Происхождение имён рек и озер
![Происхождение имён рек и озер](/uploads/covers/2024-04-06/proisxozhdenie-imyon-rek-i-ozer-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Руфь Агеева
- Жанр: Научная литература / Языкознание / История: прочее
- Дата выхода: 1985
Читать книгу "Происхождение имён рек и озер" полностью
Не все то золото… (О названии реки Алдан)
Разными путями может идти исследователь, занимающийся выяснением происхождения названий рек и озер. Чем крупнее водный объект, чем больше веков насчитывает история его имени, тем труднее бывает установить достоверную этимологию названия. Покажем на одном примере, каковы маршруты топонимического исследования, к каким неожиданным результатам можно иногда прийти в ходе научного анализа.
О том, как тесно названия водных объектов бывают связаны с наличием месторождений полезных ископаемых, в предыдущих разделах говорилось немало, но речь шла о бесспорных, этимологически ясных названиях.
Таким же ясным, не вызывающим у многих топонимистов сомнения казалось и имя могучей сибирской реки Алдан, крупнейшего притока Лены. В научной литературе укоренилось мнение, что это гидроним тюрко-монгольского происхождения, связанный со словом алтан, алтын — «золото». Высказывалась также гипотеза о связи названий Алдан и Алтай (последнее также объяснялось как «Золотые горы»).
Приведем некоторые из объяснений гидронима Алдан. Специалист по бурятской топонимике М. Н. Мельхеев [1961] считает, что Алдан — русская искаженная форма от тюрко-монгольского алтан, т. е. в переводе «Золотая, золотоносная река». По мнению М. Н. Мельхеева [1969], названия типа Алтачи, Алтачей, Усть-Алтан, а также Алдан указывают на очаги древней металлургии. К этому мнению присоединяется и горьковский топонимист Л. Л. Трубе, который пишет: «Интересно отметить, что по одному из этих названий — Алдан — золото было вторично открыто старателями в 20-х годах нашего века, основавшими здесь поселок Незаметный, который затем превратился в город Алдан — центр золотопромышленного района Якутии»[17]. К сожалению, автор не приводит источника сведений о том, что именно значение гидронима Алдан было учтено открывателями золота в этом районе в 20-х годах нашего столетия.
Значение «золото» приписывается Алдану и в том случае, если исследователи производят это название из эвенкийского языка [Василевич, 1971; Мельхеев, 1969]. Есть и другие мнения по этому поводу: «Алдан, как топоним# скорее произошел от эвенкийского слова алдун. По словарю Г. М. Василевич оно означает «каменистое место». Река Алдан и ее притоки действительно каменисты и имеют золото. Фонетическая трансформация эвенкийского алдун в якутский Алдан ~ Аллан вполне закономерна»[18].
Для всех вышеприведенных рассуждений характерно следующее. Во-первых, многие исследователи волей-неволей оказываются в плену у того непреложного факта, что золото на Алдане действительно есть. Но ведь золото есть и на многих других реках, а далеко не каждая из них называется Золотой. И кроме того, когда именно и кем на Алдане было впервые открыто золото?
Во-вторых, хотя ученых и смущает неполное совпадение формы Алдан и слова алтан, данный факт объясняется искажением звучания гидронима в русском языке. Но почему, собственно говоря, искажение? И если искажение, то закономерно оно или нет, где и когда оно была впервые зафиксировано? Каковы формы слов со значением «золото» в алтайских языках? Короче говоря, в литературе практически отсутствует какая-либо лингвистическая аргументация по поводу Алдана.
И наконец, в-третьих, — что самое важное — никто^ судя по опубликованным работам, не занимался всерьез связями названия Алдан с другими гидронимами Сибири, не ставил вопроса, какие вообще народы (или племена) и в какую историческую эпоху могли оставить указанное название. А в зависимости от этого можно было бы и формулировать проблемы, выдвигать соответствующие гипотезы. Ведь примеров случайного совпадения звучания форм собственных имен со словами в разных языках можно привести много. Равным образом велико число ложных этимологий собственных имен. Чем больше и значительнее водный объект (большая река, озеро, море), тем древнее история его названия, тем более велика вероятность смены названий с изменением этнического состава населения, возможность какого-то древнего языкового субстрата и т. д.
Все эти соображения заставили автора настоящей книги привлечь большой материал, касающийся целого комплекса проблем. Не все из них могут быть достаточно полно раскрыты в рамках настоящей работы, и не об одном Алдане в ней речь, хотя ему, пожалуй, здесь уделено немного больше внимания, чем названиям других водных объектов. На конкретном примере лучше видно, с какой степенью детальности исследования сталкивается каждый топонимист, занимающийся изучением названия какой-либо крупной реки или озера. Образцом такого комплексного и многогранного изучения отдельного гидронима может служить книга С. А. Гурулева «Что в имени твоем, Байкал?» (Новосибирск: Наука, 1982).
Для начала попробуем выяснить, когда золото впервые стало известно народам Восточной Сибири и были ли его месторождения в долине Алдана. Приведем некоторые исторические сведения.
Населению Восточной Сибири металлы стали известны давно — с эпохи неолита. Изделия из металла стали проникать в бассейн Лены, в Якутию к племенам с культурой, близкой к прибайкальской, во II тыс. до н. э. Эти изделия поступали от южных соседей, знакомых с бронзовой металлургией [История Сибири…, 1968, т. 1]. Археологи считают, что первыми рудознатцами были кочевые племена скотоводов, а также земледельцы; гораздо реже использовали металл охотники и рыболовы [Черных, 1972]. Обработка металла, в том числе золота и меди, отмечается в основном в Западной и Южной Сибири в период бронзового века у племен афанасьевской, окуневской, андроповской, карасукской, тагарской культур. К охотникам и рыболовам восточносибирской тайги с XVIII в. до н. э. медь и бронза проникали в основном из Прибайкалья (глазковская культура). Якутия была также связана с Забайкальем, Центральной Азией и Минусинским краем.
