Последний сон
![Последний сон](/uploads/covers/2024-04-24/poslednij-son-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Последний сон" полностью
Глава 3
Мокрая ткань неприятно холодит лоб, струйки едко пахнущей жидкости стекают по вискам, заставляя поморщиться.
— Очнулся! — шепчет женский голос с облегчением.
Лоуренс с трудом разомкнул веки и увидел склонившуюся над ними Мейбл. Женщина выглядела уставшей. Она держала плошку от которого несло уксусом. Ее брат бесцеремонно, но аккуратно приподнял веко Лоуренса.
— Что происходит? — хрипло спросил Лоуренс, пытаясь отстраниться.
— Наконец-то! — Джонс обрадованно улыбнулся кривой нервной ухмылкой. — Вам стало лучше!
— Где я? Что случилось? — Лоуренс наконец осознал, что лежит на перине в своей комнате в доме Мейбл.
— Поговорим позже, когда вы окрепните. Вы нездоровы и заставили нас сильно волноваться. И не спорьте! — добавил он, видя, что Лоуренс порывается что-то сказать. — Здесь я доктор.
— Хотите чего-нибудь? — мягко спросила Мейбл.
— Воды, — попросил несчастный.
Сделав пару глотков, Лоуренс обессиленно рухнул на подушки. Сознание прояснилось, но он чувствовал себя скверно. Сил совсем не было, словно после долгой изматывающей болезни.
— Сейчас вам ничего не угрожает. Поспите, все образуется.
Лоуренса не пришлось долго упрашивать. Стоило сомкнуть веки как мир исчез и вернулся только на следующий день, рано утром. От жажды у него пересохли и потрескались губы. К счастью, на столике стоял стакан воды. Пахло камфорой и растираниями. Откинув одеяло, Лоуренс медленно опустил ноги на пол. Затекшее тело не слушалось. Привычным жестом приглаживая волосы, он обнаружил за ухом болезненную ссадину.
Сновидец был одет в просторную ночную рубашку, которая, судя по размеру, принадлежала Джонсу. Его одежда, вычищенная и аккуратно сложенная, обнаружилась на стуле. Значит, он каким-то образом оказался в коттедже, его уложили в кровать и лечили. Было стыдно от того, что чужие люди были вынуждены им заниматься, но он надеялся, что переодевал его все же Джонс, а не Мейбл. Кое-как справившись с брюками и рубашкой, Лоуренс пошатываясь спустился в гостиную. Ему нужны были ответы.
Мейбл накрывала на стол к завтраку. Увидев его в проеме, она негодующе всплеснула руками.
— Что вы делаете! Вы слишком слабы, чтобы вставать с постели.
— Уверяю вас, я намного лучше себя чувствую. Несомненно, благодаря вашим заботам. — Голос Лоуренса был тих, но глаза смотрели ясно. — Оставаться в постели было бы непростительно.
— Раз так, то садись. Вы едва на ногах стоите.
— Что со мной произошло?
— Вы ударились головой. Мой брат нашел вас. Вас принесли сюда, но вы так и не пришли в себя, вам не становилось лучше. Началась лихорадка, бред. Мы опасались худшего.
— Как долго я болел? — задумчиво спросил Лоуренс, ощупывая заросший щетиной подбородок.
— Неделю.
Эта новость взволновала его. Он не вернулся домой, как собирался, пропустил работу, никто не знает, что с ним случилось. Однако, подумав, Лоуренс признал, что волнение было ненастоящее, скорее для приличия. По большому счету ему было все равно, что сейчас происходит в городе и Конторе.
Джонс принес поднос с чаем. Взглянув на Лоуренса, он укоризненно покачал головой, но промолчал. Только когда постоялец выпил чашку горячего чая и охотно съел тост с джемом, доктор спросил:
— И как вы чувствуете себя сегодня?
— Неплохо, как видите. У меня проснулся аппетит.
— Это чудесно, — согласился Джонс. — Один из признаков выздоровления. Признаюсь, вы заставили нас волноваться. В первый раз вижу такое в своей практике. Страдаете какими-то наследственными болезнями?
