Рассказы о Ленинграде [1984, худож. С. Яковлев]
![Рассказы о Ленинграде [1984, худож. С. Яковлев]](/uploads/covers/2024-04-02/rasskazy-o-leningrade-1984-xudozh-s-yakovlev-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Вольт Суслов
- Жанр: Детская образовательная литература / Советские издания / История России и СССР
- Дата выхода: 1984
Читать книгу "Рассказы о Ленинграде [1984, худож. С. Яковлев]" полностью
Боковые — могучие, богато украшенные. Между ними, в средней части двухэтажного корпуса, башня над проходными воротами.
Во флигеле со стороны Зимнего дворца разместился Адмиралтейств-департамент, в другом, со стороны Сенатской площади (ныне площадь Декабристов), — Адмиралтейств-коллегия.
Новое здание оказалось более стройным и куда как более украшенным! С каждой стороны арки встали по три нимфы, держащие на своих плечах земную сферу. Места по углам первого уступа башни заняли мифологические герои и полководцы древности: Ахиллес, Аякс, Пирр и Александр Македонский. Выше башенной колоннады разместились еще двадцать восемь статуй. Четыре из них олицетворяли Огонь, Воду, Воздух и Землю. Четыре другие — Весну, Лето, Осень и Зиму. Следующий квартет посвящался четырем главным ветрам — южному, северному, восточному и западному. И наконец, с высоты взирали две богини: Изида Египетская — кораблестроительница и Урания — богиня астрономии. Их высекали из пудожского камня выдающиеся скульпторы-академики Ф. Ф. Щедрин, В. И. Демут-Малиновский, С. С. Пименов и А. А. Анисимов.
На этом длинное перечисление украшений еще не кончается. Почти все окна нового здания были украшены каменными замками с лепными масками. Над окнами первого этажа это были фантастические морские чудовища Тритон и Горгона, над окнами второго — повелители морской стихии Нептун и Амфитрита. Двести сорок замковых камней!..
А над центральной аркой крылатые Славы скрещивали знамена над русским гербом. Выше над ними скульптор И. И. Теребенев вылепил 20-метровый барельеф «Заведение флота в России». Он изобразил на нем морского бога Нептуна, вручающего символ своей власти — трезубец Петру I, летящую над океаном Славу, а на фоне крепости — новые строящиеся корабли. Барельефами были украшены и фронтоны четырех портиков. На фронтоне левого от башни портика поместилась «Фемида, награждающая лаврами героев, совершивших ратные подвиги», на правом — «Фемида, венчающая труды художников», на фронтоне портика со стороны площади Декабристов — «Слава, венчающая военные подвиги», со стороны Зимнего дворца — «Слава, венчающая науки».
Теперь пришла пора сказать о том, чего мы уже, к сожалению, не видим. Каждый из четырех портиков должен был венчаться тремя стоящими фигурами месяцев года. Итого двенадцать месяцев. У подножия этих портиков на гранитных пьедесталах должны были встать фигуры главных рек России. У невских павильонов, у канала, ведущего во двор, на четырех пьедесталах высились сидящие фигуры, олицетворяющие части света: Европу, Азию, Америку и Африку. Но случилось непоправимое: удар по красоте нанесли церковники.
Дело в том, что под сводами Адмиралтейства помещался еще и собор. 5 октября 1854 года главный священник армии и флота В. И. Кутневич написал рапорт: «…над собором нет креста, а вместо него наверху собора поставлена статуя, принадлежащая к языческой мифологии… Долгом поставляю сообщить о сем… и всепокорнейше просить… снять над собором и при входе в оный мифологические изображения и дозволить над собором поставить животворящий крест…».
Последовало высочайшее решение: «…все статуи снять, кроме находившихся у центральной части здания и около шпица».
Исчезли двадцать два каменных изваяния. О том, что они были, напоминают сегодня громадные гранитные устои у всех портиков и невских павильонов, занятые якорями и пушками, а над треугольными фронтонами высятся пустые пьедесталы, некогда поддерживающие статуи двенадцати месяцев года…
Андреян Дмитриевич Захаров до тех дней не дожил. Он умер в 1811 году.
В 20-х годах прошлого века была упразднена Адмиралтейств-коллегия, в здании освободились помещения и туда решено было перевести из дома на Мойке Рабочий Флотский экипаж с Кондукторскими ротами. Из них-то и выросло нынешнее Высшее военно-морское инженерное ордена Ленина училище имени Ф. Э. Дзержинского.
Прошли еще годы, и золотой кораблик на шпиле остался один, в Адмиралтействе перестали строить корабли. Почти у самого устья Невы появились новые верфи. Их так и назвали: «Новое Адмиралтейство». Переехали туда эллинги и стапеля, перестали стучать топоры на Адмиралтейском дворе. Его решили застроить. В 1871 году министр Краббе повелел пустырь между павильонами Адмиралтейства разбить на семь участков и продать под частную застройку. Каналы во дворе были засыпаны. В 1874 году открылось движение по новой набережной вдоль Невы. 6 лет спустя начали на ней строиться пятиэтажные громадины-здания. Они только мешали друг другу и готовы были задавить легкие павильоны Адмиралтейства.