Позже, в железном веке, в исторически зафиксированное время, изделия из золота, меди, железа поступали в Якутию из крупных центров металлургии Сибири — от тюркских племен: уйгуров, енисейских кыргызов (VI–X вв.), из Тувы (XIII–XVI вв.). Известно, что и предки бурят умели добывать и обрабатывать металл. Они вели широкий обмен товарами с другими народами, в основном с эвенками и тувинцами. Другой путь проникновения металлов на север шел из Приамурья. Еще в XVII в., например, охотские тунгусы получали серебро с юга [Огородников, 1922].
Но и в самой Якутии люди уже в эпоху бронзы умели плавить металл и изготовлять из него изделия. Так, была обнаружена литейная мастерская раннего бронзового века в местности Сиктээх, в низовьях Лены, около побережья Северного Ледовитого океана [История Сибири…, 1968, т. 1]. Академик А. П. Окладников [История Якутии, 1949] называл много древних месторождений самородной меди на Средней Лене, в долине реки Амги, рудоносный район всего правого берега Алдана в его нижнем течении, обширную область к северу от Алдана до верховьев Яны. И железо было известно населению Якутии задолго до появления там тюрков.
Тунгусские племена, расселившиеся по территории Якутии еще в глубокой древности, уже были знакомы с металлами, в том числе с золотом. Название золота у тунгусов общее с монголами и тюрками, а названия меди и железа — свои.
Археологи не указывают конкретных месторождений золота в районе Алдана, известных древнему аборигенному (тунгусскому и дотунгусскому) населению. Можно, конечно, предположить, что там, где было местное производство меди и железа, ковали и золото. Во всяком случае, самородки золота могли находить в россыпях в долинах рек и ручьев кочующие тунгусы, а также охотники и рыболовы — предки юкагиров и близких к ним племен.
Якуты — относительно поздние пришельцы в ту страну, которой они дали свое имя. Якуты ведут свое происхождение от племени курыкан, вышедших из более южных районов Прибайкалья. Якутский язык — единственный из тюркских языков, в котором слово алтан означает не золото, а медь, хотя в древности, как полагал А. П. Окладников [История Якутии, 1949], южные предки якутов были бесспорно знакомы с золотом. В старых народных песнях и преданиях слово алтан еще может употребляться в прямом и переносном значении — «золотой».
Что же произошло с якутским языком, в котором за словом алтан прочно закрепилось значение «медь»? Не забыли ли якуты о золоте, переселившись с юга в Лено-Алданское междуречье? Значит ли это, что в новых местах обитания якутов была медь, а золото не было известно или не была развита его обработка?
Такую точку зрения как будто бы косвенно подтверждают сведения известного русского этнографа конца XIX в. В. Л. Серошевского, создавшего капитальный труд по истории и этнографии якутов. Перечисляя металлы, известные якутам, ученый располагает их в порядке убывания степени известности: железо, медь, бронза, серебро, олово, свинец, золото. Как видим, золото занимает последнее место. В. Л. Серошевский замечает, что якуты — прекрасные медники и серебряники: хотя они плавят и льют также и золото, но любимый их металл для украшений — серебро, золота они не любят. ««Что в нем красивого, — та же медь!..» — говорили мне колымские якуты, когда я им показывал никогда ими не виданные золотые кольца и цепочки…»[19]. В то же время, желая выразить высшую степень красоты, якуты говорят: «как серебро». Золото же они называют «красным серебром». И В. Л. Серошевский делает решительный вывод: до прихода русских якуты определенно знали только железо, медь и серебро.
Возможно, именно по этой причине словом алтан в якутском языке стали называть медь. Якуты были оседлым народом на Лене и Алдане, занимались скотоводством. Иное дело охотники-тунгусы. Именно они, кочуя по долинам рек и ручьев, знали о золотоносных районах. В XVII в. русские получали сведения о золоте от тунгусов. Ленский золотоносный район был открыт в 40-х годах XIX в. Первые сообщения о золоте получил купец Трапезников от тунгусов-охотников, которые указали ему на присутствие россыпного золота в бассейне реки Жуй (Левченко, Мозесон, 1978]. А русская золотопромышленность развивалась медленно. Открытие золота в Восточной Сибири относится к середине XIX в. Что же касается Алданского золотоносного района, то лишь сравнительно недавно, в 1923 г., его открыл золотоискатель В. П. Бертин, после чего там развернула широкие работы экспедиция Ю. А. Билибина.
Такова вкратце предыстория алданского золота. Из сказанного следует, что народы Восточной Сибири, по крайней мере предки тунгусов, монголов, якутов (часть бурятских родов тоже переселилась на Среднюю Лену и приняла участие в этногенезе якутского народа), были хорошо знакомы с этим благородным металлом, а возможно, и знали о некоторых месторождениях россыпного или жильного золота в районе Алдана. Так что теоретически — и пока только теоретически — любой из этих народов мог назвать Алдан Золотой рекой, хотя остается неизвестным следующее: где именно находили золото на Алдане и в каком месте своего течения эта река получила такое название. Ведь это имя могло возникнуть в верховьях, в устье, — в среднем течении, распространившись затем на всю реку. А может быть, на разных участках своего течения Алдан имел разные названия, из которых до нас дошло только одно? Увы, бесписьменная история ненадежна, ее летопись молчит о многом. Что же в таком случае говорят данные лингвистики?