Ресурс-9
![Ресурс-9](/uploads/covers/2024-04-19/resurs-9-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Константин Прыгин
- Жанр: Постапокалипсис
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Ресурс-9" полностью
Становление. Часть 34.
– Я не поняла ни единого слова, – Надежда протянула пластиковый цилиндрик Бурому, когда тот зашёл к ней в комнату. – Как бы сказал сейчас Деда, на тарабарском языке всё.
– Ты до конца всё прослушала?
– Ну да. Там минуты две, не больше.
– Там раз пять повторили КАПИТЕЙН ШТУЛЬЦ. Понятно, что про него что-то там. А что? Куда? Зачем? Тарабарщина.
– Это немецкий язык, - Олег вынул наушник и убрал плеер в карман. – Давно очень я не слыхал такой говор, забыл уже всё. Завтра утром ещё раз нормально послушаю, попробую понять.
– Ну хоть примерно. О чём там говорит эта тётка?
– Документ какой-то вслух зачитывает.
Вернувшись на кухню к изрядно пьяному Академику, Олег сел за стол напротив него. Тот усердно пытался, заплетаясь, объяснить старушке про культурные растения.
– Слушай, друг. А ты чужие языки понимать можешь?
– Да. Патом, блин, – он небрежно отмахнулся и вернулся к своей лекции. – Вот всё тут хоть засади, а вырастет всё равно вот столько. Это природа! – он указал пальцем в верх. – Понимать надо. Понимаешь?
– Академик, – перебил его Бурый, наливая последний алкоголь в кружки. – А немецкий понимаешь?
– Двитнадцать, – он повернулся к Олегу, пытаясь сфокусировать свой взгляд на собеседнике. – Двивитнадцать. Их. Ясно?
– Что двенадцать? – не понял тот.
– Нет. Двинитнадцать. Знаю я. Их. – он, не найдя понимания в глазах Бурого, решил сказать иначе. – Двасать. И просо один забы-Ыл сосем. А чё, к нам Интурисыты пришли? Ооооо! Это пойдём тогда. Говорить буду йа, сам. Чё ани хатят? Стреляют по нам?!
– Олег Вячеславович, зачем вы это ему-то? – уже присутствующая тут Надя увидела, как он расправляет проводки наушников плейера. – Он же...
– Он уже, – усмехнувшись, Бурый сунул тому в ухо наушник и включил воспроизведение. – Он сейчас хорош уже, завтра просто ничего не сможет вспомнить.
– Ладно тогда, – она присела на скамейку рядом с Академиком и затихла, вслушиваясь в глухой голос диктора на записи.
– Да это не музыка даже, – возмутился тот, сдернув за провод наушник. – Девочка моя, воопще не слушай эту муть. Закачай лучше что-нибудь из старенького. Вот там норм качает. Мелодия есть. А это чёт там зачитывает. Скукота. Даже бит на фон не заложили. Муть, короче.
– А о чём хоть говорят-то? – натягивая равнодушие на своё лицо, спросил Бурый. – Про что, хотя бы?
– Ну типа засудили чувака за лоховство. Нытик стал и его захерачили. Или потом захерачили. Да муть какая-то.
– А ты переслушай и скажи, захерачили или нет?
– Вот ты чёвапще? – недовольный приставанием тот, сморщившись, попытался встать из-за стола. – Ссать надо мне срочно. Уйди. Там всех замочили, всю пекарню, на противень, бля. Уйди же ты! Я же сейчас проЙ-люся весь здезь. Уууйдиии, – он уже с силой налег на пытавшуюся удержать его девушку.
– Оставь его Надя, будь человеком, – вмешалась бабуля.
– Конечно. Я и не держу, – ответила та, получив на то разрешающий жест от Олега.
– Я и раньше плохо понимал немецкий разговор, а тут столько времени прошло, забыл почти совсем, – пояснил Олег, когда Академик вышел из дома. – Так-то я понял, что это зачитали приговор какого-то суда. И обвиняемый это наш Капитан Штульц. Только вот, что ему применили и за какие грехи, я не понял. Думал этот прояснит.
– Ну ладно, это же письмо он прислал, а значит живой и здоровый, – сделала свой вывод Надя.
