Летящий ястреб, рыжая лиса
![Летящий ястреб, рыжая лиса](/uploads/covers/2024-04-25/letyashhij-yastreb-ryzhaya-lisa-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мурзель
- Жанр: Исторические любовные романы
Читать книгу "Летящий ястреб, рыжая лиса" полностью
Глава 8
Кэтрин отогнула полог. Утренний лес был пронизан солнечными лучами, а на траве мерцали бриллиантовые капли росы. Запах кофе и гренок, витающий в прохладном воздухе, мигом отогнал сонливость
Брайан сидел у костра с дымящейся кружкой в руках. Кэтрин выбралась из палатки и потянулась. Мышцы ломило после долгой скачки и схватки с волками, но в целом она чувствовала себя хорошо. Правда, не мешало бы помыться: кожа была липкой от пота, а волосы сбились в колтун.
— Доброе утро, — поздоровалась Кэтрин.
Брайан поднял голову.
— Доброе утро, Кэт. Садись завтракать.
— Мне бы сперва искупаться. Тут есть речка или ручей?
— Да. — Он махнул рукой в сторону склона. — Там в балке есть озерцо. Вода холодная, зато чистая.
Прихватив с собой мыло, полотенце и смену белья, Кэтрин спустилась в ложбину, где среди поросших мохом камней плескался небольшой пруд. Вода в нем была настолько прозрачной, что отчетливо виднелась пестрая галька и стайки снующих мальков.
Раздевшись до сорочки и панталон, Кэтрин попробовала воду ногой. Брр! Ну и холодина! Хорошо, хоть солнце уже начало припекать.
Она искупалась, помыла голову и постирала белье. Но что делать с одеждой? Блузка пропиталась потом, а пончо и юбка превратились в драные лохмотья. Надевать эти тряпки на чистое тело было довольно противно. Хорошо бы раздобыть новые вещи, но денег нет и в ближайшем времени не предвидится. Попросить у Брайана? Она и так уже доставила ему кучу хлопот. Как бы он не пожалел, что вообще взял ее с собой.
Кэтрин вернулась в лагерь и, развесив над костром мокрое белье, села завтракать. Поджаренные с яйцом гренки буквально таяли во рту, а крепкий кофе приятно бодрил. Брайан в это время погружал волчьи шкуры на лошадь.
— Тебе помочь? — спросила Кэтрин.
— Нет, я почти закончил. — Он утер со лба пот. — Кэт, я быстренько съезжу на ранчо, продам шкуры. Пушки я зарядил — держи их при себе, хотя не думаю, что тут еще остались волки.
— Ладно, — кивнула Кэтрин. — «Возвращайся скорее», — хотела добавить она, но постеснялась.
— Не скучай! — Брайан коснулся полей шляпы и забрался на Лорда.
Он пустил мерина по тропе, а навьюченная шкурами Каво́ка поскакала следом. Когда они скрылись за деревьями, Кэтрин вымыла посуду и начала собирать палатку. Она тщательно скатывала брезент и завязывала тесемки, а в голове крутились сумбурные мысли.
Бастер, снятый скальп, волки, объятия — столько всего произошло за вчерашний день! Брайан успел и напугать ее до смерти, и спасти ей жизнь. Поди разберись, каков он на самом деле, и стоит ли ему доверять.
Но доверять придется, потому что иначе не выжить, тем более, когда за нее назначена такая награда. А если Брайан потребует «плату» за то, что не сдал ее шерифу? Хотя до сих пор он никаких подобных намеков не бросал. Кажется, он вообще не воспринимает ее как женщину. Или ему не нравятся рыжие? Ну и славно, потому что черт его знает, как поступить, если он вдруг начнет приставать.
В сердечных делах опыта у Кэтрин было немного. Лет в шестнадцать ей понравился Эндрю — загорелый блондин с яркими голубыми глазами и белозубой улыбкой. Он был одним из приятелей Алана и время от времени захаживал к ним домой. С полгода Кэтрин тайно вздыхала по нему, но Эндрю ее совершенно не замечал. А однажды, когда она сидела на террасе в компании Алана и его друзей, Эндрю сказал как бы в никуда:
— Говорят, когда крыша ржавая, то и в подвале течет.
