Ресурс-9
![Ресурс-9](/uploads/covers/2024-04-19/resurs-9-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Константин Прыгин
- Жанр: Постапокалипсис
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Ресурс-9" полностью
Становление. Часть 36.
Ядовитая ведьма, так она в итоге представилась, была права, и через дня три Индуринг-беглец встретила троих выживших. Люди были вооружены автоматическим огнестрелом и перетаскивали большую двухколёсную арбу по дороге. Ведьма подсказала ей, какую легенду стоит подавать людям, для того, чтобы те позволили пройти с ними в поселение, но её упрямство и самонадеянность, напротив, спровоцировали аборигенов совершить три удара клинком в сердце. Поэтому оказалась она без одежды в снегу около дороги. Чтобы быстро себя восстановить ей нужна была пища и много. Из-за низкой температуры и голода процессы восстановления индуринга очень замедлены. И только на второй день другой караван встретил на своём пути в заметно протаявшем сугробе тело умирающего человека.
– Ну и на хрена ты залип?! Ну сдох и сдох! – ответил следопыту старший конвоир.
– Она. Это баба. Жива на половину. На ней снег тает! – он приподнял тело и добавил. – Дырки ножом под сиську прям. Крови мало правда.
– Так жива или нет?
– Жива. Точно. Пульс вот…
– В кандалы тогда. Оденьте. Я дома разберусь.
– Уважаемый Назир, послушай моё удивление этому случаю….
– Вахид! – перебил его тот. – Мой отец уже задолбал меня своими наставлениям! Ты его самый младший брат, и моложе меня на восемнадцать месяцев. Пусть даже воля отца мне велит слушать тебя, но ты только второй поход делаешь, а я уже посчитать устал свои походы.
– Четырнадцать. Это сейчас пятнадцатый. Уважаемый Назир.
– Ладно. Говори своё удивление, только свои книжки не вспоминай сюда пожалуйста. Устаю я это понимать.
– Снег. Назир, посмотри. Снег кругом совсем не тронутый. Он тут лежит уже пару дней. Вокруг этой бабы и следов других нету. Если только с железной птицы свалилась, другие ответы не подходят.
– Свалилась и свалилась, – раздражаясь начал приказывать старший караванщик. – Живая, значит в кандалы и в кузов! А ты в машину давай, поехали. Я домой хочу. Скоро на этой проклятой земле будет жуткий мороз.
– Надо одеть хоть чуть-чуть. Не довезём до дому, смысла тогда нет.
– Да ты реально меня задолбал! – перешёл на громкий крик Назир. – Что там некому одеть это?!
– Мне не скоро достичь твоей мудрости, Назир, – Вахид махнул рукой и пошёл усаживаться в пикап.
– Хукмат!!! – что было сил закричал командир, обернувшись назад к основному каравану. – Хукмат!!! Чтоб шакал сожрал твой обед! Хукмат!!!
– Оу! – где-то в центре всей колонны раздался ответ испуганного слуги. – Бегу-бегу, не кричи! Побереги свой драгоценный голос, о досточтимый Назир.
– Вот это – к рабам моим, – он небрежно указал на женщину в сугробе. – Одень что-нибудь. Еды, воды дай. И догоняйте. Тут до города не так далеко, я поеду быстро. Не хочу спать на холоде. А вы, на своих тихоходах, догоняйте. Не останавливайтесь, к утру чтобы в городе были. Там водителей меняем, горючее, и сразу в путь. Понятно всё?!
– Да, мой господин. Всё просто и понятно, – сухенький и проворный Хукмат, не смотря на свой седоголовый возраст, ловко поднял на плечо с земли тело и быстрым шагом направился в конец колонны.
***
Сознание индуринга отогрелось, когда похотливый слуга караванщика в кузове фургона с рабами пыхтел над ней, пытаясь проникнуть внутрь, – Вах, ну какой холодный девушка? Хозяин сказал нагреть, я буду нагреть, – индуринг понимала с трудом его слова, акцент чётко говорил о его южном происхождении.