– Пускай так, – разбил её логику Бурый. - А зачем он нам об этом рассказать решил? Просто так? Это на него совсем не похоже. Смысл где? Это письмо мог прислать любой другой из тех там.
– Да, нее, – отмахнулась та. – Написано же, что от него. Там же этот, адрес и всё такое.
– Ты, когда туда запрос пишешь, от кого письмо они получают? От меня или от тебя? Подписываешь как?
– Олег Вячеславович. Так и пишу. Тут же всё так заведено.
– Ну вот. А письмо-то пишешь ты, не я. Ферштейн?
– Ну да. Поняла.
– Вот, если это прислал кто-то другой после его казни, то зачем? Что вообще это должно нам сообщить? – он задумываясь погладил свою бороду. – Из этого послания мы получили информации меньше, чем вопросов. Такое делают, чтобы замедлить принятие какого-то срочного решения. Но у нас нет ничего такого. Все срочные решения приняты и Академик справляет свою нужду.
– Это я сейчас поняла. А тогда зачем? Может всё-таки просто передали и всё? Ну вы же как бы друзья были, хорошие приятели, как минимум.
– Смысл этого сообщения в таком виде, в такой форме? – Олег поднялся из-за стола. – Тут два пути. Вспоминать язык или искать толмача.
– Кого? – не поняла Надя.
– Екатерина Фёдоровна, – глава поселения подошёл к старушке и, тепло обняв, сказал. – Спасибо, моя хорошая, за стол, особенно за внучку такую смышлёную. У меня к тебе есть ещё одна очень серьёзная просьба, хорошо?
– Олежек, да что ты? – засмущалась та. – Все твои просьбы только в пользу людям. Ты говори, исполню, мой дорогой.
– Дай мне времени до завтра, до обеда, – он держал обеими руками старушку за плечи и умоляюще глядел ей в глаза. – Потерпи, родная, удержись. Не рассказывай никому про этих немцев. А до того я хорошенько разберусь с этим, и если чего такое, то соберу людей да расскажу всё, как думаю. И если что такое, то решать там вместе и будем все. Мне бы спокойно всё понять только.
– Да что ты, Олежек? Да я когда в ваше мужское разве лезла? Как надо всё решай. Мы с Надюшкой помолчим же, вот сколько скажешь. Ты лучше умника, своего попойца, придержи. А мы тут, как камень.
– Хорошо, тёть Кать? – вновь обняв её, он поцеловал ей лоб. – Завтра. До обеда, угу? Умнику проспаться надо будет.
***
Когда вернулись послы, зима на всех правах владела землёй. Они вернулись под вечер, и потому все утомительные расспросы были перенесены на обед следующего дня.
– Так, кого мы ещё ждём сейчас? – зайдя в большую комнату, огляделся Бурый. – Ольгу ждём, ну и, как всегда, Серого. Так, все остальные здесь?
– Вы ребятки Оленьку-то не ждите, кушайте уже, – занося в комнату большую керамическую тарелку с горячим блюдом, сказала хозяйка дома. – Пищеварение подвело, отлежаться надо ей. А Серёжа уже тут, зашёл, разувается.
– Какой ещё Серёжа?! – удивился Топтун, не отводя глаз от только что поставленной на стол тарелки.
– Ай, – махнул на свою жену Олег. – Это она имя такое Серому дала. Не спорь. Тот сам уже не спорит.
– Ну всё тогда. Я возьму пока? Вот это котлеточка же, так? – Топтун поймал взгляд хозяйки.
– Конечно, друзья, прошу Вас, кушайте, – эти слова главы общины были долгожданными.
– Серёжа, садись вот тут, – Марина указала вошедшему в комнату гостю на свободный стул возле Игоря. – А я вон тут, к кухне поближе.
– Пап, – сказал Игорь, обращаясь сразу ко всем. – Давай Сергеича помянем.
Все молча подняли стоящие перед ними напитки и, каждый вспоминая что-то своё об этом человеке, с разной задержкой выпил всё.
– Ну, сынок, давай по порядку. Начни с дорожной обстановки.
