на верность.
– Не называй меня Солнцем. Таким светлым именем можно величать только правителя. А страной правит лабарна Арнуванда.
– Имя Суппилулиумы затмевает имя Арнуванды, – не смущаясь, ответил горец, – как сияние солнца гасит блеск луны. Только избранный Богами лабарна может внушить страх врагу и вселить надежду в свой народ. Ты собрал большое крепкое войско и разбил каскийцев. В твоих силах возродить Хатти. Я – Хемиша, вождь племен Хауси и один из панкуса26 верю тебе, Арнуванде – нет!
– Не говори так. – Суппилулиума нахмурился. – Возможно, в моих силах возродить страну, не ты первый призываешь меня к этому, но назвать себя правителем при живом лабарне – тяжкое преступление. Божественный закон Телепину27 гласит: никто не должен править страной, пока жив правитель, посланный Всевышними. Нарушитель закона навлечет на себя гнев Богов и будет проклят на века.
– Это так. Но если Боги не могут защитить своих рабов, то пусть не мешают им самим защищаться, – рассудил Хемиша. – Мои воины готовы умереть за тебя, – за Арнуванду умирать никто не будет.
– Твои слова дерзкие, – без злобы произнес Суппилулиума.
– Горец говорит сердцем, – ответил ему Хемиша.
– Не знаю, что тебе сказать, – растерялся Суппилулиума. – Правителем я могу стать только со смертью Арнуванды. Но желать ему гибели – смертельный грех. Не я это придумал. Прости, я не лабарна, а всего лишь – один из панкуса.
Повелителя позвали к пленным.
Каскийцы стояли полукругом на коленях и мысленно готовились к ужасной участи. От былой воинственности не осталось и следа. Вид их вызывал только жалость. Суппилулиума обвел коленопреклоненную толпу тяжелым взглядом.
– Слушайте меня, несчастные! – гневно прогремел голос повелителя. – Сколько бед вы натворили на моей земле: сожгли города, вытоптали поля, осквернили храмы. Думали, вам все это сойдет с рук? Запомните: нельзя безнаказанно грабить великую Хатти. Земля эта принадлежит Богу Грозы. Вы жгли его города, вытаптывали его поля и оскверняли храмы, в которых присутствует его дух. Жалкие твари! Решили тягаться с Вершителем? Месть настигла вас. Оглянитесь! На этом поле лежат сотни ваших товарищей. А сколько курганов вы насыпали позади себя? Скольких соплеменников сожгли на похоронных уктури? И вы сами заслуживаете смерти. – Он сделал паузу, давая возможность им осознать всю тяжесть вины. – Но Бог Грозы, мой отец, милостив к побежденным. Он приказал мне отпустить вас. Никто не будет обращен в рабство.
Пленные не поверили своим ушам. Неужели враг, которому они сотворили столько бед, отпускает их с миром? Они несколько мгновений молчали, после заплакали от радости, протягивая руки к повелителю. Некоторые пытались подползти к колеснице Суппилулиумы и поцеловать край его плаща. Но мешеди их не пустили.
– Тише! – Суппилулиума поднял руку. Все разом умолкли, предано заглядывая в черные строгие глаза. Повелитель продолжал: – Я вижу по вашим лицам и по вашим натруженным рукам, что среди вас есть пастухи, охотники, земледельцы, ремесленники. Зачем вы – люди труда – пришли с войной на земли Хатти? Вы грабили и убивали таких же бедняков, как вы сами. Если руки, растившие хлеб, осквернить невинной кровью, их потом не отмыть. И хлеб из этих рук будет пахнуть кровью, и вкус хлеба будет с кровью.
– Не проклинай нас! Не проклинай наш труд! Не клич гнев Богов на наши дома! – зароптали каскийцы, протягивая с мольбой руки к повелителю.
– Ступайте с миром! И больше не приходите с оружием на землю Бога Грозы!