Её сильно бесило всё, что сейчас происходит. Эмоции лавинно взорвали замёрзший организм до кипятка в жилах. Насильник был готов к этому пробуждению и ловко парировал все попытки сбросить его. В суматошном начале она поняла, что проигрывает, и умышленно сыграла собственную слабость. Когда тот успокоился, почуяв победу, она нашла на его поясе стальную ложку, которая до этого периодически упиралась ей в бок. Превозмогая физическую слабость, она со всей имеющейся силой, всадила эту нержавеющую железку ему в горло.
Резко запахло горячей едой. Разогретая азартом плотской любви кровь Хукмата, привлекла аппетит оголодавшего индуринга. Как пиявка, она впилась в фонтанирующую рану, при этом скрутив его тело всеми руками и ногами. Насытившись через пару минут, она встала с колен откинув бездыханное тело вернувшего её к жизни человека.
Только теперь ей стало понятно, что это грузовой фургон автомобиля, который сейчас в движении. Вокруг четыре обомлевших человека, которые были прикованы железом за шею к стойкам фургона. Короткая цепь позволяла им только положить голову на пол или встать на колени.
– Как он всегда просил остановку у водителя?! – индуринг стояла, держась за стойку и выпрямившись в полный рост. – Вы понимаете мою речь?
– Угу, – в гуле движения было трудно понять точно, от кого этот посыл, но ей становилось всё лучше и лучше, жертвенная кровь максимально быстро работала на регенерацию, зрение вернулось в свою норму индуринга. Кто-то очень напуганный стоял, прижавшись спиной к задним дверям, и показывал ей дуло пистолета сильно трясущимися руками.
– Ну и как он просит остановить машину? – она легко забрала у перепуганного охранника пистолет, после чего сильно шибанула им же ему в висок.
– Шабааааааш, – кто-то из рабынь потихоньку попыталась повторить то самое «стоп» слово, – Мы один раз пробовали так – не получилось.
– А ты сможешь повторить это его голосом? – индуринг была решительна в требовании. – Он стучит в кабину при этом?
– Да, стучит, – вмешалась другая рабыня. – Тук, дык-дык, тук. Это косточкой, ладошкой, и опять косточкой. Вот сюда он стучит, – она показала место рядом с собой.
***
Назир до конца своих лет так и не смог узнать, кто именно в ту ночь уничтожил весь его караван, придав огню. Все люди и даже рабы сгорели вместе с техникой, многие даже не успели покинуть машины. Тот, кто попытался бежать, был застрелен в затылок. Товар весь сгинул в том же пламени. Ему твердили, что это урок Покупателя, но он не верил.
***
С этой стороны жизни тот же самый мир был совсем иной. Беглый индуринг вынуждена была скрывать своё происхождение, воспитание, образование, а главное свою физиологическую уникальность. Ей также пришлось признать свою реальную гендерную принадлежность, и вернуть своё имя Сигрун, скандинавское, которое в этих краях было неведомым.
– Странное имя, – ухмыльнулся старший патрульной группы. – Откуда ты?
– Далеко. Из-за восточных гор. Общину Наружного знаете? – она нарочно назвала очень далёкое, но реальное поселение, где она точно и хорошо знает всех ключевых людей, на случай если и захотят её проверить на соответствие. – Там отец с двумя сыновьями заправляют, может слыхали?
– Да-да. Что-то слыхивали мы про те места и людей тамошних, – встрепенулся тут другой патрульный и, резко отшагнув, направил на нее взведённое оружие. – Мы доходили до гор этих отрядом большим, да только местные о вас горных ничего хорошего не сказывали. А ну руки к верху, чтобы видно было!
– Погоди ты! – старший с усилием рукой опустил напарнику оружие. – Знаю я вроде об таких. В столицу на торг приходили осенью вот. А ну, как звать там отца и сыновей этих?
– Олег, Бурый прозвище, это отец. Сыновья Денис да Игорь.
– Точно, – окончательно успокоился старший. – Один из них и приходил торговлю ладить, я просто точно не запомнил, толи Егор его имя, толи Игорь. Всё! Успокойся уже ты! – ему пришлось даже прикрикнуть напарнику, чтобы тот убрал оружие. – Знаем ваших. Нормальные люди. А ты чего, одна что ли?! Или отстала просто?
