Месть Богов
![Месть Богов](/uploads/covers/2024-04-24/mest-bogov-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Шаповалов
- Жанр: Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Месть Богов" полностью
7
Танри медленно и тяжело приходил в себя. Сознание с огромным трудом возвращалось небольшими проблесками. Сначала он долго вспоминал: кто он есть такой, откуда родом. Потом цепь воспоминаний постепенно выстраивалась в правильном порядке. Перед глазами проплывали знакомые образы, какие-то события: радостные и горестные. И вдруг, словно тяжелый камень навалился на грудь, отчетливо увидел последний день: неравный бой, всюду кровь, гибель отряда, сопровождающего Зананзу. Танри сперва подумал, что он где-то у Богов. Его тело мертво, а душа готовится к судилищу. Слух постепенно возвращался. Он уловил ухом какие-то звуки. Напрягая всю волю, Танри заставил себя вслушаться, и различил заунывное пение на чужом языке. Он понял, что еще жив. У Богов не поют таких грустных песен. На небе пиры и веселья. Напрягая мышцы лица, он разомкнул тяжелые веки. Танри увидел потолок убогой хижины. Это даже не потолок, а крыша из почерневшего от времени сухого камыша. Неровные стены из глины вперемежку с соломой были в пятнах от копоти. В проеме вместо двери трепыхался на ветру кусок холста. Сквозь дыры в крыше проникали солнечные лучи. Множество мух роилось в воздухе, нудно жужжа. Стоял неприятный запах прокисшей пищи и истлевшего тряпья. В углу Танри различил сгорбленную фигуру старика. Это он напевал заунывную мелодию, шевеля седой длинной бородой. При этом старик что-то мастерил из деревяшки с помощью длинного ножа с обломанным концом.
Танри попробовал повернуть голову, но тут же все тело пронизала острая боль. Из горла вырвался хриплый, еле слышный стон. В глазах зарябило. Старик поднялся и подошел к больному. Что-то довольно пробормотал, затем приложил к сухим губам Танри глиняную чашку. Танри с огромным трудом сделал несколько глотков теплого молока, после забылся крепким сном.
Очнувшись в следующий раз, он уже лучше чувствовал свое тело. Пробуждение проходило не столь болезненно и долго. Он лежал, бессмысленно разглядывая камышовую кровлю, и приводил в порядок воспоминания.
Неужели погибли все? Танри помнил, как сражался, как все перевернулось и покрылось мраком. Но когда сознание угасало, он еще слышал. Да, слышал, хотя не совсем отчетливо грубый смех, чужую речь. Затем над ним раздался знакомый голос. Чей же это? Немного писклявый и резкий.
– Убили всех? – спросил голос на языке Та-Кемет, но с акцентом.
– Как ты приказал, господин, – ответил другой, уже на чистом. – Разреши нам снять с мертвых украшение и забрать оружие.
– Берите, – позволил знакомый голос. – Но сперва проверьте, жив этот жрец. Он занимал высокую должность в Хатти. Был Старшим кантикини.
Тогда Танри осознал, что речь зашла о нем.
– Мертв, – безнадежно ответил второй голос. – Его хорошенько огрели. Вся голова в крови.
– Жаль, – с досадой и злостью произнес первый голос. – Я бы над ним поиздевался. Я бы ему припомнил былое!
После все стихло.
Но кому же принадлежит этот голос? Немного писклявый, неприятный. Танри в уме стал перебирать всех, кого знал. Да это же… Танри чуть не задохнулся от ненависти. Иссихасса! Неужели эта гадина еще ползает по свету. Значит, он устроил засаду. А вдруг ошибся. Может быть не Иссихасса. Может быть, голоса слышал в бреду. Помучившись еще немного, Танри опять уснул.
От маленькой худенькой девочки, которая ухаживала за ним, он узнал, что находится в хижине проводника караванов, того старика, что вел их к Мертвому морю. Во время нападения проводник укрылся за камни, и бандиты его не нашли. Через некоторое время он вернулся на место битвы и обнаружил, что Танри лежит с разбитой головой, но еще дышит. Аморей принес его в свой дом, а местный знахарь и жрец взялся вылечить чужеземца.
