Короне вопреки. Путь к себе. Книга 1
![Короне вопреки. Путь к себе. Книга 1](/uploads/covers/2024-04-17/korone-vopreki-put-k-sebe-kniga-1-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Короне вопреки. Путь к себе. Книга 1" полностью
Глава 8. Свободный замок
— Мы готовы уйти, — вместо приветствия сказал Безликий.
Прошло уже восемь лет с момента нахождения спасительной технологии и подхода, подсказанного Луцом. За это время Безликие обзавелись немалым числом детей, явно бо́льшим, чем сами Безликие. Но Луциан понимал: он мог просто не видеть всей картины, всех проживающих в замке Безликих, а некоторые могли до сих пор жить лишь на другом уровне, куда планировали и забрать всех своих потомков. Абсолютно все дети были мальчиками. То ли Безликие специально себе делали замену точно такую же, как они сами, то ли у них просто не получилось создать себе женщин, Луц не стал ни вмешиваться, ни задавать уточняющих вопросов, даже просто не собирался лезть со своими вопросами.
Безликие ушли тихо. Ещё не так давно они размеренно вышагивали по коридорам, вводили своих наследников в свой мир знаний, а теперь пропали. Лишь поклонились магу, тихо и без слов, прежде чем исчезнуть, но Луца чуть слеза от этого не прошибла. Замок опустел, ну в какой-то степени, учитывая, что Безликие всегда были тихими обитателями, а набранный из деревень народ продолжал работать. Луц лишь уменьшил число работников: чтобы и замок можно было поддерживать в полном порядке, но и лишних глаз, как и ушей, тут не было.
За время подготовки Безликих кадров, маг побывал во множестве различных миров, даже выбрал себе парочку понравившихся как для развлечения, так и для заимствования необходимых в быту вещей. Всё-таки сложно отказывать себе в комфорте, если ты уже знаешь о чём-то, что тебе доступное и удивительно полезном, пусть это и находится в другом мире.
А ещё ему понравилось баловать Гарпию. В его родном мире не было таких удивительных тканей, какими он мог радовать девочку. Зато сейчас у неё были блузы и топики таких ярких расцветок, каких не было ни у кого. Пёстрые, переливающие, изображающие чешую или шерсть — всё это было необычно для родного мира Луца, но так пришлось по душе его воспитаннице. Лерой был более сдержан в своих желаниях и предпочтениях, сетуя на то, что эти ткани заставляю сильнее чесаться. Но маг и не настаивал на ношении неприятных вещей. Ещё Гарпии понравились тяжёлые ботинки, тоже недоступные в их мире, но нечто подобное было в её родном. Маг и тут шёл на поводу детских капризов, не видя в этом большой проблемы, снабдив девочку таким количеством тяжёлой обуви, что хватило бы на маленькую деревеньку. И маг даже радовался, что нашёл подход к ребёнку, так как проблемы взросления ему приходилось решать лично.
Как-то раз, когда Безликие ещё не покинули этот мир, его разыскал один из преподавателей Гарпии, когда ученица не пришла на занятия. Луциан сразу же подобрался искать её, всё-таки уроки по боёвке девочка ни разу не пропускала, даже в плохом самочувствии. И нашёл её в её же комнате, сильно зарёванную.
— Что случилось? — маг сразу же принялся сканировать тело плачущей на предмет травм и болезней. — Где-то болит?
— Не-е-е-ет! — заревела Гарпия, старательно отворачиваясь от опекуна.
— Тогда что такого случилось? Ну же, скажи дяде Луцу, что не так, я всё исправлю.
— Не исправишь! — проревела Гарпия. — Я… Я дурная-я-я-я-я!
— Чего? — не понял маг. — Ты не дурочка, ты очень даже умная девочка.
— Да не дура, а дурная, — всхлипывая поправила Гарпия. — Я — дурная! Меня забраковать надо!
— Да за что? — никак не мог понять маг.
— За гру-у-у-у-у-удь! — проревела Яверинка, поворачиваясь к магу.