– Одна.,– сгримасничала та юную самоуверенность.
– Вот как? Баба вроде взрослая, а поступок, как у моей десятилетней дочери, – усмехнулся патрульный. – «Уйду от вас на юг с Лёшкой!»
– Уходила не одна, – индуринг вдруг вспомнила, что теперь выглядит намного старше привычного, и поправилась. – А дойти смогла только я. С мужем вышли. А дней десять назад шатун попался, Айрат встал против него, мне бежать приказал. Я вернуться долго боялась, но вернулась… – опустив глаза, она опустила бессильно плечи и замолчала.
– Поднял же его кто-то. Весной-то его обходить лучше, а сейчас будить – ещё хуже, – вздохнул тот и, подойдя вплотную, приобнял свободной рукой убитую горем женщину. – Вот она, правда жизни такая. Сильнее всех ты оказалась, потому что жить продолжаешь вопреки всему.
– Айрат не боялся смерти, – через секундную паузу Сигрун взорвалась горючими слезами. – А я боюсь! Боюсь! Ооочееень…
– Ой. Ну всё- всё, – слёзы растопили настороженное сердце второго патрульного. – Ты добралась, смогла. Теперь всё будет хорошо. Ты же добралась? Вы шли куда, для чего, за чем?
– Игорь рассказал, что у вас собаки есть, – посмотрев на обоих, она поняла, что этого мало для них и поспешила дополнить. – Питомник у вас есть, собак разводите.
– Каких собак? – тут же удивился второй.
– Да это она про Лисий остров говорит, – разобравшись, пояснил первый. – Там старый Макароныч собачатню развёл. Для охотников псов разводит и тренирует.
– Ааа! Так это ты не туда совсем топаешь, дурёха! – надеясь, что этим сможет поднять ей настроение задорно включился второй. – Там, с первой заставы, надо было сразу вправо выбирать. Спросила бы этих, сразу бы сказали. Теперь отсюда прямо на север шуруй. Там до реки мутной. По ней вверх до брода пройдёшь, не пропустишь, заметный шибко. Там через лесок до полей посевных…
– Ты чего несёшь?! – возмущённый откровенным невежеством перебил его старший. – Зима сейчас! Какой тебе брод, балбес! В общем, не слушай его. Как ты говоришь, звать тебя?
– Сигрун, – утирая слёзы, но так и не подняв головы, скромно ответила та.
– С нами сейчас походишь до вечера, не долго совсем. Тебе спокойнее даже. До столицы дойдём. В сам город тебя не пустят так сразу, да не нужно тебе этого. С нами в казармах переночуешь, покушаешь. Вон, хомяк тебе завтрак свой отдаст, всё равно не ест. А поутру город обойдёшь до северных ворот и вверх полдня, не больше, там спросишь, где свернуть на Лисий остров. Прохожих много, скажут. За то всё по дорогам натоптанным, а не по сугробам там всяким.
– А на кой ляд тебе собаки эти? – влез своим вопросом второй. – Оставайся со мной. Мне в городе квартиры дать будут…
– У меня никогда не будет детей, – с искренней грустью перебила фантазёра она. – А собачонок мне сыночком будет…
– Так, всё, – закончил лирику командир. – Пошли.
***
Лисий остров был не большим и стоял на широкой реке, разделяя её на два равных рукава шириной не более двадцати метров. Сам островок имел вытянутую форму в пределах километра в длину, на метров триста в самом широком месте. Высокий забор из различного материала, подпёртый жердями снаружи, говорил о том, что угроза шла изнутри, а не снаружи. Ровный сугроб у ворот после единственного моста говорил о том, что они с самой осени не открывались за ненадобностью. Калитка же, в свою очередь, была хорошо отчищена и грязный притоптанный снег указывал на частую проходимость людьми. В этот вечер все собаки были не в себе, кто выл, кто безудержно лаял, а кто-то в панике пытался найти себе выход, копая подкоп, или стараясь перепрыгнуть забор. На том конце моста стоял человек, собирающийся наступить на доски моста. Он хорошо понимал панику этих зверей, так же как и то, что ждёт его самого внутри этого питомника.