— Нет, я всегда был здоровым человеком для своего возраста. Если честно, то я не понимаю, как это случилось. Последнее, что я помню — это как Артур, сторож, показывал мне сад… Кстати, где он? Это Артур позвал на помощь?
— Хм… — глубокомысленно промычал Джонс прищурившись, его теплый дружеский взгляд тут же стал холодным и изучающим.
— Что случилось? — напрягся Лоуренс, невольно коснувшись ссадины на голове.
На мгновенье перед ним мелькнуло воображаемое видение сторожа, коварно бьющего его по голове, но оно тут же исчезло как неправдоподобное. Кто угодно, но не этот милый человек. Возможно, ему тоже угрожает опасность.
— Я нашел вас без сознания на берегу, когда возвращался домой. На голове у вас была глубокая кровавая ссадина, вы не приходили в сознание, несмотря на все мои усилия. Я позвал на помощь соседей, мы перенесли вас в дом.
— Считаете, меня кто-то ударил?
— Нет, я так не думаю. Уверен, травма на голове появилась после падения. Я внимательно осмотрел парапет, на нем осталась кровь. По какой-то причине вы вдруг потеряли сознание. Возможно во время рисования…
— Но я не рисовал в тот момент, я был с Артуром, — перебил Лоуренс.
— Вы упоминали в бреду некого Артура, — спокойно заметил доктор, — но на той улице никто не знает человека с таким именем. Я расспросил соседей.
— Каких еще соседей? — удивился Лоуренс. — Улица пустует, там никто не живет кроме сторожа.
— Почему? — настал черед Джона удивляться. — Эти коттеджи новые, их недавно построили, с чего им пустовать?
— То есть, вы уверены, что они заселены? Но я никого не видел… — сновидец ошеломленно умолк.
— Уверен. Благодаря неравнодушным людям, что там живут, мы смогли принести вас обратно.
— Постойте, как же такое возможно? Не только я видел Артура, но и Эрик, мальчик, который был моим гидом.
— Какой мальчик?
— Я встретил его на берегу, когда он собирал устрицы. Он показал мне город и привел на ту улицу. Ему девять лет.
— Насколько мне известно, ни у кого из соседей не живет мальчик с таким именем такого возраста, — обеспокоенно сказала Мейбл.
Лоуренс расстроенно замолчал, избегая смотреть на брата с сестрой. Он не понимал, что происходит. Артур и Эрик были обычными людьми, они радовались, грустили, пили чай, ели сэндвичи и конфеты, а теперь его убеждают, что они оба лишь плод его воображения, выдумка воспаленного сознания. Догадавшись, о чем он думает, Джонс заметил:
— Мы верим, что вы видели этих людей и для вас они существуют. Во время лихорадочного бреда больные погружаются в особое состояние сознания, причудливо переплетая реальность с выдумкой. Мне уже доводилось видеть подобное. Однако, и я хочу подчеркнуть это, я не считаю вас сумасшедшим или человеком, слова которого не заслуживают доверия. Уверяю вас, вы придете в себя через несколько дней. Сознание проясниться, не сомневайтесь.
— Я хочу снова побывать там, чтобы убедиться во всем лично.
— Хорошая мысль, — похвалил доктор. — Это быстрее всего развеет ваши сомнения. Но пока я запрещаю вам такие далекие и утомительные прогулки. Останьтесь здесь под присмотром хотя бы несколько дней.
— Мне жаль, что я стал причиной стольких неудобств. Я благодарен за все, что вы для меня сделали и оплачу все расходы.
— Ах, за эти дни мы стали одной большой семьей, — усмехнулся Джонс. — Не беспокойтесь об этом.
— Никаких неудобств, — покачала головой Мейбл, в глазах которой застыло странное выражение. — Вы стали мне как брат.
— Если вы не против, — Лоуренс поднялся в смущении, — мне бы хотелось немного отдохнуть.
