Я есть Жрец!
![Я есть Жрец!](/uploads/covers/2024-04-21/ya-est-zhrec-0.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Я есть Жрец!" полностью
Глава 4
Интерлюдия
Севия молчала. Она не проронила ни одного слова с того момента, как ее отец, вождь племени Рысей, чтимый людьми и признаваемый богами, славный лекс Хлудваг, не объявил свою волю. Севии предписывалось стать женой и родить сына Диноклу, лексу сильного племени Огня.
Отец, конечно, не должен был оправдываться или объяснять, он был своем праве. Патриарх самого сильного рода племени Рысей, он распоряжался своими детьми по собственному усмотрению, тем более дочерями. Севия была инструментом в политике лекса Хлудвага. Ему надо было создать основу для союза с племенем Огня, вот лекс и отдает свою старшую дочь, первую красавицу племени, за старого и изуродованного Динокла, о скверном характере которого ходят легенды.
Совия с самого рождения знала, что не принадлежит себе. Темные времена настали для племени Рысей, как и для всех остальных в этих краях. Род идет на род, племена устраивают свару, колесницы постоянно стоят запряженными и ждут боя. Не было так еще пять лет назад. Но идут сильные племена и сгоняют со своих мест слабых.
Несколько десятков извергов, спросившись разрешения у лекса племени Рысей, основали свое селение в землях Рысей. Эти люди бежали от нашествия людей с Северо-Востока.
Динокл имел в своем распоряжении почти три сотни воинов, а так же четыре колесницы, и был, наверное, сильнейшим лексом на десять дней пути по реке. Севия понимала, что союз с таким правителем для ее отца будет важным. У Хлудвага две сотни воинов и две колесницы. Молодых охотников в племени хватает, но охотник, без инициации — не воин. Межу тем потенциал Рысей был сильно больше. Молодое поколение подрастало и вступало с силу, только на это лето планировалось провести инициации для тридцати шести молодых охотников.
Рысей больше, чем людей в племени Огня, но Динокл вел жестокую политику в отношении своих людей. Вся экономика, быт, отношения внутри племени — все для того, чтобы быть сильнее. Рыси могли бы себе позволить и большее количество воинов, но даже у воинственного Хлудвага хватило мудрости понять, что не только войной и грабежами кормится племя, но и рыбаками, охотниками, животноводами и земледельцами. Не все занятия можно отдать на откуп женщинам.
Динокл считал, что только страх может побуждать людей работать. Севию пуще остального, даже внешнего уродства, пугало моральное уродство лекса племени Огня. Динокл узаконил людоедство, как казнь и не только. Но то, что провинившийся человек видит, как едят его конечности!.. Севия разное видела, но подобное считала неприемлемым.
И не только старость и уродство Динокла смущало девушку, а то, что четыре жены Динокла умерли, люди говорят, что не своей смертью. Он забил их за какие-то незначительные проступки.
— Сестра, не молчи! — сказал Норей, брат Севии и наследник лекса племени Рысей. — Ну я тут причем! Ты же знаешь, что идут восточные племена, они многочисленные и с многими колесницами. Говорят у них даже бронзовые топоры есть. Мы сами не выстоим. А на их пути остаются только племена на юге Ниреи [река Сож].
— Вздор! Откуда тут, у нас бронза, чтобы тратить ее на боевые топоры? Только у великих лексов, конугов или жрецов может быть бронзовый топор. И то им никто не воюет, а охраняет, как главную ценность. Наслушаешься старух-ткачих, так они и не такое расскажут. Бездельницы старые, — не удержалась Севия и механически вступила в спор со своим любимым братом.
— Ты женщина! Что тебе может быть понятным? — Норей ухмыльнулся.
— Все! Больше ничего не скажу! — обиженно ответила Севия.
