Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5
![Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5](/uploads/covers/2024-04-21/poslednij-soldat-sssr-sbornik-knigi-1-5-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алекс Шу
- Жанр: Альтернативная история / Боевик / Попаданцы
Читать книгу "Последний солдат СССР. Сборник. Книги 1-5" полностью
9 апреля. 1979 года. Гавана (продолжение)
Я на секунду прикрыл глаза, вспоминая все подробности нашего прилета и встречи с Фиделем…
В самый последний момент, когда уже подъезжал к военному аэродрому, начальники переиграли. Сначала меня срочно вызвали к Машерову, чтобы обсудить некоторые детали будущего разговора с Фиделем, и передали черную кожаную папку с документами. Затем уведомили, что планы немного изменились. Я полетел в Гавану не военным бортом, а на новеньком ИЛ-62М, только собранном на заводе. Он предназначался для «Cubana de Aviación» и после испытаний совершил свой первый перелет через Атлантический океан со мною, Аллой, Иваном и Володей. Майор с нами не полетел. Он был куратором и непосредственным участником операции «Двойник». Поэтому проводил меня до борта и пообещал присоединиться позже, когда ловушка для американцев захлопнется.
На выходе нас встретила внушительная делегация. Первой стояла черная «чайка» с дипломатическими номерами и флажком СССР. Рядом с машиной мялся видный мужчина лет пятидесяти пяти-шестидесяти в черном костюме, с густой, начинающей седеть шевелюрой, и серьезным лицом. Чуть подальше стоял здоровенный пикап. Возле него остановился невысокий, щуплый латинос и двое крепких бородачей с «калашниковыми». Все трое были одеты в кепи, рубашки и брюки защитного цвета. Метрах в пяти от пикапа загадочно блестел круглыми фарами кабриолет-купе «Buick Roadmaster Skylark» небесно-голубого цвета. Водитель этого чуда — пожилой чернокожий мужчина в белоснежной рубашке, положил ладони на руль и замер, с любопытством поглядывая на нас.
Только я спустился с трапа и прищурился, закрываясь ладонью от слепящего тропического солнца, ко мне сразу шагнул мужчина в костюме.
— Товарищ Кирсанов? — спросил он, наметанным глазом определив главного. — Мне насчет вас звонил Петр Миронович Машеров.
— Угадали, — улыбнулся я.
— Толубеев Никита Павлович, — представился он, протягивая руку. — Посол.
— Очень приятно, — кивнул я, поправив спадающую с плеча сумку с вещами и отвечая на рукопожатие.
— Давайте проедем в посольство, там поговорим, перекусим, займемся вашим размещением, — предложил Толубеев.
— В этом нет необходимости, компаньеро Толубеев, — вмешался в разговор щуплый латиноамериканец. — Компаньеро Кирсанова с охраной ждет команданте. Компаньеро Машеров просил принять гостей и оказать всяческое содействие. Команданте приглашает его во Дворец Революции. Там и покормят.
— Хорошо, Мигель, — лицо посла осталось невозмутимым. — Раз команданте Фидель ждет, пусть едут. Но после встречи, товарищ Кирсанов, прошу всех вас заехать в посольство. Я буду ждать.
— Обязательно заеду, Никита Павлович, — пообещал я, и протянул ладонь латиноамериканцу.
— Вас Мигель зовут?
— Да, Мигель Кастильо, переводчик и одновременно сотрудник первого отдела главного управления охраны, по-вашему, — латинос улыбнулся, сверкнув ослепительно белыми зубами. — А вы Алексей Владимирович Кирсанов из ЦК ВЛКСМ, правильно?
— Правильно, — я улыбнулся в ответ.
— Тогда поехали.
Алла устроилась рядом с водителем. Мигель и Иван по бокам от меня. Володя в «родстер» не поместился, по предложению переводчика и с одобрения Аллы устроился в кузове пикапа вместе с улыбающимися кубинцами. Бородачи протянули руки и помогли ему забраться, с одобрением поглядывая на широченные плечи и внушительные шары бицепсов, выглядывающие из коротких рукавов рубашки…
Площадь Революции впечатляла. Она была огромна. В центре развевался кубинский флаг. С разных концов площади смотрели изображения Че Гевары. Одно из них, занимавшее всю стену дома и с косой надписью внизу, меня особенно заинтересовало.