Луциан опустил взгляд и попытался найти причину слёз. Гарпии уже исполнилось пятнадцать, и вполне естественно у неё как раз начала расти та самая грудь. И маг никак не мог понять, в чём проблема? Уже сейчас было понятно, что там вырастет что-то не маленькое и явно привлекательное. Он вспомнил девичьи разговоры, когда та или иная начинала убиваться, что у неё всё плоско и до сих пор ничего не растёт. А это было уже во время обучения Луца в Академии, то есть там девочки были постарше Гарпии.
— Ты растёшь, вот и она растёт, — кивнул маг, пока не понимая причин истерики.
— Вот именно, что растёт! — подтвердила Яверинка. — Вот как я сражаться с ней буду? Я её и так утягивала, и так, а она растёт! У нас всех с такой грудью дурными зовут, потому что кроме дурости ничего из них не выходит. Ни бегать, ни сражаться, ни стрелять нормально нельзя!
Девочка снова разревелась, рухнув на кровать. Маг так и остался сидеть, не зная, что делать дальше. Если общее представление, что делать с детьми, у него ещё было благодаря собственному детству, то как решать проблемы растущего девичьего организма он не знал.
— Не плачь, мы что-нибудь придумаем, — маг осторожно погладил девочку по голове. — Поверь, в этом мире никто дурной тебя звать не будет только за то, что природа тебя наградила такой внешностью.
— А что ты можешь сделать? — хлюпнув носом спросила Гарпия, а потом у неё загорелись глаза. — Ты мне её отрежешь? У нас это была дорогая операция, мало кто мог себе позволить. Они вообще были тайными, так как из высших дам никто не признавался в своей дурости, всегда говорили, что груди не было никогда. А сейчас отрежешь или потом? Грудь будет расти, если её сразу отрезать или уже нет? А может, прижечь, для надёжности?
— Нет! — рявкнул маг, уже боясь таких кровожадных планов, а после добавил уже спокойнее. — Поверь, нет никакой необходимости так кардинально решать твою проблему. У тебя сейчас не такая уж большая грудь, чтобы она мешала тебе заниматься всем тем, чем ты занимаешься. Зато могу тебе сказать, что потом, когда ты подрастёшь, твоя грудь станет центром множественных взглядов.
— Все будут смеяться? — грустно спросила Яверинка.
— Нет, там будут другие взгляды, и точно без смеха, — Луц подмигнул девочке. — Знаешь, когда ты подрастёшь и начнёшь обращать внимание на противоположный пол, сама увидишь, как мальчики ценят то, что у девочки тут… вырастает. А сколько слёз было пролито, когда наоборот ничего не вырастало.
— А чего в ней такого особенного? — удивилась Гарпия, заново разглядывая своё собственное тело, даже оттянула кофту, чтобы лучше рассмотреть всё.
— Давай ты подрастёшь, и тогда сам узнаешь, — Луциан быстро отвернулся.
Маг неожиданно понял, что его ребёнок не такой уж и ребёнок. Нет, для него это по-прежнему была маленькая Гарпия, обожающая играть с оружием и с такой же сильной нелюбовью относящаяся к урокам. Но ребёнок рос, и теперь надо будет выстраивать новые границы, чтобы и самому не смущаться, и её обучить особенностям взрослого поведения. Безликие не производили впечатление тех, кто сможет рассказать девушке о девичьем организме мягко и аккуратно. Это скорее будет небольшая лекция о женской физиологии, которая либо запутает, либо напугает, но точно не вдохновит ребёнка.
«Надо хоть с кухни какую-нибудь работницу попросить поговорить, — подумал маг, — пока она никаких дел не натворила».
Сам же для поднятия девичьего настроения отправился за очередной обновкой для девочки, хотя пора было начинать говорить о ней как о девушке.
Спокойная жизнь мага длилась около пары лет. Гарпия смирилась с тем, что тело меняется, но интенсивность своих занятий увеличила. С момента ухода Безликих Луциан нанял для неё в подолнение к боевым учителям ещё и обычных, какие были у него самого в Академии.
