Артист
![Артист](/uploads/covers/2024-04-21/artist-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Никонов Андрей
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы
Читать книгу "Артист" полностью
Глава 20.
— Я сказал, что возьму тебя с собой, иначе никак, — Травин сидел на подоконнике в номере Кольцовой.
Подоконник был крепкий, из двойной дубовой доски, лежал на каменном основании и наверное, мог бы мамонта выдержать, под Сергеем он почти не прогибался и не скрипел. Зачем в принципе второстепенному конструкционному элементу придали такую прочность, для молодого человека осталось загадкой, он даже попытался подпрыгнуть, уперев руки в доску, но подоконник только едва шелохнулся.
Завадский, дождавшись, когда Федотов уйдёт, ухватил Сергея за воротник и попытался притянуть к себе. С таким же успехом он мог тянуть фонарный столб, поняв, что интимного сближения не получится, мужчина перешёл к делу. По его словам, в Пятигорске действовала глубоко законспирированная организация монархического толка, которую он, Завадский, возглавлял. И он предложил Сергею присоединиться, причём не попросил, а потребовал категорическим тоном.
— Представляешь, заявил, что это мой долг как бывшего офицера и дворянина. Откуда он вообще про это прознал?
— А то ты не понял, от шалавы этой, что у Федотова живёт, я тебе говорила, с ней дело нечисто. И что ты кобенишься, раз зовёт, надо идти, — сказала Лена.
Она сидела на кровати, скрестив ноги, и пыталась курить трубку, видимо, подражая Шерлоку Холмсу или их общему бывшему знакомому субинспектору Панову. Опыта в этом у Кольцовой не было, поэтому трубка не раскуривалась.
— Да он странный какой-то, чокнутый. Сказал, здесь действует не меньше двух десятков человек в обстановке строжайшей секретности. Спрашивается, зачем ему вовлекать в это двух посторонних людей?
— Вот сходим, и выясним, но ты прав, — Кольцова с ненавистью посмотрела на трубку, — не вяжется всё это. Двадцать монархистов на такой маленький городок, ГПУ их бы давно накрыло. Как тебе удалось его убедить меня пригласить?
— Сказал ему, что ты из дворянского рода Пилявских, а твоих отца и дядю убили большевики. И что ты работаешь в Москве в газете, и имеешь возможность связываться с заграницей.
— И он поверил? Наверняка какая-то ловушка.
— Тогда не ходи.
— А ты?
— Тоже не пойду, свою задачу я выполнил, с Федотовым контакт наладил. Про Завадского ни слова мне не говорили.
— Нет уж, пойдём вместе, а то уже столько времени здесь, и никаких результатов. Значит, завтра в полдень? Останешься сегодня?
— Нет, — Сергей спрыгнул с подоконника, пол предательски скрипнул, — пойду отосплюсь, а то нагулялся за день. Кстати, в воскресенье премьера «Чайки», я взял контрамарки.
— Скукотища, — Кольцова нарочито зевнула, — я видела эту постановку в Москве во Вгэктемасе, бывшем Таировском. Обработка, кстати, Демьяна Кострова, который сценарий к твоему фильму написал, от Чехова там мало что осталось. Треплев — революционный поэт, Аркадина всю пьесу лежит на диване в неглиже и стонет, что в кооперативной лавке подорожало подсолнечное масло, а Нина вступает в комсомол, идёт работать на фабрику и там встречает свою настоящую любовь в виде профсоюзного активиста. Ольге Леонардовне, как я слышала, категорически не понравилось, зато тётя Яна в восторге. Тебе, кстати, привет от неё, прислала телеграмму. Спрашивает, не заглянешь ли в гости проездом.
— Во-первых, не забудь фото детей распечатать, а то неудобно получается. И во-вторых, не может твоя тётя узнать, доехали ли Варвара Малиновская и Зоя Босова до Москвы?
— Опять ты об этом, — Лена досадливо прикусила губу, — никак от артисточки не придёшь в себя? Ничего с ней не случилось, вот увидишь, сидит себе дома, пьёт чай и о тебе даже не вспоминает.