Ведомственный притон
![Ведомственный притон](/uploads/covers/2024-04-13/vedomstvennyj-priton-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Романов
- Жанр: Детектив
Читать книгу "Ведомственный притон" полностью
21
Спускаясь вслед за совсем поникшим Коробатовым по лестнице, обрамленной мраморными перилами, Катышев предположил, что полутора часов Черемисовой вполне хватит, чтобы обратиться к своим опекунам из милиции за помощью и получить необходимую информацию. Посредством компьютерной базы данных легко выяснится, что член совета директоров ресурсно-сырьевой компании Владлен Николаевич Томский действительно реальная фигура. Оперативникам, как бы действовал и сам Катышев, потребуется еще несколько минут, чтобы разыскать сайт компании и взглянуть на фотографию бизнесмена, играющего далеко не первую, но и совсем не последнюю роль в сибирской нефтедобыче. И тогда окажется, что черты лица компьютерного Томского будут совершенно разниться с физиономией нового, только что принятого в члены клуба человека. Тогда тратить время на выяснение личности господина Башкирова и вовсе не потребуется.
Прижавшись к перилам и пропуская мимо себя седого джентльмена, не готового дотерпеть до двери в номер и срывающего с молодой особы остатки одежды, Катышев все больше убеждался, что осторожная Черемисова так и поступит. Но рассчитывал, что полутора часов им с Фочкиным должно хватить, чтобы составить мнение о членах клуба, узнать, что пьют и курят собравшиеся господа, каким образом происходит интимное обслуживание избранного населения, и только затем дать сигнал Золотареву и омоновцам, которые, без сомнения, уже находились вблизи особняка. Конечно, полной удачей и неопровержимым доказательством в склонении к действиям сексуального характера было бы знакомство и уединение с малолеткой, которую и пожелал Катышев. Но до получения полной информации о новичках Мамка-Танька могла и не торопиться с выполнением заказа.
Они вошли в зал, наполненный полумраком, смесью самых различных ароматов духов, полуобнаженными телами, столами с блюдами и бутылками. В центре помещения на отдельном столе в огромной, расписанной под гжель селедочнице лежала совершенно нагая девушка, разрисованная под огромного осетра. Ее тело обильно сдабривали ломтики лимонов, апельсинов и грейпфрутов. Матрац и простыню заменяла подстилка из толстого слоя маслин, оливок и зеленого горошка. Лицо девушки украшал удлиненный бутафорский нос, а до густо облепленных черной икрой грудей мог прикоснуться губами каждый желающий. Лишь лобок девушки прикрывала клешня огромного краба.
На крохотном подиуме около шеста извивалась пышногрудая блондинка, на которую никто не хотел обращать внимания, скорее всего потому, что тусовка и так до предела была переполнена женскими прелестями.
Вечер был в разгаре, и отвлекаться на знакомство с только что прибывшими новыми членами никто не спешил. Кто-то был занят дегустацией осетрины и молочных поросят, кто-то, усадив девушек на колени, предпочитал разглядывать и наслаждаться прелестями молодого тела. Но это были, как догадывался Катышев, не самые стойкие члены общества, готовые получать удовольствие в специально отведенных номерах.
Среди полураздетых женщин они заметили немало представительниц артистического и вокального бомонда города, лица, регулярно мелькающие по телевидению, а их голоса заполняли радиоэфир. Они разгуливали по залу, бросали откровенные взгляды на мужчин и не возражали, когда кто-то из представителей сильного пола оттягивал пальчиком и без того откровенный вырез декольте и заглядывал внутрь, словно стараясь выяснить, откуда извергаются модные попсовые мелодии.
— А они что здесь делают? — дотронулся Фочкин до локтя Паши Коробатова, когда мимо продефилировала располневшая известная певица, еще десятилетие назад возглавлявшая рейтинги популярности. Пигментные пятна на плечах певицы не смог скрыть даже густо нанесенный тональный крем. За дамой далеко уже не юного возраста тянулся шлейф густых французских духов.
