Вооруженные силы на Юге России
![Вооруженные силы на Юге России](/uploads/covers/2024-04-26/vooruzhennye-sily-na-yuge-rossii-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Автор неизвестен
- Жанр: Военная документалистика и аналитика / История: прочее
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Вооруженные силы на Юге России" полностью
Паника
Нам приказали сменить орудия конно-горной, стоящие на шоссе, нашими. Послали наше орудие. При этом совершили две непростительные ошибки. Во-первых, не поставили за нами второго орудия. Во-вторых, капитан Му калов, приглашенный на одну из дач, поставил наше орудие не на гребне шоссе, а против той дачи, куда его пригласили, то есть внизу большой выемки, откуда мы ничего не видели. И сам Мукалов исчез. Номера нашего орудия разлеглись в тени и заснули.
Обеспокоенный нашей плохой позицией, я сел на Дуру и поехал на гребень шоссе, который находился от нас саженях в ста. На гребне находился полковник Агоев{192}, командир 1-го Терского полка, и недалеко пулемет конно-горной с Костей Унгерном. У него болели ноги, и он, несмотря на лето, был в валенках. Впереди в версте находился наш разъезд.
То, чего я опасался, случилось. Вдали на шоссе появились два темных квадрата.
— Броневики, — сказал мне Агоев. — Постреляйте, иначе мои дикари разбегутся.
Разъезд впереди уже скрылся в лесу. Я бросил взгляд на броневики, чтобы учесть их скорость, и принял во внимание легкий изгиб шоссе. Очень обеспокоенный, я поскакал к орудию.
— К бою. Гранатой. Прицел 30.
Я сам направил орудие немного вправо. К несчастью, в этот самый момент появился Мукалов и, вместо того чтобы оставить меня действовать, он заорал:
— Гранатой! Прицел 100. Огонь!
Ерунда, конечно. Прицел 100 равен 4 верстам, когда броневики были рядом. Наводчик взглянул на меня. Я пожал плечами. Мы потеряли еще несколько ценных секунд, меняя прицел. Наконец выпустили. Наша граната полетела в пространство, а броневики были уже на гребне, и их пулеметная очередь ударила по щиту нашего орудия. Орудие снова зарядили. Мукалов и солдаты испарились, удрали. Я бросился к орудию, опустил ствол, вертя рукоятку, и выпустил вторую гранату. Как потом мне рассказал Костя Унгерн, моя вторая граната лопнула между его пулеметом и броневиком.
Втроем (Нягу, брат и я) мы схватили орудие, бегом по уклону шоссе было легко догнали уходивший уже передок и нацепили орудие.
Трудно описать, что творилось кругом. Броневики строчили пулеметами без перерыва. Казачьи коноводы распустили лошадей. Лошади скакали без всадников, казаки бежали без лошадей. Наш коновод все же подал нам лошадей. Я схватил повод Дуры и прижался к ней, чтобы пропустить пулеметную очередь, затем вскочил на нее. Она стояла как скала. Я наклонился к ней и сказал:
— Ну, Дура, вали!
Только тогда она помчалась и натолкнулась на не успевшего еще упасть казака. Я буквально видел, как пуля попала ему в голову. Из головы брызнул маленький фонтанчик, и папаха съехала. Он повернулся на одной ноге, и в это время Дура его сбила. До этого он бежал вовсю.
Я пригнулся и скакал. Впереди меня бежал брат, держа повод Рыцаря. Рыцарь обезумел от паники и не дал брату сесть в седло. Я попридержал Дуру и скакал шагах в двадцати за братом, чтобы помочь в случае нужды.
Какая реклама для доктора Алексинского, подумал я (Алексинский оперировал ногу брата). Брат так бежит, что я вскачь к нему не приближаюсь.
К счастью, недалеко шоссе делало поворот и лес скрыл нас от броневиков. Сразу же из беспорядочного бегства мы оказались в строю в порядке. Орудие с рыси перешло на шаг, Мукалов и солдаты откуда-то появились и встали на свои места, и даже брат сел на Рыцаря. Наше внезапное появление испортило идиллию пикника, и дивизия двинулась дальше, ставя на этот раз не две, а три пушки одну за другой на шоссе. Броневики не решились следовать за нами за поворот шоссе. А если бы у них хватило смелости, они попали бы на пикник: ничего не было предвидено, чтобы их остановить. Вся эта паника и потери произошли по вине Мукалова. Он был наркоманом и совершенно неспособен командовать чем бы то ни было. Дивизия отошла версты три по шоссе и свернула влево на лесную дорогу. На этот раз на шоссе стояли орудия конно-горной.
Орудия пропустили всю дивизию в лес и одно за другим снялись и пошли за дивизией. Последнее орудие собиралось уходить с шоссе, когда снова появились броневики. Орудие выпустило по броневикам несколько гранат, снялось и пустилось галопом в лес, куда броневики не могли, конечно, за ним следовать из-за узкой песчаной дороги. Случаю было угодно, чтобы на повороте колесо орудия соскочило с оси и покатилось дальше по шоссе, а ось врезалась в землю. Броневики же стали стрелять. Тогда номера отцепили орудие и передок ушел в лес. Трое офицеров схватили горную пушку и погрузили на случайно проезжавшую телегу. Телега проскакала шагов двести и разломилась под тяжестью орудия. Но уже поворот дороги скрыл орудие от наблюдения броневиков. Все это произошло очень быстро и под усиленным огнем броневиков. Чтобы снять орудие с разломанной телеги, пришлось применить силу 12 человек. А положили ведь орудие на телегу трое. В опасные моменты силы людей умножаются. А было так просто срубить несколько деревьев и загородить ими шоссе от броневиков. Но мы об этом подумали только на следующий день.
Конечно, броневики нанесли нам потери, стреляли-то они много. Но наши потери были совсем не так велики, кажется, два убитых, четверо раненых и две лошади. Больше было паники, чем потерь. Мы слишком привыкли к легким успехам и стали беспечны. Все поддались панике. Только Костя Унгерн и Дура сохранили достоинство.