Все дружно заржали. Кэтрин вначале не поняла, почему они смеются, но отчего-то ощутила себя оплеванной. И лишь ночью в постели до нее дошел смысл этих слов. От обиды на глаза навернулись слезы, но зато с тех пор она напрочь исцелилась от несчастной любви.
А потом к ней начал приставать отчим, и стало вовсе не до романтики. Мысли о телесной близости пробуждали отвращение, неловкость и стыд, и Кэтрин попросту гнала их прочь.
Собрав вещи и свернув палатку в тугой рулон, она уселась на бревно у догорающего костра и стала ерошить волосы, чтобы окончательно их досушить. Пропахнут дымом — ну и пусть. За последнее время она вся пропиталась этим запахом и почти перестала его замечать.
Вскоре на тропе зашуршала опавшая хвоя, и показался Брайан.
— Ну как? Все продал? — поинтересовалась Кэтрин, заметив, что Каво́ка бежит налегке.
— Все. Выручил, правда, негусто. Старикан жадный, как еврей.
Брайан спешился и, привязав Лорда к дереву, закурил.
— А у тебя как дела? — спросил он, садясь возле костра.
— Полный порядок. Волки не появлялись, охотники за головами — тоже. Все собрала, палатку свернула — можем отправляться, — бодро отчиталась Кэтрин. — Кстати, далеко нам ехать?
Ответом ей послужило молчание. Кэтрин с недоумением подняла глаза и вздрогнула: Брайан неотрывно смотрел на нее, забыв о сигарете, дымящейся у него между пальцев.
— Что ты сказала? — встрепенулся он.
— Я спрашиваю, долго ехать до переднего края железной дороги?
— Э-э… Дней пять, я думаю… Прости, засмотрелся.
— На что? — Кэтрин ощутила, как краска медленно заливает лицо.
— На твои волосы. Они такие красивые…
Тут уже щеки запылали как раскаленные угли. Кэтрин покосилась на свои плечи. Струящиеся локоны блестели на солнце как полированная медь… И правда красиво.
— Спасибо, — пробормотала она и принялась суетливо заплетать косу.
Почему невинный комплимент заставил ее покраснеть как перезрелый томат? Наверное, она просто не привыкла к похвале. Отчим не пускал ее в Каспер на танцы, хотя она и сама не особо туда рвалась, а приятели Алана были придурковатыми недорослями. Приличным кавалерам с приличными комплиментами попросту неоткуда было взяться.
Или дело в другом? Кэтрин украдкой посмотрела на Брайана. Тот курил, вытянув ноги к костру. Их глаза встретились, и Кэтрин тотчас отвела взгляд. Сердце забилось сильнее. То, что он вчера не полез к ней в палатку, еще ни о чем не говорит. Он все-таки видит в ней женщину и возможно попытается…
Ладно, хватит забивать себе голову всякой ерундой! Пора отправляться в путь.
***
Солнце стояло в зените, и легкие облака в ослепительно-голубом небе почти не укрывали землю от палящего зноя. Вокруг, насколько хватало взгляда, раскинулись обширные прерии, а вдоль горизонта тянулись обветренные пологие холмы. Редкие деревья и кусты сочными зелеными пятнами выделялись на фоне выгорающей травы.
Вот уже пятый день Кэтрин и Брайан скакали на запад. Они держались железнодорожного полотна, и Кэтрин заметила, что рельсы идут не по прямой, а петляют по равнине размашистыми загогулинами. Странно… Здесь нет ни больших рек, ни гор, ни ущелий… Что мешало протянуть дорогу ровно?
Кэтрин не успела поделиться своими мыслями с Брайаном, потому что земля вдруг задрожала, а горизонт заволокло желтым туманом. Лорд нервно всхрапнул и заартачился. Каво́ка отрывисто заржала.
Брайан вскинул руку.
— Стой! Это бизоны. Пускай пробегут.
Они свернули и поднялись на невысокий холм. Вскоре показалось стадо. Десятки могучих гигантов темной лавиной проносились мимо, тяжелой поступью сотрясая землю.
Брайан смотрел на них, приставив руку к глазам.
— Тата́нка… — с каким-то детским восторгом в голосе протянул он.
— «Тата́нка»? — переспросила Кэтрин.