— Что там написано? — поинтересовался я у Мигеля, сидящего рядом.
— «Наста ла виста викториа семпл», — мгновенно откликнулся переводчик. — Если по-русски: «Всегда до победы». Известные слова Че. У нас их даже дети знают.
— Понятно, — я с любопытством осмотрелся.
— Эта площадь одна из самых крупных в мире, — продолжал просвещать Кастильо. До революции она называлась «Плаза Сивика», что означает «Гражданская площадь». Здесь команданте Фидель выступает с речами, проводятся праздники, митинги, торжественные шествия.
— А мы сейчас куда? — поинтересовался я.
— Туда, — переводчик указал взглядом на огромное белоснежное здание с монументальными колоннами. — Во Дворец Революции. Хотите, расскажу о нем подробнее?
— Конечно, хочу, — я чуть улыбнулся уголками губ. — Когда ещё в таких красивых местах побываешь.
— Тогда пойдемте, — предложил Мигель. — Буду рассказывать по дороге.
— Договорились, — кивнул я.
Мы выбрались из машины. Теплый ветерок дышал морской свежестью, заставляя зеленую стену тропических растений возле домов задумчиво колыхаться. Солнце по-прежнему парило вверху, заливая поверхность площади ослепительным желтым светом.
Мигель двинулся вперед, увлекая меня за собой. Чуть сзади с обеих сторон шли Вова и Алла. За ними Володя и кубинцы-охранники, бдительно поглядывающие по сторонам.
— Здание решили построить в сорок третьем году. Президент — Карлос Прио Сокаррас планировал сделать там резиденцию генерального прокурора и Верховного суда. Строительство велось более десяти лет и закончилось в пятьдесят седьмом году. После свержения Батисты, здание переименовали во Дворец Революции и решили разместить в нем органы власти, — разливался соловьем Мигель, пока мы шагали к центральному входу.
Когда мы вошли в холл, к нам сразу двинулись двое военных с кобурами на поясах.
— Секундочку, — извинился переводчик, повернулся к охранникам предъявил удостоверение, сказал пару фраз на испанском. Военные послушно расступились.
— Мы с компаньеро Кирсановым сейчас поднимемся наверх, а вас проводят в комнату для гостей, — пояснил Мигель. — Там посидите, отдохнёте, попьете кофе с пирожными, пообщаетесь с ребятами, Энрике немного по-русски говорит.
— Говорью, — подтвердил, усмехнувшись, один из военных, курчавый метис, — чиуть-чиуть.
— Уважаемый Мигель, вы будете присутствовать на встрече? — уточнила Алла.
— Конечно, — кивнул Кастильо. — Я буду переводить.
— А можно мне тоже на встрече присутствовать, в качестве переводчика? — попросила Алла. — Я — капитан КГБ. Охраняю товарища Кирсанова, назначена лично председателем КГБ Петром Ивановичем Ивашутиным. Но тут речь не об охране. Испанский отлично знаю, а тема переговоров очень важна, если что-то не поймете, могу поправить. Обещаю, в разговор не влезать, если не возникнет потребность что-то дополнительно разъяснить, уточнить или поправить вас.
— Удостоверение покажите, пожалуйста, — попросил Мигель.
Алла молча достала из сумочки красную «корочку» и предъявила Кастильо.
— Вы мне не доверяете? — переводчик чуть помрачнел, разглядывая удостоверение. — Или службе охраны?
— Нет, нет. Наоборот, полностью доверяю и вам и охране компаньеро Кастро, — оперативница подняла ладони, огораживаясь от надуманного обвинения. — Просто русский язык для вас не родной. Могут возникнуть нюансы или какое-то недопонимание. А тема переговоров, повторяю, важна для будущего наших стран.
— А испанский для вас родной? — ухмыльнулся Мигель.
— Я пять лет проработала в Испании и Мексике, знаю его отлично, — сообщила оперативница.
Кастильо произнес длинную фразу на испанском.
Алла моментально отреагировала ответным спичем на пару минут.
