1928 год: ликвидировать ликвидаторов
![1928 год: ликвидировать ликвидаторов](/uploads/covers/2024-04-11/1928-god-likvidirovat-likvidatorov-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "1928 год: ликвидировать ликвидаторов" полностью
Глава 35
Когда Трилиссер приехал на квартиру к своему начальнику, то находился в заметном возбуждении. Глаза его горели. Оказывается, он уже выяснил много чего. И ему хотелось поскорее поведать эти ужасные тайны председателю ОГПУ. Потому, отказавшись от чая, предложенного Аллочкой, начальник ИНО сразу прошел в кабинет вместе с Менжинским и эмоционально произнес, плотно затворив за собой дверь:
— Ягода точно скрытый враг! Мои сотрудники раскопали, что он в юности до призыва на военную службу был не большевиком, а самым настоящим уголовно-анархическим элементом, а теперь он является законспирированным тайным троцкистом и заговорщиком, расхитителем народной собственности, тайным нэпманом, да еще и отравителем!
Менжинский на это отреагировал сдержанно:
— Это очень серьезные подозрения, товарищ Москвин. Я покорнейше прошу вас излагать все по порядку. Для таких обвинений необходимы весомые доказательства.
— Извольте, — начальник ИНО вытащил из своего портфеля и положил на стол архивные бумаги царского времени с печатью Отделения по охранению общественной безопасности и порядка.
Первым было письмо из Московского районного охранного отделения в Нижегородское охранное отделение с просьбой сообщить сведения об анархисте-коммунисте Ягоде, датированное 26 июля 1909 года. В письме говорилось, что, по имеющимся сведениям, проживающий в Нижнем Новгороде у своей матери мещанин Генрих Ягода принадлежит к группе анархистов-коммунистов. И что он близок к некоему Ивану Алексеевичу Чимбарисову. Далее была приписка: «Сообщая об изложенном, районное отделение просит предоставить дополнительные сведения, имеющиеся о Генрихе Ягоде».
В ответе на это письмо из охранного отделения Нижнего Новгорода от 2 августа 1909 года говорилось, что Генрих Ягода оказался Рыбинским мещанином Енохом Гершеновичем Иегудой-Ягодой, 17 лет от роду, проживающим в родительском доме, откуда выбыл 23-го июня 1909 года в Санкт-Петербург, возможно, чтобы навестить свою родную сестру Эсфирь двадцати двух лет от роду, проживающей в столице. В следующем полицейском документе из Нижнего Новгорода, датированном уже 15 августа 1910 года, сообщалось: «Проходивший по группе анархистов мещанин Генрих-Енох Гершенович Иегуда-Ягода, кличка 'Сыч», 14-го августа выехал поездом в Москву. Также сообщалось, что Ягода может использовать поддельный паспорт на имя Григория Клишевского и, предположительно, направляется к своей родной сестре Розе двадцати одного года от роду, проживающей в Москве.
А следующие документы были еще интереснее. Из них следовало, что Ягода не только подделывал документы, готовил ограбления банков, перевозил взрывчатку, предназначенную для подрыва банковских сейфов, да еще и сам, будучи учеником аптекаря, изготавливал яды. Многие криминальные таланты имелись у этого человека еще с юности. И вот такой криминально одаренный элемент сумел не просто пробиться наверх, а занял весьма важную и очень грозную должность в руководстве карательных органов молодого Советского Союза!
Но самый интересный документ Трилиссер выложил последним. Оказывается, в 1909 году Генрих Ягода вел переговоры по поводу предполагавшегося ограбления Нижегородского банка с московскими анархистами, носившими клички «Черный» и «Скульптор». Выяснить что-либо более подробно про них царской охранке тогда не удалось. И надо же, бандиты с такими же кличками, Черный и Скульптор, помимо Пряника, находились в той самой роковой машине, которая встретилась Менжинскому с Тихомировым на вечернем шоссе!
Трупы напавших на машину председателя ОГПУ уже были опознаны, они оказались уголовниками, которые грабили нэпманов на протяжении нескольких лет, но каждый раз заметали следы так, что поймать их никак не удавалось, хотя осведомители и докладывали в органы правопорядка, что буржуев терроризирует некая банда скульпторов. Поскольку эти бандиты, действительно, нападали исключительно на капиталистов, а советских чиновников не трогали, то и силы для их поисков выделялись по остаточному принципу. Занимались поисками милиционеры, а не чекисты. Возможно, потому до сих пор и не были пойманы участники этой банды.
Менжинский спросил:
— Разрешите поинтересоваться, Михаил Александрович, как вам удалось добыть столь ценные архивные сведения? Насколько я знаю, архивы царской охранки очень сильно пострадали в 1917 году.
Начальник ИНО ответил:
— Дело в том, что на каждого секретного сотрудника царской полиции заводился особый журнал, куда заносились все сведения, поступающие от него. Инструкция Департамента полиции требовала, чтобы из этих журналов регулярно делались выписки на отдельных листах для начальства. Таким образом, агентурные донесения о том или ином лице, попавшем в поле зрения секретных сотрудников, сохранялись. Но, они оседали в картотеках у начальников отделений, а в Департамент полиции и затем в центральный архив попадали только наиболее важные сведения. А, поскольку мы понимали, что в архивах сведения по Ягоде, скорее всего, давно уничтожены им же самим или по его приказу, мы сразу начали искать на местах с низов, прошерстили бывших сотрудников охранки, которые уцелели. И вот результаты. Мои агенты нашли бумаги, которые припрятал бывший ротмистр Андрей Парамонов из Нижегородского отделения. Он заделался за это время мелким нэпманом, владельцем пекарни. Так вот, его взяли по подозрению в контрреволюционной деятельности и провели обыск на квартире. Нам повезло, поскольку именно этот человек и вел переписку насчет Генриха Ягоды. Кстати, он дал показания, что главарь той банды анархистов, в которой числился Ягода, некий Чимбарисов, состоял тайным осведомителем. И именно из-за его предупреждений все задумки этой банды об ограблении банков постоянно срывались.
