Одиссея жупана Влада
![Одиссея жупана Влада](/uploads/covers/2024-04-12/odisseya-zhupana-vlada-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Каминский
- Жанр: Альтернативная история / Фэнтези: прочее
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Одиссея жупана Влада" полностью
Глава 13: В родных краях
- В Африке каждому из вас найдется свое место!
Жупанич Владислав стоял посреди родного села, окруженный парой десятков своих людей. Иные из них в покинули это село вместе с нынешним воеводой и сейчас они с чувством горделивого превосходства посматривали на своих бедных соплеменников. Сам же Влад среди них выглядел наиболее величаво: в ромейском шлеме, увенчанным султаном из перьев и красном плаще поверх золоченных доспехов с ликом Горгоны. С пояса, украшенного серебряными пластинками, свисал меч Форкия, также в отделанных золотом ножнах.
- С той земли можно собирать урожая в несколько раз больше, чем здесь, - продолжал Влад, - ни в одной стране я не видел столько хлебных полей, столько виноградников и оливковых рощ. И все это может стать нашим – кесарь Григорий наслышан о доблести славянских воев и готов отдать нам эти богатые угодья – если мы поддержим его в войне, что он ведет против арабов.
- Хочешь превратить езеричей в наемников басилевса?! Не бывать тому!
Влад обернулся – к ним подходил небольшой отряд, в доспехах и при оружии. Впереди шел Войко – ныне жупан Войнислав, почти забытый Владом старший брат. Он изменился с тех пор как они виделись в последний раз – некогда статный воин изрядно потяжелел, обзавелся вторым подбородком. Было видно, что меч у пояса Войко нечасто идет в ход.
- Вот кем ты стал Влад – цепным псом у ромеев? – продолжал Войнислав, с ненавистью глядя на брата, - хочешь, чтобы славяне лили свою кровь ради наших исконных врагов.
-Славяне уже проливали кровь за аваров, - спокойно ответил Влад, - каган использовал наших отцов и дедов, многие из которых пали под стенами Царьграда. Но разве не в союзе с аварами мы смогли расселиться на этих землях? Я же предлагаю всем вам новый, более выгодный союз – и новые земли, куда богаче прежних.
- И плата за эти земли - стать холуями у ромеев, - бросил Войко, - хорошо, что отец не дожил до того дня, как ты решил отдать свой народ в рабство.
-Разве раб носит такой плащ? Или такие доспехи? Кесарю нужны не рабы, но воины – поэтому он и приблизил меня к себе, поэтому я и женюсь на его дочери. Не как наемник или раб, но как один из будущих хозяев Африки, зову я свой народ на юг, чтобы разделить с ними власть над той богатой и обширной землей.
Изумленный ропот пробежался средь селян, с восторгом и завистью слушавших Влада. От Войко не ускользнуло и то, что даже среди его дружинников многие внимательно прислушиваются к его младшему брату – и это еще больше разъярило жупана. В ярости он даже забыл об осторожности, сделав несколько шагов навстречу брату и испепеляя его злобным взглядом.
-Ты променял свой народ и своих богов на прелести римской шлюхи, - бросил он в лицо Владу, - но не надейся, что я последую за тобой. Пока еще я правлю езеричами и я же говорю тебе – убирайся в свою Африку или в само Пекло, в пасть Чернобогу. Никто из племени не станет служить ни тебе, ни твоим грекам - и это мое слово, слово жупана.
-Я боялся, что ты так скажешь, Войко, - с сожалением вздохнул Влад, - боялся и ждал этого. Что же – ты сам помянул Чернобога, а ныне мы воюем по его законам.
Войко, почуяв неладное, потянул из ножен клинок, однако Влад оказался быстрее: сорвав с пояса меч, он диким барсом метнулся к брату. Мгновение – и голова жупана езеричей, с выпученными от злобы глазами, уже катилась по земле, разбрызгивая кровь. Влад с вызовом осмотрел дружинников брата, но среди них, прячущих глаза от его взгляда, не нашлось никого, кто решился бы скрестить меч с новым вождем.