В иной ситуации она могла бы и отвесить младшему братцу подзатыльник, но рядом воины и нельзя ронять авторитет наследника вождя племени. Норей такое точно не простит, а он, наверное, единственный, с кем Севия может свободно разговаривать. Был еще Корн… Но тому только одно и нужно было. А девушке нельзя пускать кровь, так как муж имеет полное право отказаться и она станет опозорена, могут и из племени выгнать. Хотя кое-что Корн получил, перед самым отъездом Севии. И это кое-что девушке не понравилось.
— Сестра, я твой брат и не дам тебя в обиду! — Норей попытался приобнять Севию.
— Ты уедешь, — девушка отстранилась от объятий. — После обряда перед богами, ты уедешь, а я останусь в чужом племени.
— После обряда, племя Огня станет твоим племенем. А наш славный воин Никей не даст тебя в обиду. Цени! Отец наш, чтимый людьми и признаваемый богами, славный Хлудваг, отдал тебе лучшего воина племени Рысей. Он любого победит в поединке и защитит твою честь, — младший брат пытался приободрить сестру.
На самом деле, Севия и Норей были сводными. У Хлудвага, как у уважаемого и властьимущего человека было четыре жены. Севия была от второй жены, Мерсии, ну а Норей был от главной супруги лекса Андары. Не так давно умер старший брат Норея и наследник лекса, теперь парень учился быть важным и править.
Несмотря на то, что жены лекса постоянно плели интриги, Севия и Норей сдружились и были достаточно близки, Севия была старше брата на четыре месяца и они оставались единственными выжившими детьми примерно одного возраста, вот и сдружились.
Именно Норею, как наследнику лекса в племени Рысей и предстояло передать в жены сестру. Севия была сговорена второй женой Диноклу. При этом лекс племени Огня имел четыре жены. Получалось, что девушка потеснит старших жен. Подобный статус, конечно, весьма почетный. Так складывалось, что вторые жены — это более любимые, а первые, либо необходимость союза между родами, или уже увядшая красотой, но не одряхлевшая умом, женщина, управляющая всей женской половиной и называющаяся «мудрой женщиной».
Между тем, быть второй женой уродца, явно не для старшей дочери лекса. Отца подобным обстоятельством унижали, а он стерпел. Но племя Рысей еще не так слабо, чтобы терпеть обиды. Хотя за последнее время пропало двадцать три сильных охотника. Странно пропали. Говорят, что они сгинули в Злом лесу. И Хлудваг был уверен, что брак между представителями двух сильнейших племен на этой части Большой Реки, вернет благоволение богов.
— Смотри, брат! Это же Злой лес? –спросила Севия, показывая в сторону больших деревьев, возвышающихся над дальним руслом Болошой Реки. — Странно… вокруг Злой лес, а вон там как будто поле, не видно деревьев, только крыша… Там дом? Почему он такой… серый, волнистый?
Девушка опешила, протерла глаза и вновь уставилась в даль. Мама часто говорила Севии, что ей нужно было родиться в племени Сокола, уж больно хорошим зрением обладала шестнадцатилетняя девушка. И не только зрением, но и достаточно гибким умом, чтобы распознать увиденное в дали.
— Все тебе привидится! — усмехнулся Норей. — Ой! Солнце в глаз блеснуло!
Парня чуть ослепил отблеск от бинокля, в который в это время взирал человек из другой эпохи.
— Все равно странное место. Говорят, там лесовик живет, лютый, людей живыми есть и отрезает по кусочку, смакуя с кровью… — Севия пересказывала приказки и страшилки, которые слышала от тех же старух-ткачих, общением с которыми только что попрекала брата.
— Старший, наследник, нам нужно пристать к берегу, — сообщил старший звезды воинов в делегации племени Рысей.
Такое обращение польстило молодому наследнику. Сильный опытный воин признает его старшинство! Поэтому, безусловно, нужно пристать к берегу. При этом не важно какие именно мотивы такого странного обстоятельства, чтобы приставать на острове, считающийся местом общения с богами.