— Так мы называем бизонов, — пояснил он и с горечью добавил: — Редкое зрелище. В начале семидесятых их было куда больше. Все было черным-черно до самого горизонта…
— Они так важны для твоего народа?
Брайан повернулся к ней и хмуро кивнул.
— Вся наша жизнь крутилась вокруг бизонов. Мы ели их мясо, из шкур — шили одежду и покрышки для жилищ, из сухожилий плели тетиву, из костей и рогов делали оружие и инструменты… Не будет бизонов — не будет и нас… Правительство специально нанимает охотников, чтобы их уничтожить. Мерзавцы! Не смогли покорить нас силой, так решили заморить голодом.
Кэтрин вспомнила, как лет пять назад в газетах печатали речь генерала Шеридана, знаменитого своей фразой «Хороший индеец — мертвый индеец». Он рьяно призывал истреблять бизонов, чтобы «решить острую проблему краснокожих», и даже предлагал учредить для охотников медаль, на одной стороне которой был бы отчеканен мертвый бизон, а на другой — мертвый индеец.
Пыль стояла столбом, от грохота копыт гудела земля. Огромные животные катились вперед, словно ожившие мохнатые валуны.
— Интересно, что их так напугало? — спросила Кэтрин.
— Скорей всего паровоз. — Брайан указал на стелющийся вдоль горизонта черный дым. — Не удивлюсь, если по ним стреляли из поезда. Богатые хлыщи с Востока специально приезжают сюда ради такой потехи. Я видел сотни гниющих трупов, с них не взяли ни шкуру, ни мясо… Проклятые варвары!
— Но ведь индейцы тоже убивают бизонов, — заметила Кэтрин.
— Да, но никогда ради забавы, только ради еды.
— И ты тоже на них охотился?
— Само собой. — В глазах Брайана загорелся азарт. — Своего первого бизона я убил в четырнадцать. Потратил на него целых пять стрел.
— Разве это много?
— Конечно. Хорошему охотнику достаточно одной. Но, увы, лучник из меня никудышный…
— А почему ты не стрелял из ружья?
— Тогда у нас еще были такие ружья, в которые нужно засыпать порох и закатывать пулю после каждого выстрела. Не очень-то удобно когда ты верхом… Помню, чуть не обделался, когда впервые оказался возле стада. Топот такой, что закладывает уши, а из-за пылищи не видно даже вытянутой руки. И ты скачешь среди этих громадин на своей лошаденке и молишься, чтобы она не споткнулась, потому что тогда тебе конец — их копыта просто размажут тебя по земле.
— Жуть какая!
— А еще бизон может поднять тебя вместе с лошадью на рога и швырнуть на землю. Так что охота — занятие опасное, и мы и убивали ровно столько, сколько нам было нужно. А потом пришли бледнолицые — и за пару лет истребили почти всех бизонов. Не удивлюсь, если это — последние.
Когда стадо умчалось, и топот затих вдалеке, Кэтрин и Брайан продолжили путь. И в самом деле — повсюду виднелись последствия бессмысленной бойни. Нельзя было проехать и сотни ярдов, чтобы на глаза не попались выбеленные солнцем бизоньи кости и черепа.
Кэтрин размышляла об услышанном. Она никогда особо не любила краснокожих, а после гибели отца и вовсе возненавидела, но сейчас до нее дошло, что индейцы жили здесь испокон веков, а белые, словно грабители, вторглись в их дом, начали все забирать и устанавливать свои порядки.
И все равно можно было договориться. Америка огромна, земли хватило бы всем… Но пока алчные людишки вроде Вудвилла ставят свои шкурные интересы превыше всего, миру между белыми и индейцами не бывать.
***
Кэтрин и Брайан проскакали весь день, делая короткие привалы. Бизонов по дороге больше не попадалось, зато время от времени встречались несметные стада коров, бредущие по равнинам под присмотром ковбоев на лошадях.
Когда солнце закатилось за горизонт, и на небе зажглись первые звезды, впереди забрезжили огни небольшого селения. Брайану доводилось бывать в этих краях, и он рассказал, что поселок на Лошадином Ручье возник несколько месяцев назад на месте строительного лагеря. Передний край дороги с тех пор продвинулся на запад, а здесь осталась станция, вокруг которой вырос городок. С окрестных ранчо отсюда на Восток отправляли скот, а сюда привозили материалы и рабочих для стройки.