Заклинатель кисти
![Заклинатель кисти](/uploads/covers/2024-04-16/zaklinatel-kisti-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Дарья Абрамова
- Жанр: Самиздат, сетевая литература / Фэнтези: прочее
- Дата выхода: 2018
Читать книгу "Заклинатель кисти" полностью
Глава 15. Пропавшие работники
Возвращаться в родной дом было… непривычно. Только тогда меня посетило осознание, что вся эта неприятная и чудная история с борделем заняла всего лишь несколько дней, когда как ранее казалось, будто прошло полгода или даже больше. Виной всему оказался, небось, водоворот событий, захлестнувший меня — такой сильный и яростный, жертвой которого никогда прежде не становился.
Домишко никуда не делся: все такой же крохотный и невзрачный — маленькая частица вытянутого барачного дома. В таких и живет большая часть простых горожан. Тесно, подчас шумно, да и условия не самые лучшие, потому что приходится то и дело думать, как правильнее и компактнее сложить вещи в доме, да только других вариантов нет… Вот только и не могу сказать, что меня так прям не устраивает жилище: лишь изредка посещает соблазнительное желание подыскать себе место получше или вообще попробовать переехать в город поменьше — и просторнее, и жизнь дешевле. Однако, как и в случае с большинством других своих капризов, я до сих пор ничего на этот счет не предпринял. Может, самое время задуматься всерьез?.. Впрочем, если не решу свалившиеся на меня проблемы, то никакого смысла в переезде не будет — мир уничтожит Великий дракон земли, ведомый страшным проклятьем, и все потеряет смысл.
Дома вещи оказались на своих местах, словно после моего суда он попал в нескончаемую череду бюрократических разбирательств, и до него очередь так и не дошла, а Уджа при помощи денег смог решить все вопросы вне очереди. Скорее всего, так и было. Дом, состоящий из одной-единственной комнаты, где чудом умудряются помещаться кухня, спальня и рабочее пространство. Стол для еды у нас небольшой и складной, и мы то и дело убираем его, когда стелем на ночь матрасы. Мы… ха, глупая привычка… я… потому что вот уже целый сезон живу один. После бордельной оживленности и суматохи это место казалось слишком скучным и грустным — кладезю неприятных воспоминаний и обиталищем тяжелой ностальгии, давящей на плечи подобно тяжелому грузу.
Оглядевшись и вздохнув, я прошел вглубь помещения и посмотрел на голые стены, где раньше висели гравюры, которые отец нарисовал давным-давно. Отчего-то их нигде не было, и не мог вспомнить, куда те могли подеваться. От осознания последнего сделалось неприятно — они же не могли просто-напросто пропасть. Кто-то забрал?.. Однако в голове всплыли слова Рюу о том, что я как будто изрезал полотна, и сделалось не по себе. Нет, никакие призраки и галлюцинации не появились, но припомнились все те случаи, когда я видел их… матушку и ту Унис, и отчего-то подумалось, что, может, все это так или иначе связано. Да только данное оказалось таким непонятным чувством, что никак не получалось обличить его в слова, и, вздохнув, оставил эту затею, пройдя к люку в полу, который ведет в небольшой погреб, имеющийся в каждом домишке на случай пожара (там преимущественно прячут ценности — с учетом, как часто в столице что-нибудь да горит, это обычное дело), и проверил его содержимое. Все ценные картины и свитки были на месте. Отлично. А то было бы очень жалко лишиться их — ведь некоторые из них перекочевали и вовсе из коллекции дедушки и бабушки по линии Унис.
Матушка почти ничего не рассказывала о своих родителях, и большую часть того, что знаю о них, почерпнул из чужих слухов и разговоров: кажется, они были весьма зажиточными людьми, но потом произошла какая-то трагедия, которая унесла жизни обоих, и мама по какой-то неясной мне причине продала большую часть богатств и перебралась в район победнее. Существует множество версий произошедшего — одна фантастичнее другой. То Ниир в припадке неясного сумасшествия убил жену, а потом себя, то они проводили какой-то таинственный запрещенный ритуал, то и вовсе обвиняют Унис в их смерти, мол, в ее тело вселилась кровожадная демоница. В общем, как обычно: чем загадочнее история, тем больше брехни сочиняет скучающий люд. Однако что произошло на самом деле знала только Унис, но ни за что не желала рассказывать. Ясно только одно — одной весенней ночью Ниир и его супруга были найдены мертвыми в своем собственном доме. В живых остался только их единственный ребенок — Унис, которая на тот момент была уже девушкой. Что же приключилось?.. Данное остается и поныне одной из великих загадок столицы.
