Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5
![Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5](/uploads/covers/2024-04-21/poslednij-soldat-sssr-sbornik-knigi-1-5-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алекс Шу
- Жанр: Альтернативная история / Боевик / Попаданцы
Читать книгу "Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5" полностью
14-15 ноября 1978 года (продолжение)
14 ноября 1978 года. Раздоры. Вечер. Дача Л. И. Брежнева
— Ну здравствуй, Коля, гхм, — Леонид Ильич встал, протягивая руку, — Что, хм, там у тебя произошло? Я даже, гм, переодеться не успел.
На расстегнутом синем пиджаке генсека сияли золотом две звезды «Героя Советского Союза».
— Здравствуйте, Леонид Ильич, — седовласый мужчина в мундире милицейского генерал-полковника с тремя большими звездами на погонах, аккуратно пожал руку престарелому генсеку. — Хочу, чтобы вы посмотрели кое-какие документы.
— Давай свои, гхм, документы, — Леонид Ильич показал рукой на стулья, предлагая Николаю Анисимовичу присаживаться.
— Материалов много. Вот здесь самое основное, — на полированную столешницу легла толстая папка.
Щелоков примостился на стул, пододвинув документы генсеку.
Брежнев хмыкнул, взял папку в руки, раскрыл и начал листать, иногда останавливаясь, медленно вчитываясь в текст и рассматривая фотографии. Кустистые брови генсека изумленно поползли вверх, глаза расширились. Леонид Ильич просмотрел еще несколько листов, положил папку на стол и повернулся к министру МВД.
— Это, гхм, хм, неожиданно, — после небольшой паузы признал он, — Кто, гм, собирал материалы?
— Мои сотрудники и группа неравнодушных людей в Ставропольской области, — мгновенно отреагировал Щелоков.
— А мы, гм, с товарищами уже приняли решение Горбачева в Москву, хм, переводить, — задумчиво протянул Брежнев, — и на ноябрьском пленуме, гхм, утвердить его секретарем ЦК КПСС. Теперь понимаю, хм, поторопились, сильно поторопились.
— Да, после того, что Горбачев наворотил, его гнать со ставропольского крайкома надо и в тюрьму сажать, а не в секретари ЦК продвигать, — не выдержал Николай Анисимович, — Леонид Ильич, там правонарушений и серьезных преступлений вагон и маленькая тележка. Он уже давно морально разложился. Дом себе отгрохал, прислугу завел, взятки берет налево и направо, государственные деньги разбазаривает, криминал в крае развел. Позорит звание коммуниста. Ведет себя как барин, руководитель некомпетентный, вдобавок взяточник и хапуга.
— Гм, а мне его Андропов рекомендовал, — задумчиво проговорил Брежнев, — И Суслов хорошо о Горбачеве отзывался. И поди ж ты. Что-то Юрий Владимирович часто стал ошибаться.
— А что с этими материалами делать? — поинтересовался министр МВД. — Спустить всё на тормозах?
— Ну зачем же спустить, гм, на тормозах, — Брежнев насупился и исподлобья глянул на Николая Анисимовича. — Не надо, хм, спускать. С переводом Горбачева в Москву, хм, мы, пожалуй, повременим. Я эти материалы ещё, гм, почитаю, обсужу с товарищами. А тебе, Николай Анисимович, гхм, и карты в руки. Все материалы, хм, должны быть подготовлены для возбуждения уголовного дела и передачи в суд. Но пока я не скажу, ничего не предпринимай. Пусть твои сыщики ещё раз всё тщательно проверят и до ума доведут. Но, хм, аккуратно. Лишняя огласка нам пока не нужна. Подключай только тех, кому доверяешь.
— Всё сделаю, Леонид Ильич, можете быть уверены, — в глазах министра МВД свернули радостные огоньки.
* * *
Света хотела мне что-то сказать. Но я прижал палец к губам, взлетел по лестнице и аккуратно подергал люк. И даже пошевелить его не смог. Он стоял как влитой. Скорее всего, его не просто закрыли на щеколду, но и подперли чем-то тяжелым.
Шатенка встретила меня у подножья лестницы.
— Открыть не получится. Он как каменный, — печально улыбаюсь.
