Мама, папа, я и Перестройка
![Мама, папа, я и Перестройка](/uploads/covers/2024-04-30/mama-papa-ya-i-perestrojka-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Марципана Конфитюр
- Жанр: Попаданцы
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Мама, папа, я и Перестройка" полностью
11.1
На другой день в детсаду я был звездой. Это почувствовалось уже тогда, когда мы с папой поднимались на второй этаж в нашу группу, и взгляды всех попавшихся по дороге людей – и больших, и маленьких – были обращены в мою сторону. Стоило нам войти в раздевалку группы, как все находившиеся там замолчали разом. А потом опять заговорили – обо мне.
– Ты правда предсказатель?
– Ты волшебник?
– Инопланетянин?
– Можешь сделать жвачку «Дональд Дак»?
– Нет, лучше «Турбо»!
– Можно даже без жвачки, одни только вкладыши! Можешь?
– А мне куклу Барби!
– Камаз! Настоящий!
– И вырасти прямо сейчас!
– Чтоб родители не разводились!
Кое-как мне удалось ослабить ажиотаж и при помощи папы разъяснить присутствующим, что я всего лишь землянин, материализацией объектов не занимаюсь, только вот могу немножко будущее видеть. Для детей это будущее было довольно-таки абстрактным понятием, поэтому то, что на четырнадцать просьб предсказать его я четырнадцать раз ответил: «пойдёшь в школу, потом в институт, а потом на работу», всех удовлетворило. Только девочке Алёне, раздражавшей меня своим самомнением и стремлением стучать на ближних воспитательнице, я в отместку за её противность предсказал не институт, а техникум. Впрочем, тут же пожалел об этом: до самого вечера Алёна хвасталась всем и каждому, что пророк предсказал ей особенную, отдельную, отличающуюся от всех остальных судьбу.
Но это было лишь начало. Как человек, побывавший в телевизоре, я внезапно был признан всем детским коллективом за вожака. Все хотели играть со мной. Все хотели сидеть рядом за едой, на занятии, во время молчанки – за стул рядом постоянно шла борьба! Мальчик Костя предложил вместе поиграть принесённой им из дома машинкой. Мальчик Слава обещал назавтра принести свою, ещё лучше, если я обращу на него внимание. Мальчик Рома объявил, что только он может играть со мной, так как, во-первых, он единственный мальчик, который испокон веку ел со мною за одном столом, и, следовательно, имеет особенные права на меня; а, во-вторых, его бабушка – из РайОНО. В конце концом, даже «властительница группы», Ольга (Илиадина любимица) предложила уступить мне право кормить рыбок в обмен на дружбу.
Я подумал, что было бы хорошо каким-нибудь образом перенаправить всё это внезапное обожание на Ирку: передать ей рыбью привилегию или велеть поклонникам добиться сначала расположения моей дамы сердца, чтобы мочь претендовать на моё собственное... Но сегодня Полякова не пришла. Думаю, она либо сказалась больной, либо на самом деле заболела из-за вчерашнего унижения. Ирка пропустила тот самый день в садике, когда могла бы вместе со мной насладиться высоким статусом: что тут говорить, она была ещё более невезучей, чем я.
За завтраком я слышал, как нянечка и Илиада обсуждают вчерашнюю передачу: хотя они ели совсем неподалёку от меня, но по обыкновению большинства взрослых вели себя так, словно я их не слышу (или слышу, но по-русски не врубаюсь). Словом, меня обсуждали при мне же. Нянечка говорила с любопытством; Илиада – со злостью и неким завистливым уважением вроде того, какое испытывают к ненавистным начальникам или несправедливо богатым людям. Из речей обеих выходило, что в мои экстрасенсорные способности они личности здравомыслящие, современные и горячо ожидающие второго Съезда Народных Депутатов, веруют безоговорочно. В основном разговор шёл о том, как бы обернуть эти способности себе на пользу, не огрести от них неприятностей и не следует ли мне как сверхчеловеку разрешить играть игрушками получше.
