Зарница
![Зарница](/uploads/covers/2024-04-21/zarnica-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Зарница" полностью
Глава 42
1984 год
Звяканье ложек и вилок в солдатской столовой лишь изредка прерывалось голосами школьников — все уже настолько устали, что обсуждать происходящее ни у кого не было сил. Никто уже не вскакивал к окнам, услышав там шум мотора, как Сева Шанцев, не докладывал громким голосом события на плацу и у штаба, не подсматривал за дверью, где расхаживал солдат, приставленный для охраны. Они уже поняли, что охраняют их не от кого-то, а чтобы школьники окончательно не разбрелись по территории части. Начальный живой интерес и любопытство сменились апатией. Да и заняться было абсолютно нечем. Книжки, которые принесли двое рядовых из местной библиотеки были сплошь и рядом о войне. Несколько мальчишек заинтересовались «Уставом гарнизонной и караульной службы», но интерес быстро угас — книжка была практически без картинок, лишь в приложении мелькнуло «Положение оружия у часового на посту», но это не было похоже на секретные приемы самообороны войск ВДВ, которые щедро демонстрировались в популярных фильмах типа «В зоне особого внимания» и «Ответный ход». Окна в туалете заколотили гвоздями и теперь выходить в уборную можно было строго в сопровождении взрослых. Это касалось и мальчиков, и девочек.
Галина Самуиловна вошла в столовую, оглядела скучающих ребят. Наметанный взгляд сразу подсчитал присутствующих — во время ее отсутствия никто не сбежал. Кажется, и желания такого больше ни у кого не было.
Отдельно она отметила сидевших друг против друга физрука и военрука. И если пожилого военрука ей было искренне жаль, она отметила про себя, что мужчина очень устал и переживает происходящее как личную трагедию, то физрук сидел и разгадывал кроссворд, не обращая на детей ни малейшего внимания.
Два солдата в фартуках разносили компот с булочками, попутно спрашивая кому принести добавки. Однако, в основном все отказывались. Аппетит явно отсутствовал.
При ее появлении ребята слегка заволновались. Привлекая внимание, Галина Самуиловна подняла руку, стало совсем тихо.
— У меня хорошие новости, — сказала она. Школьники переглянулись, зашумели — сонливость сошла с них враз. — Нашлись Ира и Олег, скоро найдут и остальных, тех, кто без спроса вылез в окно в туалете. — Она бросила укоризненный взгляд в спину физрука, но тот и ухом не повел. — Поэтому ребята, прошу вас, сейчас уже темно, не нужно никуда выходить и пытаться самостоятельно что-то сделать. Вместо того, чтобы сконцентрировать силы в одном направлении, поисковый отряд теперь вынужден искать еще и вторую группу. Разве это дело? Вы ведь уже не маленькие дети… — она развела руками. — Я только что говорила с командующим, и он заверил меня, что в ближайшее время все ребята будут найдены.
— Куда же они пропали? — спросил кто-то тревожным голосом.
— На территории воинской части множество старых, оставшихся еще со времен войны блиндажей и укреплений. Военные разведчики однозначно утверждают, что они залезли в одно из таких мест, а выбраться, скорее всего, не смогли, — сказала она. Объяснение выглядело вполне правдоподобно. Ребята тут же принялись обсуждать эту версию. Кто-то вспомнил увиденные в лесу блиндажи и насыпи, кто-то медвежьи берлоги, а Вася Кочетков умудрился рассмотреть в глубине леса даже пусковые шахты ракет.
— Они могли туда упасть, — заявил он, подняв руки. — Нужно немедленно предупредить поисковый отряд. Я даже могу показать, где это было!
Галина подошла к нему, положила руку на плечо.
— Я обязательно передам твое сообщение, — сказала она твердо и только тогда он успокоился.
— И где же тогда Ира с Олегом? Если их нашли, почему они не здесь? — раздался голос Бори Филимонова, отличника из 6 «А».
Галина вспомнила застывшие лица ребят в мотоциклетной коляске и по ее спине пробежали мурашки.
— Они… потерялись в лесу, в итоге — сильно переохладились, сейчас военные медики их отогревают. Не волнуйтесь, скоро они будут здесь, — уверенно сказала она.
Военрук кивнул.
— Это правильно, — добавил он. — Переохлаждение — очень опасное состояние. Выбежали в лес в спортивных костюмах… в октябре… кто же так делает? — он сокрушенно покачал головой.
— Когда же мы поедем домой? Завтра ведь в школу! — Галина не увидела, кто задал вопрос, но по голосу это была Ася Мунтян, — высокая девочка из ее класса, умная и начитанная, хотя и вечная хорошистка.