— Но, почему же, обладая такими важными сведениями о Ягоде, этот ваш бывший ротмистр не стал, например, шантажировать его?
— Ему задали во время допроса и такой вопрос. И он ответил, что не хватало смелости дать этим бумагам ход против такого важного чекиста. Представляете, бывший ротмистр боялся Ягоду шантажировать. Понимал, что Ягода может его просто ликвидировать. Тем не менее, он хранил эти бумаги, не уничтожал их. Надеялся, что, быть может, потом когда-нибудь все-таки на шантаж решится.
Менжинский сказал:
— Вижу, товарищ Москвин, что вам удалось разоблачить ложь Генриха Ягоды о его партийном стаже и подтвердить документами, что в тот период он имел отношение не столько к революционной деятельности, сколько к криминальной. Это успех. Более того, прослеживается и связь с недавней перестрелкой на дороге. Во всяком случае, клички двоих убитых совпадают с кличками неких сообщников Ягоды по делам 1909 года. Не так ли? Но, те ли это люди, или же перед нами простое совпадение?
— Нет, не совпадение. Мы установили личности убитых преступников. Под кличкой Черный скрывался бандит Моше Флейшман, уроженец Одессы, известный в молодости медвежатник, специалист по вскрытию сейфов, сочувствующий анархистам и переехавший в Москву по подложным документам в 1908 году. Что же касается Скульптора, то он уроженец Нижнего Новгорода Петр Климов, обосновавшийся в Москве на год раньше. Это был самый настоящий убийца, совершивший с десяток убийств чиновников разного ранга. За ним охотилась московская полиция перед Империалистической войной, но поймать так и не смогла. Его взяли только в начале 1917 года и заперли в одиночную камеру до суда, но случилась революция, и революционные солдаты его выпустили, посчитав, что он свой, раз чиновников царских убивал. А кличкой своей он обязан тому, что после каждого убийства располагал свою жертву в какой-нибудь нелепой позе. Потом его следы затерялись. Но, отпечатки пальцев сохранились в дактилоскопической картотеке, как и отпечатки пальцев Флейшмана. И теперь у нас есть все основания полагать, что Черный и Скульптор — это те же самые лица, с которыми общался Ягода еще в 1909 году, пытаясь привлечь их к планируемому ограблению банка, — сообщил Трилиссер.
— А не может ли быть так, что эта банда Скульптора использовала удостоверения чекистов по той причине, что до сих пор как-то связана с Генрихом Ягодой? — предположил Менжинский.
Трилиссерр кивнул:
— Более того, Вячеслав Рудольфович, напрашивается и предположение, что эта банда могла действовать по поручению Ягоды и в его интересах. Сейчас мои сотрудники заняты проверкой этой версии.
И добавил:
— Мы задержали младшего брата водителя бандитской машины, некоего Валентина Амбросова, который тоже входил в преступную группу и дал показания. Потому кое-что о деятельности этой банды нам уже известно. Похоже, что в последнее время, кроме всего прочего, эти бандиты занималась незаконными экспроприациями под видом чекистов. Причем, вламывались они в дома тех нэпманов, которые в это время находились под следствием и содержались в изоляторе. Откуда-то у них имелась такая информация, что прямо намекает нам на наличие у них покровителя среди чекистов. Иными словами, банда в последнее время специализировалась на том, что производила незаконные конфискации имущества. Схема была очень простой. Если какой-то нэпман арестовывался чекистами, бандитам поступал об этом сигнал от их сообщника в ОГПУ. И домой к арестованному приезжала вот эта «мобильная группа». Показывая фальшивые удостоверения и постановления, ложные чекисты вывозили все ценное. А те родственники подследственного, которые оставались дома, даже не предполагали, что это не настоящие сотрудники ОГПУ, а бандиты. Потому никакого сопротивления им не оказывалось. Во-первых, они показывали документы, которые простой гражданин не имел возможности отличить от настоящих. А во-вторых, они располагали информацией, что хозяин имущества уже арестован и обвиняется по серьезным статьям. Потому никто из родни не препятствовал этим незаконным «конфискациям», полагая, что имущество арестованного изымается по решению властей.
— А что же сами арестованные? Неужели они не жаловались? — спросил Менжинский.
— Некому было жаловаться. Мы проверили. Фигуранты, у которых бандиты экспроприировали имущество, умирали в изоляторе на Лубянке, якобы от сердечной недостаточности. А их родня бесследно пропадала. Да и выбирались люди, преимущественно, одинокие или с малым количеством родственников. Возможно, их травили ядом, добавляя в еду, а может быть и каким-то иным способом, например, отравляющим газом, закачиваемым ночью в одиночную камеру или с помощью смертельных инъекций под видом лечения. Установить точно нельзя, поскольку тела сразу кремировали. Но преступный сговор бандитов с сотрудниками ОГПУ очень четко вырисовывается. Мы пока точно не знаем, кто именно стоит за ними, поскольку никакие другие доказательства на этот счет еще не собраны. Кроме показаний брата шофера, поддельных чекистских документов и странных совпадений у нас пока ничего конкретного нет. Для того, чтобы понять, кто именно из сотрудников ОГПУ помогал бандитам, необходимо проводить серьезное внутреннее расследование. Но, за всем этим, разумеется, вполне может стоять и сам Ягода, — поведал Трилиссер.