Грёнланд
![Грёнланд](/uploads/covers/2023-07-28/gryonland-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Калмыков
- Жанр: Самиздат, сетевая литература
Читать книгу "Грёнланд" полностью
<p>
Грёнланд</p>
<p>
Девять веков тому назад</p>
Эйрик Рауди не врал, Грёнлад действительно оказался зеленой землей. Естественно, под Грёнладом он не подразумевал весь огромный остров, по размеру лишь чуть-чуть не дотягивающий до континента, и большей частью покрытый льдом. Зеленая Земля - это несколько больших фьордов, в глубине которых, вдали от холодного Лабрадорского течения, растут трава и карликовые леса. Она находится намного южнее Исландии, располагаясь на широте норвежского Согне-фьорда, и исландцы охотно поверили, что климат здесь пригоден для сельского хозяйства. И действительно, сейчас, во время средневекового климатического оптимума, лето достаточно длинное и теплое, чтобы заготавливать впрок достаточно сена. Скандинавские поселенцы на острове живут тут не то чтобы припеваючи, но и не впроголодь, в чем скоро мы и сможем убедиться.
Переход в прошлое прошел на редкость удачно. Кораблик лишь ухнул вниз на полметра, и тут же выскочил обратно, при этом лишь чуток черпнув бортом волну. Мы все облегченно вздохнули. Вот на суше отправлять экспедицию в прошлое очень просто: Возводится деревянный помост, на него становятся исследователи со своим скарбом, а то и с лошадью. Все грудятся в кучу, а после броска в прошлое падают на землю с небольшой высоты. Всё незамысловато и вполне безопасно.
На море же гораздо сложнее. Тут путешественники сидят в длинном кораблике, и как не вытягивай эллипсоид силового поля, вместе с судном придется переместить энное количество воды. И ладно несколько лишних тонн нагрузки, но ведь еще нужно избежать совмещения нашей воды с древней. В противном случае создавшееся давление взметнет вверх водяной столб как от взрыва морской мины. Перемещать суденышко над водой и ронять хрупкое деревянное плавсредство с высоты тоже не выход.
В общем, инженеры нашли выход, одновременно отправляя сферический сегмент древнего моря еще дальше в прошлое, а уже на освободившееся место перебрасывая наш кораблик. Но все равно перемещение по морской кротовине остается делом довольно опасным. Однако, выбора у нас нет.
Лет двадцать назад, когда физики, изучившие найденную машину времени, разработали теорию кротовых нор, или червоточин, весь ученый мир пришел в восторг. Ну, не весь конечно, а лишь имевший доступ к тайне. Так вот, предполагалось, что на Земле имеется множество таких мест, в которых для путешествия в прошлое энергии требовалось на несколько порядков меньше, чем обычно. То есть стандартной двухсотмегаватной батареи было вполне достаточно, чтобы отправить небольшую экспедицию на две-три тысячи лет назад. В обратном же направлении, "по течению времени", и вовсе хватало небольшого аккумулятора. Главное, держаться поближе к центру червоточины, иначе расход энергии значительно возрастает.
За несколько лет всю планету тщательно обследовали, и, в полном соответствии с теорией, обнаружили несколько дюжин кротовых нор. На этом эйфория историков и закончилась. Ведь если мы раскрутим глобус и начнем наугад тыкать в него пальцем, то куда попадем? Правильно, три раза из четырех в океан. А остальные точки придутся на Антарктиду, пустыни, горы, арктическую тундру, бескрайнюю тайгу, тропические леса или безбрежную Великую евразийскую степь.
Из всех этих мест добраться до цивилизации непросто, а уж вернуться и точно найти временной туннель практически невозможно, тем более, в открытом море. Жители двадцать первого века потеряли уважение к океанам, которые можно за считанные часы пересечь на реактивном лайнере. Но в прошлое отправлять любые анахронизмы, за исключением Хрономаяка, категорически запрещено. Можно лишь выбрать любое судно эпохи - базальтовый плот, долбленку, папирусную ладью, да хоть каноэ с балансиром. А для более поздних периодов даже наборное судно. Но эти суденышки не могли гарантировать возвращение в заданный район, да и средства навигации в те эпохи практически отсутствовали. Люди тогда плавали вдоль берега, ориентируясь по наземным приметам.