– А что дороги? За весь путь, половина не хожена вот совсем, но пробить не сложно. Другую половину ещё раза на два дели. Это дороги старые – одни просторные, другие разбиты или хлам разный. Сейчас машиной никак, в общем если.
– А люди по дороге какие? Поселения?
– Бурый, разбойники есть, жуть! – даже не проглотив еду, вклинился Топтун. – Без опыта нашего сгинули бы. Жуть-жуть.
– Сын? – Бурый повернулся к Игорю.
– Да какие там разбойники? – перебил Серый. – Этому, хоть ребёнка с палкой на дороге забудь, он уже порты трусит. Так ветром задуло пару разочков. Ветошь одна.
– Это пока, – поглаживая бороду, задумался Бурый. – Если путь торговый будет, то и разбойники прирастут. А тут уже случаи есть.
– Пап. Да первый в счёт не берём, это ещё там, сразу возле Столицы. Тамошние изгои. Второй случай у перевала, на той стороне. Ночью набег устроили четыре оборванца. Ольга кого-то из тех признала даже, говорит из другого отряда мужичок был. У них там тогда отрядов несколько разных было.
– Понятно, всё как я и предполагал, – Олег закусил выпитую самогонку Академика. – Полегче надо бы делать её, слышишь, Академик? Ну не проглотить, не вылить. Теперь к делу опять. Раз у нас теперь подсказок от Покупателя не будет, то теперь нужно снова собирать отряды разведки. Хотя бы два, человека по четыре. Что думаете, воеводы? Тимур, соберёшь снова свой отряд?
– Сейчас-то легко, хоть три отряда. А как за Девяткой ходить начнём, то и одного не соберу, – ответил тот.
– Носорог, людьми делится придётся, – Бурый обратился ко второму воину. – Подумай сегодня, как по бригадам ужаться. Давай из четырёх бригад три оставим.
– Ты чего, Бурый? – возмутился широкоплечий мужик. – У меня и так баб половина на штате.
– А вот и решение! Тимур, девчат в разведчицы набирай. Ольга как-раз по специальности будет. Ты один отряд бери, Ольга второй.
– Совсем сдурел, под старость лет?! – вставила своё категорическое возмущение хозяйка дома Марина. – Куда ты Оленьку собрался отправлять?! У ней пятый месяц срока уже! Всё, не трогай её больше.
– Как пятый месяц? Кто опять?! – Бурый встал из-за стола. – Просил же придержать, годок всего.
– Да что ты? Просил он. – хмыкнула Марина. – Природу, что ли, просил? Вообще не тронь девчонок.
– Так ведь именно об этом я и просил! Год. Один год не трогать девчонок. Рабочих рук не хватает. Ситуация меняется не в лучшую сторону. Поднатужиться надо и всё. До лета.
– Папа, а я чего-то не понял. Ты говоришь, что с Покупателем отношения изменились. Что произошло? – сменил тему Игорь.
– Академик. Расскажи ему, – ушёл от личного ответа тот.
– К нам на информатор пришла аудиозапись с постановлением суда, – он посмотрел на Игоря и решил добавить разъяснение. – Аудиозапись – это запись голоса, там женщина на немецком языке зачитывает вслух решение суда по делу нашего капитана Штульца. В деле фигурирует не он один. Раскрыта группировка целая. Все руководители приговорены к казни, прочие подельники и исполнители к длительной изоляции. Решение приговора должно было приведено к исполнению немедленно.
– Хана капитану, сынок. Оказалось, вся та техническая поддержка от Покупателя – это его рук дело.
– Как?! В смысле, добыча Девятки, этого теперь не надо? А в Столице же всё вокруг неё и построено.
– Нет. Папа твой не так сказал, – вмешался Академик. – Девятка – это всё будет, как и было. Добыча, обмен и так далее. Просто Штульц из личной симпатии к нам, всячески премировал нас сверх положенного. Он лично обновлял нам снимки со спутника, вооружение получше выбирал и боеприпасы, да побольше. Ну и всё такое. Одним словом, подыгрывал нам.
– Вот как, – задумался на мгновение Игорёк. – Ну, теперь мы со всеми на равных по условиям.
– Ладно, – Бурый закончил эту тему. – Мы позже ещё с тобой об этом. Топтун, чем Столица торгует, что просит?