Уверенность в вещах невидимых. Последние беседы
![Уверенность в вещах невидимых. Последние беседы](/uploads/covers/2024-04-24/uverennost-v-veshhax-nevidimyx-poslednie-besedy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Антоний Сурожский
- Жанр: Религия и духовность: прочее
- Дата выхода: 2013
Читать книгу "Уверенность в вещах невидимых. Последние беседы" полностью
9. Образ и подобие
Продолжая тему размышлений и вопрошания, я первоначально полагал вернуться к последней беседе и зачитать несколько писем, которые получил в ответ на нее. В этих письмах то, о чем я говорил, представлено немного иначе, а в некоторых случаях – совершенно с другой точки зрения. И это меня обрадовало, потому что цель моих бесед – постараться привлечь всех нас, каждого из нас к размышлению над вещами, которые кажутся настолько очевидными, настолько привычными, что не вызывают вопросов, но тем не менее полны тайны и требуют от нас не только умственного усилия, но и постоянного духовного роста, который позволяет на новой глубине понимать то, что открывается нам в Священном Писании в свете и силой действующего в нас Святого Духа. И это не вопрос образованности или простой начитанности в Священном Писании. Священное Писание пронизано благодатью Божьей, и, только приобщаясь к этой благодати, открываясь Святому Духу, к Которому мы ежедневно обращаемся: приди и вселись в нас, очисти нас от всякой скверны, Дух истины, Дух жизни, – мы можем понять Писание, которое порой представляется нашему поверхностному взгляду таким простым и ясным, а нашему помраченному уму – таким странным, подобно тому как человек временами нам представляется предельно понятным из-за того, что мы не прозреваем в его кристальной прозрачности тайну и глубину личности, а временами – странным и непостижимым, потому что наше внимание отвлекается на внешнюю оболочку.
Но письма я оставлю на следующий раз, потому что прежде, чем мы к этому подойдем, мне хотелось бы сказать нечто о судьбе человека – человека, понимаемого как антропос, человеческое существо, посмотреть, что об этом говорит Писание.
Для начала мне хотелось бы напомнить, что там рассказывается, как Бог Своим словом вызвал к бытию все существующее и, разумеется, все когда-либо существовавшее, и в начале Он сотворил то, что на языке Священного Писания называется хаосом. Когда мы слышим о хаосе, мы обычно представляем себе разруху, развалины города, разбитого бомбами или землетрясением. Мы никогда не думаем о хаосе как о первобытном состоянии, но мне кажется, нам чрезвычайно важно отдавать себе отчет в том, что хаос, о котором говорит Ветхий Завет, – это состояние первозданного мира, в котором все было возможно, мира таящихся возможностей, еще не обретших форму, не ставших формой. И нам говорится, что над этими громадными, неисчерпаемыми возможностями веял Дух Божий, вызывая их к бытию. И, постепенно созревая, одна за другой все эти потенциальные формы бытия, сотворенные Богом, начинали проявляться. Я не собираюсь пересказывать всем известные отрывки из Библии, но из этого нам важно для себя отметить, что Дух Божий вызывал к бытию все, что возможно было вызвать, и все, способное к существованию, постепенно начало появляться в первоначальной гармонии.
Потом настал момент, когда все скрытые возможности, которые естественным образом могли зародиться велением Божиим, велением Духа Святого, практически развились до своей полноты, и оставался еще один шаг, который не просто представлял собой еще одну ступень в развитии сотворенного мира. Это был как бы скачок, движение вперед, ввысь, вглубь, не просто шаг в ряду событий, а изменение: был сотворен человек. Разница между сотворением человека и всех других существ в том, что Бог вдохнул в человека Свою жизнь. Благодаря этому действию Божьему, человек отличается от всех других тварей. Человек, человеческое существо, как это представляется, как понимает часть или большинство церковных писателей, совмещал в себе все возможности мужского и женского бытия. Это было не два существа, а одно, все еще бесконечно сложное, в котором две заложенные возможности не разделились, не развились до своей полноты, не существовали раздельно. И все же оно было сотворено по образу Божьему: Бог Един в Троице, человек един в двоице. Как происходили рост и развитие человека – не говорится, но что-то должно было происходить, потому что постепенно назрел момент, когда с этим существом, которое содержало в себе таящиеся возможности мужского и женского, должно было нечто случиться.