Снова еще раз задумчиво оглядев помещение, я приметил деталь, которая ранее почему-то совсем не побеспокоила: под сложенными в рулон матрасами что-то выпирало. Нахмурившись, я подошел, отложил их в сторону и обнаружил наваленные гравюры, которые раньше висели на стенах. Все они были изрезаны чем-то острым, а на некоторых красовались большие надписи тушью «ЛЖЕЦ». От вида такого зрелища аж содрогнулся. Что это?.. Неужели данное — то, о чем говорил Рюу? Это сделал я?.. Да не может быть! Я не помню такого!.. Тогда кто?..
Сев на корточки, принялся внимательно осматривать гравюры, да только ничего путного их осмотр не дал: скорее всего, тушь нанесли давно — вот и все.
— Да что происходит?.. — взволнованно прошептал и выпрямился. С каждым часом мир все больше и больше терял смысл, словно сходил с ума вместе со мной. Или, может, сумасшедший только я один?.. Может, вчера согласился бы с этой мыслью, но сегодня, увидев Энки и труп Саки… оставалось лишь сожалеть, что мое раннее предположение оказалось неверным.
Вздохнув, я снова взглянул на листок с адресами, которые передала мне Йой. Нельзя было распускать слюни и сопли — в городе точно что-то творится. Что-то ненормальное. И я обязан разобраться с этим. Не во имя жителей. Не во имя пустой добродетели. Хотя бы во имя себя и своего душевного спокойствия, потому что ощущаю, что если буду сидеть, сложа руки, безумие происходящего окончательно прикончит меня. Накрыв гравюры матрасами, я поспешил к выходу. Потом с ними разберусь — час еще ранний, времени у меня будет для этого предостаточно.
Выйдя из домика, хотел было направиться по первому адресу, который находился в паре-тройке улиц от меня, но вдруг окликнул знакомый голос.
— Ах, Унир! Ты куда эт пропал? Я слышал, шо на тебя подал в суд како-то богач!
Вздрогнув и поморщившись, однако, попытался состроить невозмутимую гримасу и повернулся к подошедшему ко мне мужчине, которые, наверное, ровесник Уджа. Или немного помладше. Кейши — парень из какой-то дремучей провинции, приехавший сюда на заработки и говорящий с забавным произношением. Неженат, любит женщин и выпивку и живет в домишке, который еще похуже и грязнее моего. Типичный житель столицы, в общем. Барачная жизнь, знаете ли, не располагает к заведению семьи. Конечно, это не значит, что супруги вообще не живут в таких условиях, но холостяков тоже хватает. И немало.
— Привет, Кейши, — нехотя промямлил в ответ. Не то чтобы этот мужик меня раздражал, но его назойливость подчас достанет кого угодно.
Крепко сбитая деревенщина с бритым лбом, темными волосами, собранными в небольшой хвост на затылке, и в неряшливо завязанном халате добродушно улыбнулся мне. Он живет неподалеку от меня вот уже второй месяц, и, похоже, ему очень даже нравится городская жизнь. Шумно только немного, но, видимо, даже это вскоре перестало беспокоить Кейши.
— Ну так шо? Отделалси от них, ага?
— Ага, типа того.
Мужчина негромко рассмеялся.
— Ну и ну! Умеешь жеж ты!
— Ага… — однако Кейши упорно не желал видеть в моих равнодушных и односложных ответах посыл, что мне некогда было с ним трепаться. Мужчина, довольно заулыбавшись, приобнял меня за плечи и заявил:
— Тогда-сь отпразднуем! — он почему-то с самого начала знакомства дивился, почему я не курю, не пью и не особо интересуюсь ни мужчинами, ни женщинами. В его деревенской башке никак не укладывается то, что не для всех в этом мире эти вещи составляют важнейшую часть жизни.
— Вообще-то мне нужно отойти по срочному делу.
На лице Кейши тут же появилось разочарование.
— Тогда, можт, вечером?
— Ага, может. Я к тебе сам загляну, — ловко высвободившись из объятий одного из соседей, я жестом попрощался с мужчиной и спешно последовал прочь. Кейши, смотря мне вслед неуверенно, тоже помахал на прощанье. Навязчивых соседей я не люблю больше, чем иностранцев и глупых деревенщин. Почему они просто не могут сделать вид, что меня нет? Не нужен мне их бесполезный треп! «Ах, Унир, как нынче твое здоровьице?» «Унир, давненько не виделись! Тебе дать немного редьки?» «Унир», «Унир…» «Унир!» Как же они все меня бесят! Весь этот барачный люд с их желанием сплотиться и все время лезть носом в соседские дела.
— Лучше и правда уехать, — неосознанно пробормотал в задумчивости, — как можно дальше от этого безумного места… и этих безумцев…