В конце концов, нянечка не выдержала, подошла ко мне и прошептала:
– Андрюша, а ты правда экстрасенс? Скажи мне честно!
Нянечка была толстой, неуклюжей, всегда пахнущей потом, а часто ещё и кухонным отбросами женщиной, так что я её часто жалел. Кроме того, она ни разу ничем меня не обидела. Так что нянечка заслуживала правды.
– Нет, – сказал я.
– Ну не вредничай! Я ж видела программу.
Я вздохнул. Как и большинству людей, нужна ей была не правда.
– Андрюша, а ты видишь моё будущее? Можешь предсказать? Хотя... – Она задумалась. – Хотя и так понятно, что мне ждать особо нечего... Может, видишь будущее Димки?
Димка был сын нянечки, второклассник. Несколько раз он околачивался у нас в группе, важно рассуждал про октябрятскую жизнь, а в стильной синей форме, с пиджаком повторяющим фасон джинсовой куртки, и будучи на голову выше среднестатистического из нас, смотрелся просто взрослым мужиком. Что я мог предсказать? Я не знал о нём ничего, кроме имени и того, что позавчера она принёс пятёрку по математике. И всё же...
– Димка будет жить неплохо. У него будет свой собственный компьютер. Ещё у него будет такой карманный микрокомпьютер, совмещённый с телефоном, позволяющий звонить и смотреть фильмы. Он будет ходить в супермаркеты и сможет выбирать колбасу из тридцати трёх сортов. Для него не будет дефицита. А ещё он сможет есть в Макдональдсе хоть каждый день...
– Ого! В Макдональдсе каждый день! – Нянечка просияла. – Ох, Андрюшка! Уж не знаю, врёшь ты или нет, но нравится мне твоё предсказание! Так что же, Димка, получается, будет жить не в СССР?
– Не в нём. И вы тоже.
– Слава богу! – Прошептала няня еле слышно. – Уедем с ним, стало быть! Лишь бы границы открыли! Ну и как там будет нам, в другой стране?
– Первые лет десять тяжело и даже очень, – сказал я. – А потом уж наступит стабильность.
– Десять лет не страшно! Мы потерпим! – Сказала нянечка.
После этого она подарила мне дополнительный бутерброд с маслом, уже размазанным по куску хлеба.
– Спасибо, тётя Нина, – сказал я, благосклонно приняв этот дар. А потом добавил громко: – В общем, у вас всё будет отлично! Хорошо, что Илиада Михайловна у меня ничего такого не спрашивает. А то как бы я сказал ей, что она ни разу в жизни не поедет за границу, не поест в Макдональдсе, а умрёт от струйного поноса одна дома!
Надеюсь, Илиада всё услышала, но точно я не понял. Было бы классно, если бы она поверила в моё предсказание и наделала от ужаса в штаны ещё сейчас. Вероятно, эта самая мерзкая женщина на земле была парализована ужасом, вследствие чего ни за предсказание, ни за вчерашний скандал отомстить не пыталась. Она лишь бросала на меня злобные взгляды, стараясь держаться подальше, не контактировать и, видимо, опасаясь, как бы я не превратил её в свинью. Честно, я бы это сделал, если мог бы. Однако моих заурядных детских возможностей хватало только на то, чтобы отбиваться от новоявленных друзей, тоже мрачно поглядывать на Илиаду, надеяться, что моё пророчество сделало должное впечатление, да ещё раздумывать, куда и как пожаловаться начальству на воспиталку.
***
Придя домой в тот день, я улучил момент и изложил на бумаге свои претензии к Илиаде. Оставалось только спрятать эту «заяву» в чуть-чуть отошедшей подкладке искусственной желтой шубы, в которую я уже успел перебраться из демисезонного пальто, и ждать момента, когда подвернётся адрес нужной конторы или чиновник, которому можно будет её подсунуть.