– Зачем ты их отпустил? – удивился Цула. – Аппантес28 нам бы понадобился для восстановления Хаттусы. Сколько рабочих! В крайнем случае, можно богатых пленных обменять на серебро.
– Сейчас мир дороже серебра, – возразил Повелитель. – В наших руках была жизнь и свобода этих несчастных. Но мы поступили великодушно. Теперь каскийцев ни за что не заставишь вновь пойти войной на Хатти. А если плененных обратить в рабов, родственники обязательно придут мстить. Второго нашествия нам не пережить. Дети волков мстительны, но и добро помнят долго.
– Твои слова мудры, – согласился Цула.
– С этой стороны мы обезопасили границы лет на пять.
– Повелитель! – к нему подошел Фазарука. Позади него стоял каскиец, судя по одежде – знатного рода. – Один из пленных хочет сообщить тебе важную весть.
– Пусть говорит.
Каскиец рухнул на колени.
– О великий! О победоносный! О солнцеликий! – залепетал он на ломаном хеттском.
– Что тебе надо? – спросил Суппилулиума, стараясь подавить в себе гнев. – Я отпустил вас. Этого мало?
– Выслушай меня. Я вождь одного из племен. Я очень богат. Имя мое Инаш.
– Встань. Не унижайся. Что ты вождь – вижу по твоим золотым браслетам.
Каскиец поднялся и, с трудом подбирая слова, продолжал:
– Жадность нас погубила. Нам всего хватает. У нас большие стада овец, коз, быков, обширные луга с сочной травой, виноградники, леса, полные дичи. У меня полно серебряных колец для мена29…
– Говори яснее! – начал терять терпение повелитель. – Серебра твоего мне не надо.
Каскиец с опаской кинул взгляд по сторонам и, понизив голос, вымолвил:
– Нас подкупили. Уговорили с помощью золота и угроз идти на Хаттусу.
– Кто? – Суппилулиума гневно сверкнул очами. Каскиец от страха чуть не лишился дара речи, но все же продолжил:
– Послы из Митанни. По велению самого правителя Тушратты. Они долго уговаривали вождей. Кого золотом и серебром подкупили, кому красивых невольниц привезли. Обещали отдать половину оловянных рудников Исувы. У одного посла я выведал, что Митанни хочет скоро покорить южные земли Хатти. А возможно и всю страну, вплоть до Ахеявы прибрать к рукам.
Суппилулиума призадумался.
– Вот, оказывается, кто главный враг. Тушратта действует ловко чужими руками. Дождался, когда Хатти окончательно развалится в бесконечных войнах, а теперь решил захватить земли малой кровью. Спасибо за предупреждение, – поблагодарил его Суппилулиума. – Но почему ты решил мне все рассказать.
– Хурритам30 верить нельзя. Раньше рудники Иссувы принадлежали нашему роду. Митанни отняла их. Я говорил другим вождям: когда Тушратта займет земли Хатти, он потянется к Северному морю31. Тогда
и нас в покое не оставит.
– Хорошо, что Боги просветлили твой разум. Ступай. Обещаю, что мы не будем переходить. Куммесшахи с оружием в руках.
Когда вождь Инаш удалился, повелитель приказал:
– Пусть мне принесут воду для омовения рук, белую хубику и священный калмус. Мне надо поговорить с Богами и помолиться за погибших.
***
– Мир тебе, мой названный брат! – радостно воскликнул Хемиша, вождь племен Хауси, обнимая Фазаруку.
– Пусть будут Боги к тебе благосклонны, брат! – ответил Фазарука. – Давненько я не слышал ничего о тебе. С того дня, как ты покинул Хаттусу, пчелы уже пятнадцать раз просыпались, возвещая весну. Расскажи, что произошло с тобой за все эти годы. Ты стал могучий, как скала. Твои руки покрыты шрамами.
Они присели на мягкую траву возле костра.