Она ждала этот вопрос. В конце концов, кто-то должен был его задать.
— Ситуация такова, что… пока не найдут всех, мы обязаны находиться здесь, на территории воинской части, — негромким голосом сказала Галина.
Дети встрепенулись, зашумели сильнее.
— А домой позвонить?
— Но мы же не успеем подготовиться… Вы говорили, завтра будем писать сочинение…
— А если их не найдут…
Почти все наперебой начали задавать вопросы, на которые она не могла ответить.
— Ребята… прошу, успокойтесь. Это не моя прихоть… нам придется подчиниться командованию, здесь очень строгие правила. После ужина вас проводят в специально отведенное помещение, где можно будет отдохнуть и даже поспать. Сейчас там приготовят кровати, застелют свежее белье и сделают все, чтобы вы чувствовали себя уютно. Как дома. Ну а сочинение… перенесем на следующую неделю. На завтра ничего учить не нужно.
Эта новость немного подбодрила школьников. Но не всех.
— Короче, спать будем в казарме… только об этом я и мечтала… — сказала Анжела Козлова — довольно взбалмошная девочка, дочь директора завода. Модница и одновременно крайне недовольная всем и всегда персона. Казалось бы, говорила себе Галина — должно быть труднее со всякими хулиганами, да двоечниками, но на деле вся энергия уходит на таких как Анжела.
— Ну хоть домой позвонить можно? — вырвался еще один голос.
— Пока, к сожалению, никаких звонков.
— А почему? Родители волноваться будут…
Галина почувствовала, как кровь прихлынула к ее лицу. Что она могла ответить на это?
— Такие требования командования. Вы же знаете, что один из учеников похитил боеприпас. Идет расследование… в штаб приехали из милиции, группа кинологов, криминалистов. Поэтому приняты самые серьезные меры. Я хочу сказать… Зарница… игра окончилась. Возможно, не сегодня, а завтра, послезавтра, у следствия появятся вопросы к вам. Но сейчас главное — найти наших ребят. Этим заняты все взрослые. А теперь… — она сделала паузу, чтобы увидеть глаза каждого школьника, — … прошу вас, ужинайте, если хотите добавки, не стесняйтесь… Олег… и Александр… — она показала на солдат в белых передниках, вам сразу же придут на помощь.
— А можно мне еще картошки и одну котлету! — тут же послышались голоса.
— И мне, если можно подливки побольше…
Солдаты ходили между рядами столов, лица их были хмурыми. Никто не понимал, что происходит, но угроза, какое-то повисшее над частью туманное марево непонятного происхождения ощущалось всеми. Что-то случилось совсем рядом. Что-то очень нехорошее.
Галина прошла к учительскому столику, устало присела на скамью.
— Как они? — спросил тихо военрук.
Она покачала головой.
— Лучше не спрашивайте, Николай Николаевич.
— Так плохо?
Она кивнула.
— Дети… заторможены… не реагируют, — ответила она почти шепотом, чтобы никто ее не услышал. — Будто находятся где-то далеко. Честно говоря, мне страшно стало, когда я увидела их… что это такое? Это явно не переохлаждение, как мне сказали…
Он опустил голову.
— Когда я воевал, бывало такое, очень похожее на то, что вы рассказываете — особенно новобранцы были подвержены, хотя, когда шли ожесточенные бои и мы постоянно отступали… потери были особенно велики, тут уж и старики сдавались, психика не выдерживала. Тогда-то кстати, и был издан тот самый приказ № 320 про фронтовые сто граммов. Можете не верить, но… помогало. Но там все-таки были бойцы и война не на жизнь, а на смерть, там был ужас, страх, кровь… а тут… — обычная игра, школьная «Зарница»… что они могли там увидеть, чего могли испугаться? — он потер седые виски и Галина увидела, что руки его мелко дрожат.
— Да что они могли там увидеть⁈ — физрук Альберт Николаевич внезапно отвлекся от кроссворда и вклинился в разговор. — Испугались собственной тени. Тепличные дети пошли, не то что в наше время… Кстати… не знаете случайно, что такое настил из досок для сна в избе под потолком между печкой и противоположной ей стеной? — он постучал карандашом по свободным клеточкам. Шесть букв.
Галина покачала головой и отвернулась. Он был ей противен. Мерзок.
— Ну не знаете и не знаете, чего сразу психовать… — пробурчал физрук. — Николай Николаич, вы же в то время жили… как это называется?
Военрук пробуравил молодого учителя тяжелым взглядом:
— Полати. Это называется полати.