— Плохо, — девчонка расстроилась и прикусила губку, думая о чем-то своем.
— Не вешай нос, Светик. Я же сказал, всё нормально будет.
— Леш, я спросить хотела, — шатенка замолкла.
— Спрашивай.
Что нам делать? Он же сказал, что меня…, - Светка не договорила, всхлипнула и уткнулась мордочкой в мою грудь.
— Мало ли, что он сказал, — осторожно обнимаю девушку. Мои руки медленно гладят шелковистые каштановые волосы, аккуратно поправляют выбившиеся прядки.
— Ни черта у него не получится. Вот увидишь.
— Очень хочется в это верить, — вздыхает шатенка, — Но что ты сможешь сделать, против пистолетов? И этого чертова каратиста. Он как злая дикая кошка. Резкий, прыгучий, быстрый.
— Мой тренер говорил: «У бойца всегда есть шанс на победу, даже если противник намного сильнее и техничнее. Надо только найти его слабое место и использовать его». Я вижу, на чём этого Сеита можно подловить.
— И на чём же? — Света чуть отстранилась и с интересом посмотрела на меня.
— Гордыня и высокое самомнение, вот его слабости. Он тренировался с самого детства, не встречался с серьезными противниками, способными надрать ему задницу, и возомнил себя непобедимым. А в случае чего, вспыхивает как спичка. Южный темперамент, помноженный на эти два порока — идеальный для нас вариант. Такими людьми легко манипулировать. Все будет нормально, сама увидишь.
— Я все равно боюсь, — девушка опять утыкается носиком в мою грудь, — Мне так страшно, как никогда не было. Это же настоящие звери. Фашисты какие-то. Им человека убить, как комара прихлопнуть.
Свету трясет мелкой дрожью в моих руках. Обнимаю её ещё крепче и прижимаю к себе.
— Не бойся, Светик. Они пользуются твоим страхом. Хотят, чтобы жертвы боялись, тряслись от ужаса, каждую минуту, думая о том, что с ними сделают. Типичная психологическая обработка. Бандиты надеются, что когда откроют люк и спустятся в подвал, мы уже будем морально сломленными. Не нужно доставлять им такого удовольствия.
— Не будем, — выдыхает шатенка. Она немного отогрелась в моих объятьях и перестала дрожать.
— И, кстати, у меня вопрос один возник, — девушка немного отстраняется от меня. — Леша ты их знаешь? Почему они нас похитили?
— Только одного — толстого со шрамом под глазом. Он прапорщиком был и с моим отцом в одной части служил. И с дружком ударились в бега, когда их хотели арестовать за хищения. Затем устроили засаду на отца. И мы с батей его товарища нокаутировали. А этот толстый за рулем был. Ему удалось уехать на машине, попутно раздавив своего дружка. А сейчас, наверно, отомстить решил.
— И всё? — Света напряженно всматривается в мои глаза. — Ты ничего не скрыл?
«Чёрт, что делать? Врать не хочу, а правду говорить в такой обстановке, нельзя. Во-первых, только разборок сейчас и здесь не хватало для полного счастья. Во-вторых, сказал «а» придется говорить и «б». Например, о своих побудительных мотивах. А я не могу так рисковать. Итак, уже достаточно народу знает о моих видениях и вероятном будущем. Тем более, женщины могут и проговориться».
— Скрыл, конечно, — выдыхаю я, — Но это не только моя тайна. Там очень много всего намешано. И судьбы других людей в том числе. Рассказать её я не имею права. Просто не могу. Извини.
Света вырывается и отворачивается к стенке. Молчу и не делаю никаких попыток продолжить разговор. Так проходит несколько минут. Вздыхаю, делаю шаг вперед и обнимаю девушку.
— Прости меня, пожалуйста. Я очень перед тобой виноват. Не знал, что так получится.
Молчим. Девушка напряжена и неподвижна как каменная статуя. Чувствуется, что сдерживается со всех сил, чтобы не взорваться справедливыми упреками и обвинениями. Наконец она тихонько вздыхает и расслабляется, поддаваясь моим объятиям.
Легко касаюсь губами атласной кожи шейки.
— Всё будет хорошо.
Светлана по-прежнему молчит. Но её ладошка мягко накладывается на предплечье, как бы прощая меня, и нерешительно замирает.