Джонс помог ему преодолеть лестницу. Когда за сновидцем закрылась дверь, он обмяк и закрыл глаза. После услышанного хотелось побыть одному. Слишком много вопросов без ответов крутилось в его усталом разуме. Он чувствовал, как где-то глубоко внутри него нарастает старательно подавляемая истерика. А что, если умение управлять снами извлекло из сновидений тени, сплетя их с реальностью? У Лоуренса не было причин считать, что его сейчас обманывают. Объяснение Джонса было логичным, но все же как он мог выдумать любовь Эрика к шоколаду или рисунки Артура…
Кстати о рисунках. Где они? Лоуренс бросился к столу, лихорадочно перебирая вещи. Холщовая сумка обнаружилась под кроватью. Не вставая с колен, он высыпал содержимое на пол. Карандаши со стуком покатились в разные стороны. Папка для бумаг была полна помятых и запачканных грязью листов. Как пустых, так и использованных — с небрежными набросками улицы и побережья. Вдруг из середины стопки, словно осенний лист, вылетел желтый конверт с потертыми краями. Тот самый, который он нашел в доме, куда его отвел Артур. Лоуренс вцепился в конверт, не веря своим глазам. Вот доказательство!
Сновидец прижал конверт к груди и засмеялся нервным смехом. Где он сейчас, сон ли это или явь? Кто даст ответ? Не выпуская драгоценный конверт из рук, он рухнул в постель. Его снова лихорадило, то ли от болезни, то ли от страха за будущее. Лоуренс больше не мог доверять глазам и рассудку. Ни здесь, ни во сне. Его желание контролировать сны привело к тому, что он перестал контролировать реальность. Не имея сил сопротивляться болезненной дремоте, Лоуренс провалился в забытье.
Громкий стук. За окном глубокая ночь. Сколько же часов он спал?
— Войдите! — хрипло крикнул Лоуренс.
— Я не помешаю? — в комнату осторожно заглянула Мейбл.
— Нисколько, я просто отдыхаю.
— У меня для вас чай, — она звякнула подносом. — Как себя чувствуете?
— Неплохо, спасибо. Я практически здоров. — Он приподнялся, опершись о подушки. — Чувствую себя привилегированным постояльцем.
— Ах, это для меня сущие пустяки, — Мейбл присела на стул и передала ему полную до краев чашку.
Он не спеша сделал глоток. Горячий ароматный напиток пришелся как нельзя кстати. Все это время хозяйка молчала. Когда Лоуренс протянул чашку, она поставила ее обратно на поднос, но осталась сидеть. Мейбл что-то тревожило, и он решил ей помочь.
— Хотите о чем-то поговорить?
— Есть кое-что… По поводу мальчика о котором вы рассказывали.
— Мы же условились, что это плод моего воображения, — осторожно напомнил Лоуренс.
— На этом настаивает мой брат, но не я. Узнаете кого-нибудь на этой фотографии? — она вынула из кармана передника старую фотографию на которой были запечатлены мальчики в одинаковой форме.
— Ничего не вижу, мне нужно больше света.
Мейбл с готовностью подвинула лампу, не сводя с постояльца испытывающего взгляда. Лоуренс изучил фотографию. Мальчишки выглядели довольными. Некоторые дурачились, другие пытались быть преувеличенно серьезными, чтобы хорошо получиться на снимке. В центре среди толпы детей стоял молодой мужчина, одетый в костюм-тройку. Он улыбался. Похоже, дети и их учитель только что закончили учебный год.
— Это ваш муж, Джерри, — догадался Лоуренс, показывая на человека в центре.
— Да, он любил заниматься с детьми, — Мейбл тепло улыбнулась, вспоминая. — Вел дополнительные задания как приглашенный воспитатель.
Мальчик, стоящий с краю и пытающийся стянуть кепку со своего товарища, был ни кем иным как Эриком. Или его близнецом, уж очень поразительным было сходство. Сновидец прикусил губу, чувствуя, как на лбу выступает испарина. Если судить по возрасту Джерри, этой фотографии было минимум лет тридцать. Сказать об этом Мейбл или промолчать? А может, Мейбл уже догадалась?
— Я вас не осуждаю, — прошептала она, склоняясь к постели. — Обещаю, все, что вы скажите, останется между нами.
— Расскажите об этом мальчике, — попросил Лоуренс, показав на Эрика.