Так и оказалось, что исследовать прошлое с помощью кротовин почти невозможно. Лишь России повезло. У неё имелись и три червоточины, и почти безграничные запасы электроэнергии, что позволяло отправлять исследователей в прошлое за сотни километров от выхода туннеля. Тем более, что на суше не нужно тащить с собой корабль с многотонной массой воды. Так что почти все древние города русских были им доступны - и Новгород, и Киев, и Смоленск находились в зоне досягаемости. Российские коллеги этим пользовались, и организовали целую Службу по спасению древних артефактов, в первую очередь летописей.
А вот ближайшая к Западной Европе кротовина выходила у южной оконечности Гренландии, и вела на восемь-десять веков назад. Добраться от острова до континентальной Европы на реплике средневекового судна и вернуться обратно теоретически можно, но вероятность благоприятного исхода достаточно мала. Эксперименты показали, что благополучно преодолеть тысячи километров бурного моря на деревянной скорлупке без спутниковой навигации и даже без компаса весьма непросто. А ведь еще нужно вернуться назад в точку переноса.
К слову, когда Эйрик вел корабли в свое новое поселение, то до цели дошла лишь половина его эскадры. И это от куда более близкой Исландии! Так что вояж в Берген или Глазго, где как раз девять веков назад открывался новый кафедральный собор, сочли мероприятием невозможным. Конечно, некоторые отважные историки изъявляли готовность остаться в прошлом навсегда, а материалы исследований спрятать в условленном месте. Но международный центр хроноисследований был категоричен: Никаких долговременных экспедиций, а тем более поселенцев, несущих риск изменения прошлого. Может быть, квантовой физике и волновой хронометрии они аборигенов не обучат, но и самых крошечных изменений хватит, чтобы исковеркать ход времени.
Кстати, в той найденной машине времени были оставлены дневники хронопутешественника, из которых следовало, что он кардинально поменял историю. В его мире тон задавала Индия, о Древнем Риме слышали не больше, чем сейчас о Кушане, а про эллинов вообще мало кто знал. А ведь этот исследователь, натурализованный в нашей античности под именем Гнипхон, был не полководцем или вождем, а всего лишь скромным учителем риторики.
Правда, физики клялись, что если хрононавт вошел в кротовину из нашей реальности, то значит, она существует и будет существовать всегда. Ведь мировая линия объекта не может прерываться, и пространство-время не может исчезнуть. А все изменения просто образуют новую реальность. Но, с другой стороны, для создания второй вселенной потребовалось бы бесконечное количество энергии. Решить данный парадокс мог бы эксперимент, но проводить его, естественно, никто не собирался.
Так вот, пока русские, китайцы и перуанцы спокойно исследовали свое прошлое, историкам Западной Европы приходилось скучать. Изучать скандинавские поселения в самой Гренландии, представлявшие собой просто кучку полуземлянок, организаторы проекта поначалу не хотели. Но группа влиятельных лиц, имевших, как и я, скандинавские корни, все же настояла на экспедиции.
Меня рекомендовали зачислить в команду хрононавтов как специалиста по эпохе викингов, и мою скромную персону такое предложение несколько покоробило. Ну да, монографии по походам норманнов сделали имя Олава Андерсона известным в научных кругах. Но ведь эпоха-то совсем не та! Это лишь борзописцы - журналисты и популярные писатели пишут про поселения "викингов" в Гренландии. Но это все равно, что называть всех янки английскими пиратами, а в командировку на Дикий Запад рекомендовать специалиста по буканьерам.