— Норей, ты понимаешь, что нам не следует приставать? Придется здесь ночевать, или же организовывать ночёвку у брода. Без остановок, мы до ночи доберемся до ближайшего селения огневиков, там и кров и ночлег и еда будет. А что есть здесь, в дубраве богов на острове? Нельзя, Норей, измени свое решение! — тон воина Никея был отеческим, но нравоучительным, что сильно не понравилось молодому наследнику.
— Старший? Твое решение? — спрашивал старший воин по имени Саргон, звезда которого, в основном, и должна была обеспечивать безопасность невесты и ее брата.
Повторное обращение «старший» от командира звена воинов на контрасте с неуважительным, по мнению Норея, тоном Никея, сделали свое дело и наследник уперся.
— Я старший в делегации и решаю пристать к берегу, — жестко, решительно, говорил Норей.
После таких слов, чтобы не уронить авторитет будущего лекса, даже Никею пришлось подчиниться. А этот воин был наставником Норея по ремеслу воина и охотника.
Никей был главным наставников всех воинов. Его мастерство считалось непревзойденным. Каждый год, на инициации воинов-охотников, находились те, кто бросал вызов Никею, но никто еще не победил уже немолодого воина. Были два человека, которые оказывались близки к тому, чтобы биться на равных с наставником. Это двоюродный брат и вечный, но не злой, соперник, Рыкей. И еще был хорош Вар — сын последнего лекса, которого сместил Хлудваг. Вар сейчас был предводителем общины извергов-изгоев и скрывался в лесу от гнева лекса племени Рысей.
Плот с наследником и невестой стал править к острову. Никей напрягся. Чуйка воина вопила, что происходящее не правильно, но он не имел никаких серьезных доводов, аргументов, тем более, фактов, чтобы объяснить свои сомнения.
— Никей, мы быстро. Пополнимся водой и проверим плот. Там, в дубраве есть ключ, вода в котором, говорят, что целебная, благословлённая самими богами, — наблюдая за недоверчивым Никем, старший воин и командир одной из лучших звезд племени, поспешил оправдаться.
— Я сломаю тебе шею, если что-то будет не так, — прорычал Никей.
— Никей, что же случится? Ты же меня учил, знаешь уже больше десяти лет, — старший воин Саргон улыбнулся.
Выбившийся в элиту племени Рысей не столько своим воинским искусством, а потому, что при невыясненных обстоятельствах погибли другие старшие воины, один из четырех старших воинов племени излучал дружелюбие и показную наивность. Но Никей, как никто иной знал двуличность своего ученика Саргона. Тот и во время обучения воинскому искусству оказывался хитрым и применял много подлых приемов, да и после не изменился.
Ничего не отвечая, Никей одел свою кожаную защиту с деревянными вставками. Это был один из лучших доспехов в племени. Говорят, что у лекса огневиков, Динокла, есть кожаная защита с медными вставками, но в последнее время о лексе племени Огня на Большой Реке все больше сплетен и сказок рассказывают.
Плот пристал к берегу и два воина из звезды Саргона первыми выскочили. Река сильно разлилась и часть озера оказалась подтопленной. Такой разлив не припомнят и старожилы, обычно берег тут сильно обрывистый и пристать плотом или однодерёвками почти невозможно, при этом у берега сильное течение с небольшими водоворотами. Ну а при разливе получалось пристать комфортно, почти у самой дубравы. Да и вода больше уходила на через другой берег, который был ниже.
— Норей, Севия, держитесь меня! Никуда не отходить! Мне все это не нравится, — скомандовал Никей, под неодобрительные взгляды наследника.
Три мужчины, которые были взяты Никеем и не являлись бойцами звезды старшего воина Саргона, также подошли к Никею, становясь рядом с ним и придерживая одной рукой каменные топоры, чтобы быстро их вытянуть из-за пояса и использовать против обидчиков. Чувствовалось напряжение, не соответствие моделям поведения некоторых членов делегации Рысей. Все были настороже.