В Библии говорится, как Бог привел к нему всех сотворенных животных, и человека, антропос, поразило то, что у всех есть пара и только он – один. И когда он это осознал, когда он осознал, что с ним должно произойти нечто новое, настал момент Богу разделить это сложное существо на мужчину и женщину. Нам говорится, как Бог навел на него глубокий сон и разделил человека на Адама и Еву. И меня поражает то, что здесь описывается не одностороннее действие Божие. Человек, антропос, осознал: с ним может произойти нечто большее, он еще не достиг своей полноты, и в ответ на это Бог отделил, выделил в едином существе два пола.
Примечательно, что Адам, увидев перед собой Еву, не стал рассматривать ее как новое существо, как бы спрашивая: «Кто она? Она не похожа на меня», а сказал: «Я – это я, она – это она, она – женское выражение моего мужского начала» – «иш» и «иша» на иврите. Он увидел в ней как бы отраженного себя. Но отражение – это не личность, а он увидел личность, которая одновременно была им и его исполнением[48]. По словам одного богослова, это была одна личность в двух лицах. Одна личность – человеческое существо, достигшее такой степени зрелости, что оно разделилось на два существа, которые могли смотреть друг на друга и узнавать друг в друге самих себя. Их ничто не разделяло, между ними не было противопоставления, было только видение полноты, совершенства – полноты, которая не могла вместиться в одного из них, потому что все заложенное богатство возможностей не могло бы найти свое выражение в одном существе. Это было чудо. Каждый увидел в другом себя, облеченного в дивную красоту. Они увидели в другом свое исполнение, увидели, что вместе они – одна личность. И это было началом их совместного существования, о котором нам известно только из Священного Писания. Но какое-то представление о нем время от времени мы получаем из истории и, разумеется, из жизни окружающих нас людей, когда двое, полюбив друг друга в чистоте сердца, в чистоте чувств, становятся едиными и в то же время не перестают оставаться особенными.
Замечательно то, что Адам и Ева видели в другом себя, иное существо не в противопоставлении, а во взаимном исполнении. И только после падения (и об этом мы уже говорили) они посмотрели и обнаружили другого. По словам одного писателя, когда они были первоначально сотворены, они узнавали друг в друге alter ego — мое второе я, когда же грех вошел в их взаимоотношения, они взглянули и увидели ego, себя, и alter — другого. В этом, опять-таки согласно некоторым писателям, заключается смысл отрывка, в котором нам рассказывается, что Адам и Ева увидели свою наготу. Пока они были едины в двух лицах, о наготе речи не шло, только изменившись, они обнаружили, что стали чужими и нагими. В этом заключено нечто исключительно важное для нашего взаимопонимания: нам невозможно вернуться назад, в состояние до падения, но мы можем вырваться за пределы падшего мира в ином направлении: благодатью Божией в искупляющем действии Иисуса Христа, в тайне Церкви, которая неизреченным образом соединяет нас, мы можем обнаружить, что мы едины.
Если говорить в категориях опыта, выраженного в художественных произведениях, то в них дается много примеров страстных отношений, когда один из двоих или оба человека относятся друг к другу хищнически, наподобие диких зверей, стремясь завладеть, использовать друг друга. Но из той же литературы мы узнаем, что в отношениях между людьми порой проявляется таинственная вещь, называемая целомудрием, в тех случаях, если их любовь – не голод, не собственничество, не попытка завладеть другим человеком, а открытость, самоотдача, если они соединяются во взаимной любви, сердце к сердцу, помышление к помышлению и даже тело к телу не как хищники, а как существа, которые полностью отдают другому себя – самый драгоценный дар. Падение разрушило отношения между людьми: только благодатью Святого Духа в длительной борьбе человеческий род все полнее и полнее заново обретает их во Христе и в Духе.