– Мой отец, верховный вождь, умер.
– Умер? – удивился Фазарука. – Я помню его крепким и здоровым.
– Да, он, бывало, на медведя один с копьем ходил, – печально согласился Хемиша. – Да только старые раны укоротили его дни. Тяжело уходил. Долго мучился… Совет старейшин призвал меня возглавить племена Хауси. Мне вручили меч правителя, когда я был еще мальчишкой. Надо было быстро взрослеть. Нелегко в малолетстве править целым народом. Хорошо хоть старые опытные воины подсказывали, поддержали, оберегали во время битв. Сначала пришлось вести долгую войну с Ацци32. Много крови было пролито. Многим смелым воином пришлось отправиться в леса Еникея. Но мы прогнали врагов. Затем Иссува захотела нас подчинить. Тушратта – правитель Митанни им приказал. Ему нужна была дорога в Хатти через Верхнюю страну. Но из землекопов Иссувы плохие воины. Их могилами устлан весь путь до самых восточных долин. Теперь каскийцы решил проверить острия наших копей. Их вожди прислали послов с требованием присоединиться к походу на Хаттусу. Пришлось вывалять посланников в коровьем дерьме и прогнать вон. Вчера каскийцы вновь появились в наших горах, теперь уже с оружием. На перевале шло жестокое сражение. Но воины Хауси среди родных скал, сами становятся скалами. Еникей возглавлял наше войско. Мы разбили шакалов и гнали до этой долины, как горностай гонит крыс от своей норы. – Хемиша улыбнулся сквозь бороду. – А когда перед нами предстала вся армия каскийцев, то мы приготовились к смерти. Мы легли бы все здесь, но не пустили бы врага в родные горы. И тут мое сердце застучало как небесный хухупал33 Еникея, когда я увидели колесницы Суппилулиумы.
– Хорошую мы подготовили встречу, – согласился Фазарука. – А все – повелитель. Ему сам Бог Грозы подсказывает, как вести войну.
– Я рад, что ты сражаешься в рядах его войска.
Фазарука горестно покачал головой.
– Я служил в мешедях лабарны Арнуванда. За преданность и усердия меня назначили старшим над мешедями.
– Высоко поднялся! – Хемиша одобрительно похлопал его по плечу.
Но Фазарука нахмурился.
– Не по душе мне придворная служба. Все же, я вырос в маленьком городке на границе с Ахеявой. Мой отец был отважным воином, и братья всю жизнь не расставались с оружием. Моя рука привыкла к мечу, и вольный ветер – мне брат. Не чувствовал я себя своим среди разодетых холеных вельмож.
– Ты защищал Хаттусу?
– Да, – горестно покачал головой Фазарука. – Я был один из последних, кто удерживал священный город.
– Арнуванде нет прощения. Хауси больше не признают в нем правителя. – Хемиша погрозил кулаком куда-то вдаль.
К ним подъехал всадник.
– Хемиша, тебя спрашивает какой-то каскиец. – Всадник указал на одинокую фигуру на холме. По виду человек был высоким и крепким. – Я не стал сносить ему башку, – виновато пожал плечами всадник. – А вдруг он – твой хороший знакомый.
– Правильно поступил, Уни. Я сам это сделаю, – сказал Хемиша и поднялся. Фазарука последовал за ним.
– Что этому шакалу надо от тебя?
– Это не каскиец, – мрачно ответил вождь. – Он из народа Хауси.
Худой, жилистый воин в кожаных доспехах каскийского копьеносца поджидал Хемишу, нервно теребя край дорогого плаща. Черная смоляная борода клочьями кучерявилась на вытянутом скуластом лице. Большой нос нависал над бледной узкой верхней губой. Маленькие колючие глазки были глубоко посажены в глазницы. Его узловатые руки, то и дело, ощупывали пояс, на котором раньше висел меч. По мере приближения Хемиши в его взоре разгоралась злоба и ненависть.