Старик отсутствовал довольно долго. Он ходил с очередным караваном через пустыню. Танри полностью был поручен заботам маленькой девочки. Босоногая, вечно чумазая, в грубой шерстяной хубике и серой головной накидке, она умело, не по-детски управлялась с хозяйством. Кормила с ложки Танри, поила его снадобьями, перевязывала раны, вдобавок, присматривала за двумя младшими братьями. Иногда заходил знахарь – мрачный старец с вытянутым лицом и жидкой седой бородкой, служитель местных богов. Он проверял здоровье раненого, приносил какие-то корни и давал наставление девочке.
Благодаря заботам Элейе – так звали маленькую хозяйку – и крепости своего организма, Танри быстро поправлялся. Вскоре он мог садиться и, даже, пробовал ходить. Но чем больше он поправлялся, тем мрачнее мысли его одолевали. Как дальше жить? Зачем Боги оставили ему жизнь? Он навлек позор на себя и на весь свой род тем, что не уберег от гибели Зананзу. Теперь он сможет вернуться в Хатти, если только принесет с собой голову и правую руку убийцы.
Однажды вечером послышался лай собак и неясный шум. Элейя радостно закричала и выбежала из хижины. Возвращались пастухи. Они гнали к родному селенью откормленные стада овец и коз. Вскоре маленькая хозяйка вернулась в сопровождении старика. Танри узнал проводника. Это был высокий сутулый старец с вытянутым смуглым лицом. Седая борода отросла до пояса. Он носил просторную домотканую одежду до самой земли, куртку из овчины без рукавов и маленькую круглую шапочку.
– Мир тебе, добрый человек, – приветствовал его Танри.
– Хранят тебя Боги, – ответил старец. – Я вижу, что ты уже поправился.
– Спасибо, что приютил меня. Если б не твоя доброта, то кости мои давно обглодали шакалы. – Танри нахмурился. – Но скажи мне, пастух, как все произошло?
Старик потер узловатой рукой морщинистый лоб, присел на пол возле очага и принялся рассказывать, пока маленькая проворная хозяйка готовила похлебку в старом медном котелке. Пастух поведал, что нападавшие его не заметили. Он упал за камни, а в разгаре сражения, уполз подальше. Может быть, его искали, но не нашли. Он хотел бежать, но вдруг обнаружил, что обронил где-то узелок с лепешками. Тогда проводник дождался, когда победители ушли, унося с собой тело Зананзы. Старик вылез из укрытия и поспешил к месту сражения. Перед его глазами предстало страшное побоище. Он нашел свой узелок. Старик обошел всех убитых. Решил осмотреть, вдруг у кого-нибудь завалялся сикель серебра, ведь мертвым серебро ни к чему, а ему не заплатили еще. Проводник наткнулся на тело Танри. Голова разбита, кровь обагрила песок. Пастух нагнулся к нему и попытался снять большой золотой перстень, но уловил еле слышное дыхание. Кантикини оказался еще живой. Проводник уложил раненого на плащ и потащил в поселок. Вскоре ему попались земляки и помогли донести тело. Закончив рассказ, старик вернул Танри золотой перстень с печатью Старшего кантикини. Танри поблагодарил его, но после спросил:
– Скажи, а не видел ты тело Улии среди убитых, того всадника, что ехал все время рядом с колесницей?
– Не помню, – после некоторого раздумья ответил проводник. Разве там можно было что разобрать. Может быть, его изуродовали. Не припомню я. Их всех потом люди Рибадди, правителя Библа, подобрали и сожгли. А кости закопали.
– А ты, случайно, не разглядел главаря этих разбойников?
– Видел. Он все время стоял на возвышенности и командовал. Сам в драку не лез. Но главарь не из местных и не из воинов Та-Кемет. У него кожа светлая, нос большой и борода завита, как у аккадцев. Сам он весь круглый, толстый, глазки маленькие и голос писклявый. Он еще, как-то смешно, все время подбородок вверх поднимал.
– Иссихасса! – с ненавистью прошипел Танри.