— Да, по-испански вы говорите отлично, — был вынужден признать переводчик. — Хорошо, я уточню этот вопрос. А пока пойдемте.
Мы поднимались по широкой лестнице, а Гонсалес продолжил свой рассказ:
— После революции дворец решили разделить на три зоны. В первой располагается Совет министров. Во второй находится штаб-квартира Госсовета — законодательной власти, офисы президента и вице-президента. В третьей зоне расположен аппарат ЦК Коммунистической партии. Чтобы власти смогли разместиться, так как задумывалось, внутренние помещения переделывали около года.
Слушая рассказ Кастильо, мы не заметили, как оказались, в коридоре. Из кресел поднялось трое. Двое в военной форме защитного цвета остались на месте, положив руки на кобуры, третий в светло-сером костюме и начищенных до блеска черных лаковых туфлях, сделал шаг вперед. Двигался он легко и быстро, как кошка. Был расслаблен внешне, но чувствовалось, мог в любой момент отпрыгнуть в сторону и выхватить пистолет из наплечной кобуры, присутствие которой выдал на мгновение показавшийся из-под расстегнутого пиджака коричневый ремень портупеи.
Мужчина в костюме внешне напоминал леопарда, рост выше среднего, узкое лицо, выпирающие скулы, щеточка щегольских усиков над верхней губой, зализанные и блестящие от бриолина волосы.
Мигель что-то быстро ему сказал. Тип в костюме коротко ответил.
— Товарищ Кирсанов, позвольте вам представить компаньеро Хуана Санчеса, — повернулся ко мне Мигель — Он начальник смены личной охраны команданте Фиделя.
— Очень приятно, — кивнул я.
— И мнье, — неожиданно на русском ответил начальник охраны и широко улыбнулся. Но глаза у него остались такими же холодными, а взгляд пристальным и изучающим.
Мигель что-то у него спросил. Алла протянула удостоверение. Санчес глянул и возвратил документ оперативнице. Несколько секунд помолчал и быстро сказал пару фраз на испанском.
Алла повернулась ко мне:
— Компаньеро Санчес сожалеет, но регламент встречи уже утвержден. В последний момент никто никаких изменений вносить не будет. Меня с тобой не пускают. Предлагают, подождать поблизости. Если возникнет необходимость, позовут.
— Понятно, — кивнул я. — А где будет проходить встреча?
— В зале папоротников, — улыбнулся переводчик. — Команданте там обычно встречается с официальными делегациями и политиками со всего мира. Там очень красиво и обстановка располагает.
— Да и ещё один момент, — спохватился он. — Вас, компаньеро Кирсанов, как личного гостя Команданте и человека близкого к премьер-министру СССР, обыскивать никто не будет. Но большая просьба показать, что у вас в черной папочке.
— Пожалуйста, — я пожал плечами и расстегнул молнию, продемонстрировав кипу документов, лежащих в папке.
— Спасибо, можете закрывать, — улыбнулся переводчик. — И ещё один момент. Если у вас имеется какое-то оружие, огнестрельное, холодное, просьба сдать. Это касается и вашей спутницы.
— У меня нет оружия, — улыбнулся я. — Сейчас, по крайней мере.
— Я с собой ничего не брала, — добавила оперативница. — Знала, что придется сдать.
— Вы не возражаете, если вас обыщет наша сотрудница? — вежливо уточнил Мигель.
— Абсолютно не возражаю, — ответила Алла. — Проверяйте.
— Тогда прошу вас последовать с компаньеро Санчесом в комнату охраны, — предложил он и указал ладонью направление.
Когда Алла и Санчес скрылись за поворотом коридора, Мигель деликатно прикоснулся к моему локтю.
— Пойдемте, компаньеро Кирсанов. Зал папоротников уже подготовили для встречи…
Команданте я ждал полчаса. Пил ароматный кубинский кофе и с интересом рассматривал зал папоротников. Там было на что посмотреть. Экзотические деревья, раскинувшие широкие зеленые листья, расставленные под ними кресла и журнальный столик, блестящая черная плитка, подсвеченные лампами стены с буйством красок и фееричными узорами, похожими на творчество художника-авангардиста, строгие квадратные колонны.