— То же, что и все остальные. Тебе что, понравилась эта старая и никому уже не нужная грымза? Так останови, она будет только рада. — Паша с усмешкой заглянул в глаза Фочкину и щелкнул пальцами. — Кроме этого, она уже ни на что не способна.
В то время как Фочкин крутил головой и моргал глазами, отказываясь верить, что такое проведение времени возможно для простого смертного человека, в дальнем углу зала Катышев увидел знакомое по телевизионным репортажам лицо президента конкурсов красоты Дзись-Белоцерковского. Ефрем Львович разговаривал с каким-то чересчур высоким и тучным человеком.
Оставив Фочкина с Коробатовым и вооружившись лишь бокалом с шампанским, Катышев с видом безразличного ко всему происходящему человека направился в их сторону. Сиюминутное знакомство с Белоцерковским в его планы не входило, но фигура тучного человека кого-то ему напоминала. Улыбнувшись похотливому взгляду красавицы, как две капли воды похожей на всех остальных дам, он зашел справа и остановился под колонной. Теперь ему было хорошо видно лицо собеседника Дзись-Белоцерковского. Однажды им уже приходилось встречаться. Это был тот самый государственный чиновник, который проходил оздоровительный курс лечения в спорткомплексе его жены. Это он целовал руку Катерине. И его в очередной раз она защищала от ревностных нападок Катышева. Значит, ревность капитана была обоснованна. Человек, являющийся постоянным клиентом интимных салонов, не менее вальяжно и расхлябанно мог чувствовать себя и в обществе других представительниц Прекрасного пола. Насколько ему это удалось в отношении с Катькой и насколько крепка была их дружба, для Катышева оставалось загадкой. Тем не менее он не мог не обрадоваться: за посещение столь откровенных мест даже большого чиновника по головке не погладят.
Он приподнял манжету и посмотрел на взятый напрокат «Ролекс». С того момента, как они расстались с Черемисовой, прошел час. Катышев начинал нервничать. Он еще раз обошел зал, вглядываясь в лица присутствующих. Среди девушек было много заочно знакомых. Тех самых, кого он видел или у Катьки в спорткомплексе, или по телевизору, в ходе трансляций конкурсов красоты. Он оглянулся, стараясь обнаружить на прежнем месте Фочкина. Но ни Коробатова, ни майора не увидел. Кто-то дотронулся до его локтя.
— Господин Томский, — услышал он за спиной низкий голос дамы и обернулся. — С вами хотело бы познакомиться одно очень симпатичное создание.
Перед ним стояла девушка в нежно-розовом совершенно прозрачном платье. Другой одежды на ней не было.
— Вот как? — вскинул брови Катышев. — И где же это создание? Уж не вы ли?
— К моему сожалению, — ответила она. — Вам надо пройти на второй этаж. Я готова вас проводить.
Он еще раз осмотрел зал, но Фочкина так и не обнаружил. В голове пронеслась неприятная мысль. Если их так быстро вычислили, то могли избавиться по одному. Сначала удалили Фочкина, теперь настала его очередь. Но он тут же засомневался, если бы к майору проявили какие-нибудь насильственные действия, то услышал бы не только он, Катышев, но и все собравшееся общество и довольно быстро бы об этом пожалели. Кто-кто, а бывший омоновец в случае опасности сумел бы поднять здесь неимоверный шум, и пара-тройка невидимых охранников после контакта с майором могли бы смело обращаться за бюллетенями.
В знак согласия он кивнул головой и жестом показал девушке, что готов тот же час следовать за нею. На крохотный подиум, на котором еще несколько минут назад около шеста крутилась стриптизерша, выскочила группа мужчин. Вдруг на весь зал грохнула музыка, и представители сильной половины человечества вразнобой запели бравурную песню советских времен:
— Если бы парни всей земли, здесь бы у Тани собраться смогли! Как было б весело всем им, как было б весело…
У Катышева отлегло от сердца. Среди мужчин-солистов он увидел Пашу Коробатова и не в меру вошедшего в роль завсегдатая клуба Фочкина. Только поднявшись выше по лестнице, он заметил на шее майора тонкие руки блондинки. Обняв его, словно туристический рюкзак, девушка висела у него за спиной.