Так и стоим неподвижно. Мгновения нашей жизни медленно текут, отсчитывая секунды, минуты и часы до встречи с бандитами. Время стремительно утекает как песок сквозь растопыренную ладонь.
Вижу, что девушка немного успокоилась. Пора её подготовить.
— А теперь, Светик, послушай меня. Вот что нам нужно сделать.
15 ноября. Утро
В кабинете капитана Трофимова невидимым облаком витало напряжение. Оно ощущалось в остром тяжелом взгляде прокурора в темно-зеленом форменном кителе, нахмуренном лице хозяина кабинета, пальцам столичного гостя, нервно выбивающим дробь по лакированной столешнице.
— Товарищи чекисты, объясните мне такую вещь, — военный прокурор обвел взглядом капитана Трофимова и майора Ярцева. — 21 сентября этого года, пока вы разбирались с делом об анонимке на подполковника Шелестова, прапорщик Ермилов покинул часть через КПП, разжившись на складе двумя «стечкиным» и гранатами. Потом они со своим подельником Петренко ударились в бега. Так?
— Так, — подтвердил Трофимов.
— Я не буду говорить о вопиющей халатности и безалаберности в части, позволившей прапорщику, украсть оружие и выехать с ним через КПП. За это уже ответил полковник Чернов. И напоминать, о том, что вы, нащупав первые сведения об авторе анонимки, начав вскрывать хищения Петренко и Ермилова, ничего не успели сделать. За это вам уже вставило ваше же начальство. Я хочу спросить у вас, мать вашу, как это получается? Весь город прочесывали военные патрули. Каждый пост ГАИ на окружной дороге был проинструктирован, усилен военными и милиционерами ППС с автоматами. Только подумайте, из части сбежали подозреваемые в хищениях вооруженные преступники. Сбежали, прихватив с собой пистолеты и гранаты. Вы провели обыски на квартире прапорщика, в доме Петренко, опросили их друзей и знакомых. И что? И ничего. Ноль. Дырка от бублика. Как же так товарищи? Почему, вы профессионалы не можете вычислить, найти и арестовать двух бандитов в погонах? Почему они спокойно шастают по городу с пистолетами, устраивают засады, мать вашу! В обычном мирном советском городе в 78 году.
А вы ни хрена не видите и не знаете, оперативники, млять! Хорошо, что подполковник Шелестов с сыном сами смогли справиться, без вас. Отлично, что одного из преступников уже не надо ловить. Сдох, туда ему и дорога. Но отвратительно, что вы здесь вообще ни причем. Приезжаете, только чтобы протоколы составить да потерпевших опросить. И всё.
Может страна зря вам эти должности доверила? Не способны оправдать высокое доверие советского народа и нашего государства? Тогда подавайте в отставку, черт возьми! Уступите место молодым, талантливым, расторопным, способным справляться с задачами, которые перед нами ставит партия и правительство.
— Иван Михайлович! — вскинулся Ярцев, — Да, мы не смогли их сразу поймать. Виноваты. Но они матерые гады. Воровали давно. С туркменским криминалом и воротилами связаны. Оружие, боеприпасы и много чего другого, ещё когда в ТуркВо служили, продавали. Оно даже через границу в Афганистан шло. Им кто-то серьезно помогает. Мы напали на след одного лежбища. Буквально, чуть-чуть не успели. Чайник ещё теплый был. А усиленные посты ГАИ милицейское начальство решило через пару недель снять. Аргументировало тем, что смысла уже нет. Время прошло.
На трассе возле Балашихи их гайцы всё-таки тормознули в начале октября. Так Петренко сразу же лупить из двух стволов начал на ходу. Милиционеры растерялись, на землю попадали, а машина рванула дальше. Пока разобрались, сообщили по рации, объявили план «Перехват», преступники бросили автомобиль и скрылись. Предположительно в лесу, а может просто поймали другую машину и удрали на ней. Прочесывание лесного массива силами армии и милиции ничего не дало. Я даже в Туркмению летал военным бортом, чтобы расставить ловушку, на случай если они там появятся. Мы хорошо поработали с местными. Нам должны были сообщить, как только подполковника и прапорщика заметят на территории республики.