А в тот момент Адам и Ева обнаружили, что они нагие, что они чужие. Себя человек не воспринимает нагим, только другого можно увидеть в категориях противопоставления. И тогда все в их отношениях изменилось. Библия говорит нам, что Адам познал Еву, но не в смысле более совершенного и более глубокого знания, а в разговорном значении этого слова, в смысле сексуального обладания. Это – новые отношения. Адам и Ева, как я пытался объяснить, первоначально были едины, теперь они стали едины на совершенно другом уровне, на котором их взаимоотношения колебались (я говорю уже не об Адаме и Еве, но о людях вообще) между хищничеством наподобие диких зверей и взаимной самоотдачей, душевной и телесной. Это – две крайности, а между ними – любовь, которая порой – самоотдача, а порой – жадность. Такова ситуация падшего мира: в нем все еще присутствует Божественный свет, в нем все еще присутствует чистота, но прежде, чем они составят полноту человеческого существа и человеческих взаимоотношений, предстоит борьба, людям предстоит отказаться от всего того, что превратило одну личность в двух лицах в две разобщенные личности, которые теперь снова должны вырасти в единство.
И Книга Бытия повествует о новых взаимоотношениях, установившихся между людьми. Адам и Ева уже не говорят больше друг другу: «Ты – я сам, явленный в красоте, о которой никогда не подозревал». Они вступили в новые отношения, о которых Бог сказал, что влечение жены будет к мужу, а он будет господствовать над ней (Быт. 3:16). Бог не выносит приговор. Слово «будет» – не приказ, не решение Божье, оно просто отражает тот факт, что эти две силы рождают нестабильные отношения, которые могут меняться от греховности до совершенства.
В предыдущих беседах я говорил о том, что наш мир пребывает в состоянии полумрака. То, что Бог однажды дал, Он никогда не отнимает (ср. Рим. 11:29), Его образ остается в нас, но он присутствует прикровенно, в полумраке или, пользуясь сравнением, которое я вам однажды приводил, словно отражение деревьев в воде. Пока поверхность воды совершенно гладкая, отражение в точности такое же, как сами деревья, но достаточно легкого ветерка – и покой нарушен, отражение теряет очертания. Такова ситуация, в которой находится все человечество: ситуация тумана, полумрака, неопределенности. Реальность никуда не исчезла, и это дивно, но мы потеряли способность видеть только ее совершенство.
И вот смерть постепенно вошла в судьбу человеческого рода. Пока Адам и Ева были едины, одной личностью в двух лицах по образу единства Святой Троицы, между ними не было противопоставления, смерть не имела над ними власти, потому что она появилась как результат разрушения их единства, словно трещина, расколовшая икону надвое. Смерть стала овладевать человеческим родом. Если дальше читать Книгу Бытия, то мы обнаруживаем родословие Ноя с указанием немыслимого для нас возраста его предков. Точный ли это был возраст или приблизительный или это попытка выразить нечто в цифрах, мы не знаем, но можем заметить, что цифры, которые вначале были огромными, становились все меньше и меньше. Жизнь людей укорачивалась, и в Библии есть отрывок, где описывается, как смерть постепенно овладевала людьми (Быт. 5:1–6:3). Сперва оставался мощный запас изначальной полноты, впоследствии он постепенно растрачивался под действием греха, несовершенства и смерть обретала все большую и большую власть. И это – наша ситуация. Мы живем в мире, который, как я уже говорил, пребывает в тумане, в полумраке, похож на зыбкое отражение в воде, и в этом мире, по мере угасания света, стала властвовать смерть.