Исчез и Адмиралтейский бульвар. На его месте 8 июля 1874 года торжественно был открыт сад, названный Александровским. Еще 2 года спустя перед башней Адмиралтейства был устроен фонтан с высоко бьющими струями воды. В 1896 году рядом с ним появились бюсты Н. В. Гоголя и М. Ю. Лермонтова, созданные скульптором В. П. Крейтаном, и бюст М. И. Глинки, выполненный скульптором В. М. Пащенко. Еще год спустя встал в саду и бюст поэта В. А. Жуковского, созданный тем же В. П. Крейтаном. Памятник H. М. Пржевальскому был сооружен в 1892 году по проекту близкого друга путешественника А. Г. Бильдерлинга.
После Великой Октябрьской революции в Адмиралтействе разместились Гидрографическое управление, флотская типография, Главная морская библиотека. До 1940 года здесь помещался и Военно-морской музей. А с 1925 года здесь постоянно находится Высшее военно-морское инженерное ордена Ленина училище имени Ф. Э. Дзержинского.
…Плыл кораблик по голубизне. Сверкал парусами. Доносилось до него пение птиц, ликование оркестров по праздникам. Но однажды он услышал гром пушек. На страну обрушилась война. Фронт приближался к городским окраинам. Не только десятки тысяч ленинградцев надели военную форму — меняли свой облик и ленинградские здания. Сосед — Исаакиевский собор нахлобучил на свою золотую «лысину» военную пилотку: закрасили купол защитной краской. Адмиралтейская игла упряталась в маскировочный халат.
Дальнобойные орудия врагов стояли близко — на Вороньей горе. Гитлеровские артиллеристы разглядывали город в бинокли, и золотые шпили Петропавловки и Адмиралтейства были для них великолепными ориентирами. Необходимо было убрать их золотое сияние.
Сначала Адмиралтейскую иглу хотели закрасить, но архитектор О. Н. Шилина предложила сберечь позолоту и надеть на шпиль маскировочный халат — чехол из мешковины.
Только как забраться на золотую иглу? Вертолетов в ту пору еще не было, а необходимо было на самом острие возле кораблика укрепить блок, пропустить через него канат и уже по нему забираться ввысь.
Сделали это с помощью воздушных шаров-попрыгунчиков. Не сразу, но все же старший лейтенант В. Г. Судаков добрался до самого кораблика и укрепил блок. И тогда к Адмиралтейской игле пришли альпинисты.
В те дни ленинградцы могли видеть, как на головокружительной высоте на тоненькой доске, подвешенной на петлях к блоку, сидела женщина и сшивала маленькой портновской иглой чехол на огромной Адмиралтейской игле. Этой женщиной была дирижер-хормейстер Ольга Фирсова. Рядом с нею, сменяя друг друга, трудились делопроизводитель Александра Пригожева, осветитель со студии «Ленфильм» Алоизий Земба, младший лейтенант Михаил Бобров.
Сияние золотой иглы удалось спрятать, но огромное здание Адмиралтейства укрыть от бомб и снарядов было нельзя. Оно не являлось военным объектом, и училище и Гидрографическое управление покинули его стены. Здание оставалось просто архитектурным памятником. Но разве могла его красота остановить фашистских варваров?
Первые артиллерийские снаряды вонзились в стены Адмиралтейства в декабре 1941 года. Один из снарядов попал внутрь вестибюля главного подъезда и ранил великолепную статую Афины, гордо сидевшую на пьедестале у лестницы. 4 апреля 1942 года сброшенная фашистским стервятником бомба попала в угол парапета башни, уничтожив две фигуры, искалечив до неузнаваемости две другие и изранив осколками еще десять скульптур. Бомба, упавшая 25 апреля 1943 года, повредила часть живописных плафонов зала Адмиралтейского совета.
За годы войны фашисты обрушили на здание 26 фугасных бомб и 58 снарядов. Падали статуи, рушились барельефы…
Здание требовало срочной помощи. Нужно было сохранить росписи его потолков, барельефы на стенах. И старейший художник-реставратор В. С. Щербаков, согревая об электрическую лампочку мгновенно зябнувшие руки, на шатких, наспех сколоченных лесах снимал на кальку старинные росписи. А 60-летний скульптор Я. А. Троупянский под свист снарядов и вой непогоды поднимался под карнизы фронтонов и там, безо всяких лесов, опоясав себя пожарным поясом, реставрировал поврежденные барельефы…
…Кораблик, спрятанный в чехол, все равно плыл над городом. Неизменно был он в строю бойцов, сражающихся за Ленинград. В те грозовые дни Адмиралтейская игла стала символом гордости, стойкости, мужества защитников невской твердыни. Художники блокадного города рисовали ее на плакатах и открытках. А когда Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 декабря 1942 года была учреждена медаль «За оборону Ленинграда», Адмиралтейская игла достойно встала на ней в шеренгу защитников города, идущих на врага с винтовками наперевес.
Пройдя сквозь долгий грохот боя,На слиток бронзовый легла,Как символ города-героя,Адмиралтейская игла, —
писал о ней ленинградский поэт Николай Браун.
1 миллион 460 тысяч человек были награждены этой высокой наградой. Среди них более 15 тысяч школьников.
Многие из них помнят салют над Невой, прогремевший 27 января 1944 года в честь великой победы города-героя, в честь его полного освобождения от вражеской блокады. А мне повезло еще увидеть тот миг, когда с Адмиралтейской иглы спало ее военное покрывало.
Это было в канун 1 мая 1945 года. Я не знал тогда имени Ольги Афанасьевны Фирсовой, снова поднявшейся на шпиль, уже не с иголкой, а с ножницами. Но я помню, как вдруг пополз вниз темный чехол и в лучах яркого весеннего солнца гордо сверкнула Адмиралтейская игла — радостью! Счастьем! Победой!