Лерой от дальнейшего обучения отказался, и маг не стал с ним спорить. Парень основательно прижился в замке и стал кем-то вроде управленца. Теперь Лерой полностью руководил работниками замка, отдавал указания что делать, что и в каких количествах закупать, кого нанять или уволить, тем самым освободив Луциана от этой рутины. И маг мог с радостью сказать, он не просто так забрал молодого парня, избавив от страшного будущего для любого мужчины в любом из миров.
Ахан за все эти годы вырос, заматерел и обзавёлся собственной стаей. Да, белых волков в ней не было, но лишь потому, что Ахан был просто альбиносом. Но Луцу несколько раз повезло видеть новую семью своего друга: сильные, крупные звери бежали рысцой по лесу след в след. Маг лишь радовался за друга, который нашёл и семью, и любовь. Он не думал, что сам когда-нибудь сможет полюбить после предательства, но его личный опыт не должен мешать окружающим строить свою личную жизнь. Даже если ты простой волк.
С уходом Безликих жизнь стала тише, ну до тех пор, пока Гарпии не исполнилось восемнадцать. То ли раньше её не интересовал этот вопрос, то ли она насмотрелась на других, всё-таки теперь в её окружении было много новых людей, её поведение менялось. И если вначале Яверинка держалась в стороне ото всех, не подпускала к себе ни девушек, ни парней, постепенно стала привыкать и уже спокойнее относиться к тому, что рядом такие же подростки, как она, но не устраивающие драк, разборок и соревнований на владение оружием. То у стеночки постоит, то на скамейке посидит, вдалеке, но так, чтобы слышать разговоры, а то и подойдёт чуть ближе, заинтересовавшись разговором. Никто не знал, откуда на самом деле была Гарпия, но знали, что жизнь у ребёнка была не сахар до попадания в замок. Потому взрослые учили детей быть терпимее к странному подростку, и те не убегали и не пугали девушку, наоборот, старались завлечь её в компанию. Только так маг смог объяснить то, что случилось одним вечером.
Как-то Луциан вернулся к себе в комнату, усталый и, мягко говоря, вымотанный, то застал нежданную гостью.
— Привет, — он максимально мило улыбнулся Гарпии. — У тебя какое-то дело ко мне? Опять на учителя жаловаться пришла? Я просто сегодня немного устал.
— Нет, не на учителя, — качнула головой девушка.
— А что тогда?
— Скажи, а я красивая? — задумчиво поинтересовалась Гарпия.
— Ты? Конечно красивая, — кивнул маг, не понимая, к чему это разговор.
— А я вся красивая? — решила уточнить Гарпия, оглядывая свою выдающуюся часть тела.
Луц сразу же отвернулся, когда понял, что разглядывает его воспитанница. Там на самом деле уже прилично выросло для девочки восемнадцати лет, но для мага она оставалась ребёнком. А уж тема сексуальности была вообще табу, так как он просто не знал, с какой стороны подойти. И так разговор о взрослении девочек он поручил одной из служанок замка, что внушала ему доверие. Всё-таки женские разговоры должны вестись между женщинами.
— Конечно же, вся, — поспешил обрадовать ребёнка Луц, хотя это был уже не ребёнок, пока маленькая женщина не накрутила себе чего-нибудь.
— А ты сделаешь меня женщиной?
Луциан чуть не подавился от такого вопроса. Он резко поднял голову и посмотрел на Гарпию. Девушка сидела на его кровати, просто сидела, одетая, и смотрела магу прямо в глаза.
— Э… Что?
— Я уже знаю: чтобы стать женщиной, нужен кто-то из мужчин, — ровно пояснила Гарпия. — Ну ты же мужчина? Вроде да. Вот я и спрашиваю: ты сделаешь из меня женщину? Я даже дома слышала что-то об этом, но это считалось больши́м секретом.
— Нет, — маг покачал головой и даже сделал шаг назад.
— Но почему? — удивилась девушка.
— Понимаешь, ты для меня как… В общем, я считаю, что ты на моей ответственности тут, — принялся объяснять маг. — Я за тебя отвечаю, значит, являюсь кем-то вроде опекуна.