-У Войко не было наследника, - произнес Влад, вкладывая меч в ножны, - а значит, по всем законам Богов и людей, теперь жупан езеричей – я! Есть ли кто-то здесь, кто хотел бы оспорить мое право?
Какое-то время славяне ошеломленно молчали – а потом толпа вдруг взорвалась восторженным воплем, выкрикивавшим славу новому жупану.
От села к селу, подобно лесному пожару распространялась по Морее весть о новом жупане езеричей, вернувшемся во главе большой дружины и теперь собирающего войско на подмогу басилевсу. Сам Влад, к тому времени объявил себя «князем Мореи», подданным африканского кесаря Григория. Ромейский наместник в Монемвасии, услышав эту новость, скрипнул зубами, но вслух своего недовольства не выразил – судя по долетавшим из Константинополя вестям, император Констант не хотел ссориться со своим карфагенским дядей, надеясь на него – и на его будущего зятя, - в войне с арабами.
Впрочем и сам Влад старался не зарываться, ограничившись лишь властью над славянами Пелопонесса, но не претендуя на Монемвасию и иные земли, населенные греками. За исключением Майны – потомки спартанцев сами присягнули на верность Владиславу, обещавшему уважать религиозные чувства майниотов. Утвердившись в Морее, Влад принялся набирать войско из езеричей, милингов и майниотов, а заодно и рассылать посланцев за перешеек, призывая к себе вождей разных славянских народов. Среди пришедших с севера неожиданно оказались и старые знакомцы: воины из тех, кто вместе с Владом брал Солунь и кто был оставлен имв помощь Вештице. Их Влад расспросил с особым пристрастием, но тщетно – никто из них, даже под пытками, не смог рассказать где сейчас находятся Стойгнев и Вештица: после возвращения Солуни грекам эти двое как сквозь землю провалились. Никто не знал и куда сгинули украденные Стойгневом у Влада сокровища Египта.
В один из дней к Владиславу явился Вальфрик - сильно постаревший, но все еще не лишившийся прежнего задора.
-Вижу, что боги по-прежнему любят тебя, сын вождя, - сказал он, - коль уж они позволили тебе стать конунгом и зятем кесаря.
-Пока еще нет, - усмехнулся Влад, - но свадьба не за горами – если боги даруют мне еще одну победу. Ты сам-то как? Пустил корни, завел семью и участок, как собирался?
- Завел, - хмыкнул Вальфрик, - но сейчас от всего нажитого остался только участок – да и тот порос бурьяном. Все-таки не мое это – работать на земле.
- А семья?
- Мой первенец сгорел в лихорадке, а жену убили цаконы, - пожал плечами Вальфрик, - и меня снова уже ничего не держит здесь.
-Тогда идем со мной, - предложил Влад, - не верю, что ты еще недостаточно крепок, чтобы держать меч или весло. А после войны – что ты скажешь о наделе в Африке? Тебе не придется самому обрабатывать землю – там всегда будет достаточно рабов, чтобы делать это за тебя. Если понадобиться – там же найдем тебе и новую жену из местных.
-Спасибо за предложение конунг, - усмехнулся ют, - но у меня сейчас иные мысли. На старости лет меня вдруг обуяла тоска по родине – и мне охота вернуться к берегам Северного моря, поклониться курганам моих предков, повстречаться с родными – если там остался еще кто в живых.
-Что же, если ты так решил, - покачал головой Влад, - не стану тебе препятствовать. Вот, возьми в дорогу.
Он передал германцу небольшой мешочек, глухо звякнувший переходя из рук в руки.