Среди первых поселенцев в Гренландии, возможно, и были люди, участвовавшие когда-то в пиратских набегах. Но и они прибыли на остров с целью основать фермы, а не ограбить кого-нибудь! А уж их потомки и вовсе никогда не бывали в викинге, занимаясь исключительно мирным трудом, заготавливая сено для коров и охотясь на тюленей. Лишь изредка кто-нибудь из поселенцев мог, отправившись в Маркланд за лесом, разорить индейскую хижину. Но называть из-за этого всех гренландцев морскими разбойниками, это нонсенс. Мы же не называем современный Нью-Йорк поселением каперов, хотя основавшие его голландцы и англичане пиратствовать и любили, и умели.
Впрочем, в древнескандинавских диалектах я действительно разбирался, как и в нюансах раннесредневековой жизни, так что идея путешествия в смежную эпоху мне импонировала. Можно будет посмотреть на быт скандинавов и послушать истории об их предках-викингах. Конечно, все записанные исландские саги я читал. На языке оригинала, естественно. Но там больше рассказывалось о самих исландцах, да и период описывался более поздний, чем походы норманнов.
В общем, на хронопутешествие я согласился без раздумий. А уж когда поговорил с кураторами экспедиции, то постарался ускорить отправление, насколько возможно. Считанные месяцы, посвященные хождению на лодке под парусом, запоминанию береговых примет и зубрежке хронологии двенадцатого века, пролетели как одно мгновение, и вот мы здесь.
Я покрутил головой, высматривая отличия от нашего времени. Место то же самое, но стало чуть холоднее, а солнце успело подняться над горизонтом. Корабль сопровождения, разумеется, исчез. И если бы у нас имелась рация, то по всем каналам мы услышали бы только помехи.
Подняв к глазам простейшее навигационное приспособление - дощечку со вбитыми в нее гвоздиками, я направил ее к вершинам дальних скал, служившим ориентирами. Как и следовало ожидать, все точно совпало. Скалы оказались на месте. Этот навигационный прибор очень пригодится нам при возвращении, чтобы найти червоточину в море, на расстоянии нескольких километров от берега.
Мои спутники - Алекс Морозов и Альберто Моретти тем временем подняли мачту и заклинили ее в гнезде. Наше суденышко представляло собой просто большую парусно-гребную килевую лодку, длинной меньше восьми метров. На ней можно пройти по спокойному морю вдоль берега и зайти в фьорд, а большего нам и не требовалось. Насколько аутентична сделана лодка, сказать не могу. В "мое" время, т.е. в девятом веке, суда строили иначе, и за три столетия многое изменилось. Впрочем, мы по легенде являемся иностранцами, так что и так сойдет. А как лодку правильно классифицировать, я даже не задумывался. Морозов вообще называл ее поморским карбасом.
Алекс и Альберто такие же ученые-историки, как и я, только специализируются по Византии. Выбор специализации на первый взгляд странный. Однако, сойти за своих среди скандинавов двенадцатого века мы все рано не сможем. Ведь мир, как говорится, маленький. Назовись мы купцами из Швеции или Дании, и настоящие купцы, торгующие в Гренландии, нас тут же раскусят. Поэтому мы представимся гостями из Миклгарда.
Нас троих выбрали за знание морского дела и умение говорить по-гречески. Основы исторического фехтования также были всем знакомы, хотя драться с кем-либо в прошлом категорически не советовалось. Для поддержания легенды мы везли ряд товаров, востребованных в Гренландии. В основном, это железные изделия - топоры, косы, ножи, рубанки, стамески и прочая мелочь. Имелось также немного солода, меда, соли и дегтя. Собственно, задача собрать весь скарб и стала главной трудностью при подготовке экспедиции. Ведь все железные изделия должны быть строго аутентичными. Никакой легированной стали, никакого хромирования, и вообще никаких анахронизмов попадаться не должно. Правда, допускалось использование быстроразлагающейся пластмассы и пенопласта. Из них сделаны, к примеру, наши яхтсменские шлемы. А самую сложную задачу - собрать аптечку, со всеми ее скальпелями, шприцами и щипчиками, инженеры решили еще несколько лет назад.