Девушка проследовала по ковровой дорожке длинного коридора, подсвеченного тусклыми электрическими лампочками, и, остановившись около двери, улыбнулась:
— Желаю вам приятно провести время.
Катышев вошел в комнату, но никого, кроме ог ромной кровати, журнального столика и двух кресел, не обнаружил. Кто-то заботливо подготовил кровать к отдыху. Розовые подушки с шелковыми наволочками наполовину прикрывались пухлым одеялом. С правой стороны покоились покрытые бархатом мужские тапочки. С левой стояли крохотные туфельки.
Катышев прошел к кровати и рывком откинул одеяло, под которым лежала девчушка лет четырнадцати. В трусиках и маечке. Он не успел задать ей вопрос, как школьница вдруг соскочила с кровати и, бросившись к двери, пронзительно закричала. В ту же секунду в комнату ворвались четверо дюжих молодцов, нисколько не уступающих телосложением Фочкину, и окружили «нефтяного бизнесмена». Оказывать сопротивление было бессмысленно, да и Катышев никогда не считался спецом по рукопашному бою. В руках одного из них тут же загорелся красный глазок видеокамеры. Объектив пробежал по ребенку и остановился на Катышеве.
— Что здесь происходит? — с усмешкой спросил самый крепкий бугай, миролюбиво опустив руку Катышеву на плечо. — Развлекаешься с малолетками, дружок?
Девочка, уже прикрывшись пледом, ткнула в него пальцем:
— Он разорвал на мне одежду и несколько раз ударил! — сказала она так, словно произнесла хорошо заученное стихотворение.
Окруженный охранниками заведения, стоя перед ними в смокинге и галстуке-бабочке, Катышев чувствовал себя не в своей тарелке. Он лишь в душе усмехнулся, подумав о том, что еще нелепее чувствует себя Фочкин, если, конечно, и его не обошла участь быть скрученным и связанным.— Сэр, покажите ваши руки! — приказал бугай, который, по всей видимости, исполнял обязанности главного.
— Говорил бы сразу — хотим нацепить браслеты, — в бессилии огрызнулся Катышев.
Он вытянул руки, предоставляя возможность себя окольцевать, но в ту же секунду в дверь вошел Дзись-Белоцерковский.
— Это лишнее, — произнес он и расплылся в приветствии. — Хотя мы официально не представлены друг другу и мне доводилось иметь дело только с госпожой Екатериной Катышевой, я думаю, что ее муж так же отзывчив и воспитан и знает, как нужно себя вести в соответствующей одежде и в приличном обществе. Сожалею, капитан, что наше знакомство состоялось в столь неприятных для вас условиях.
Убедившись, что камера в руках оператора все еще работает и он успел запечатлеть на пленку все происходящее событие, он вытолкнул девочку за дверь и поманил пальцем охранника.
— Дай-ка мне кассету, уважаемый.
Заполучив желаемое, он повертел ее в руках.
— Это, так сказать, уже вторая серия, капитан.
— Сгораю от любопытства. О чем же первая? Впрочем, догадываюсь. Сюжет с подставой моего товарища.
— Ошибаетесь. Майора Фочкина мы не трогали, и он в данный момент продолжает крутить любовь с певичкой. А первая часть киноэпопеи повествует о Содоме и Гоморре, что происходит в саунах и комнатах отдыха спорткомплекса, которым командует ваша жена. Кстати, именно она — один из главных героев среди распаренных от счастья мужиков и обнаженных женщин. Занятная получилась картина. Впрочем, эта серия, — он вытянул руку с кассетой, — отличается не меньшей динамикой и остротой сюжета. Разве вы не согласны?