-Спасибо конунг, - кивнул Вальфрик, - я не могу отблагодарить тебя сейчас, но если доберусь до родины – расскажу всем о твоих подвигах. Там постоянно воюют – кто-то выигрывает, кто-то проигрывает и уходит в изгнание, со своими людьми. Глядишь, может кто-то из саксонских или ютских вождей и захочет перейти тебе на службу.
На этом и порешили.
Собрав всех, кого можно в Морее, Влад решил идти на север, для встречи с вождями драговичей, велегестичей и струмян – из тех, что не откликнулись на его зов. Теперь новый жупан собирался встретиться с ними самолично. Большая часть собранного им войска направилась морем, однако сам Влад повел себя странно: взяв лишь небольшую часть дружины, он направился посуху через Морею. Не доходя до перешейка, Влад велел своим людям встать на постой в одном из греческих сел и, провожаемый недоуменными взглядами соратников, в одиночку углубился в аркадские леса.
Посреди поляны все также стоял большой дуб, перед которым по-прежнему тек ручей, несущий смертоносные воды Стикса. И, как и раньше, на берегу этого ручья горел большой костер, у которого, подбрасывая ветки в пламя, сидела простоволосая женщина, увешанная диковинными амулетами. Она даже не подняла головы, когда на краю поляны вдруг выросла мужская фигура.
-Я знала, что ты придешь сюда, - негромко сказала Вештица, - в этот самый день. Знала и ждала тебя здесь.
-Ждала? – Влад перешел поляну, встав на другом берегу ручья, - также как и в Солуни?
- Стойгнев сказал, что ты погиб там, в Египте, - спокойно произнесла женщина, - но я уже тогда знала, что он лжет.
- И все же ты ушла с ним, - мрачно произнес Влад.
- Я солгала, как и он, - ответила Вештица, - сделала вид, что поверила. Он говорил, что хочет перебраться в Царьград, что на проданные им сокровища мы сможем зажить в Городе лучше любого из князей. Но я не дала ему этого сделать – уже тогда я знала, что ты вернешься за мной и вернешься сюда.
-Я пришел за своей добычей, - произнес Влад, - где она? И где Стойгнев?
Тонкая улыбка искривила губы лесной ведьмы.
- Идем! – сказала она, гибко поднимаясь на ноги и зашагав в сторону леса. Немного поколебавшись, Влад направился за ней.
В лесной чаще по-прежнему стоял большой шалаш, окруженный длинными шестами с насаженными на них головами людей и животных. Как и раньше, очередная свежая голова висела над входом. Но даже высохшую и почерневшую от копоти костра, эту голову, подвешенную за длинные светлые волосы, Влад узнал сразу.
-Стойгнев!
- Это первый из моих подарков,– усмехнулась Вештица, - в шалаше тебя ждет и второй.
Подозрительно оглянувшись на ведьму, Влад откинул медвежью шкуру, прикрывавшую вход в шалаш – и застыл как вкопанный, на миг ослепленный переливчатым мерцанием драгоценных камней на золотых и серебряных украшениях. Чужеземные божества с головами шакалов, крокодилов, змей смотрели на него глазами-изумрудами, сапфирами, опалами. Здесь же лежали и ожерелья из отборного жемчуга и перстни с драгоценными камнями и серьги в виде золотых наяд оседлавших серебряных дельфинов. В центре же всего этого великолепия лежала золотая диадема в виде поднявшей капюшон кобры.
За спиной Влада послышалось какой-то шорох и, обернувшись, Влад увидел, как Вештица непринужденно сбрасывает свои одеяния. Спустя миг ее зрелое, все еще полное томительной прелести тело, прикрывали лишь разбросанные по ее плечам волосы да свисавшее меж больших грудей золотое ожерелье украшенное фигурками жуков-скарабеев со спинками из черных опалов и маленькими рубинами вместо глаз.
-Как думаешь, Влад, - лукаво улыбнулась лесная ведьма, - на твоей новой жене это будет также хорошо смотреться, как и на мне?