Значит, не ошибся. Эта жадная тварь скатилась до того, что стал наемным убийцей. Надо во что бы то ни стало наказать гадину. Привести его голову в Хаттусу. Но как? Наверняка, его тайно содержат в Та-Кемет, как кобру в вазе с фруктами. Конечно же, он служит жрецам, которым очень невыгоден был брак Зананзы с Анхесенамут.
Танри день ото дня набирал силы. Он уже мог подолгу ходить. Однажды, когда Танри помогал старику управляться с овцами, к нему подошли все мужчины поселка. Они были встревожены.
– С чем пришли, добрые люди, – спросил Танри. По их мрачным лицам он понял, что беда ходит рядом.
– Мы принесли плохие вести, – ответил старший. – Мы обречены. Нас всех убьют или продадут в рабство. Ты один можешь нас спасти.
– Поведайте свое горе. Мой долг – помочь вам, хотя, не представляю, как.
– Та-Кемет свалила вину за убийство Зананзы на наш бедный народ. Телепину, правитель Алепо, хочет в скором времени обрушить копья на наши головы. Ты приближенный лабарны, ты один сможешь отвести от нас беду. Нашим мольбам хетты не поверят, но ты – другое дело. Пойди в Алепо и расскажи все, как было.
Танри беспомощно опустил глаза.
– Я не могу туда идти, – с трудом разжав губы, вымолвил он. – Мне доверили охранять жизнь и здоровье сына лабарны, а если ему грозит опасность, то я должен был умереть первым. Теперь же, когда я жив, а Зананза на небе – мне нет прощения. Я проклят. Весь род должен отречься от меня, иначе проклятье падет и на них. В Хатти меня ждет бесславная смерть. Мне никто не поверит. Если же Телепину узнает, что вы скрывали меня, еще больше будет стремиться наказать вас.
– Что же нам делать? – совсем отчаялись пастухи.
– Не знаю, – огорчил их Танри. – Я бы рад вам помочь, но не в моих это силах.
Мужчины ушли, опустив головы. Старик долго вздыхал, затем уселся на камень и грустно произнес:
– Плохи наши дела. Если Рибадди пронюхает, что ты здесь скрываешься, то перережет все селение. Телепину по сравнению с ним – добрый дух.
– Рибадди – наместник Библа? – удивился Танри. – Мы проезжали через Библ. Гостили во дворце правителя. Мне он показался милым человек.
– Да, он самый, – подтвердил пастух, – властитель Библа, подданный Та-Кемет. Он из кожи вон лезет, лишь бы угодить чиновникам из Уаста. С кем-то он милый, а с нами жесток. Он знал, что на посольство нападут.
– Неужели Рибадди столь безжалостен, что может убить всех жителей?
– А что ему? Если прикажут – вырежет всех. Ты думаешь, почему мы так бедно живем. Да и не только мы, все племена вокруг, хотя стада у нас большие. Номархи Та-Кемет, и особенно Рибадди, заставляют платить огромную пошлину. Сегодня отдай ему овцу, завтра десять, через год сотню. Не смог вырастить стадо – отдай детей. Задолжал много или утаил – отправляйся в рабство. Ты думаешь, вот эта девчонка, что за тобой смотрела, и два ее брата мне родные? Совсем нет. Их родителей угнали на рытье каналов под Уаст. Там они и сгинули. Пришлось приютить малышей. Многие так делают.
– Из добродетели?
Старик горько усмехнулся.
– Нет. Когда-нибудь и они задолжают номарху. Тогда можно будет отдать чужих детей в рабство, а своих сохранить.
– Жестокий здесь мир.
– Жестокий, – согласился старик. – Но люди не виноваты в том. Моих сыновей поубивали, внуков забрали в войско, а я еще должен кормить этих извергов.
– Но что ты мне посоветуешь сделать, чтобы отвести беду от твоего народа? Я не могу злоупотреблять вашим гостеприимством.
– Тебе придется уйти из селения. Ты проклят, так унеси с собой проклятье и не распространяй его на других.
– Я понял тебя, старец. Я так и поступлю. Мне самому раньше надо было додуматься до этого.