Разожги мой огонь
![Разожги мой огонь](/uploads/covers/2024-04-24/razozhgi-moj-ogon-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Татьяна Май
- Жанр: Самиздат, сетевая литература / Любовное фэнтези / Приключенческое фэнтези
Читать книгу "Разожги мой огонь" полностью
Глава 16
— Здрав будь, будущий тесть, — во все зубы улыбнулся Арвир и протянул старосте бутыль крепкой медовухи. — И ты, тещушка любимая, не хворай, — повернулся к матери Аланы, нитку бус янтарных вручил. — А это для домочадцев ваших, — отдал девке, что в доме старосты прислуживала, три кулька конфет. Девка щеками заалела, но от Арвира бесстыжих глаз не отвела.
— Вот это по-нашему, Арвир, — шевельнул усами довольный Деян, а сам жене знак сделал, чтоб девку обратно на кухню шуганула. — Вот это ты хорошо придумал.
— Ну а как же, Ночь Костров ведь, праздник щедрый, да и вы мне все одно что родители. После свадьбы-то видеться станем и того чаще! А свадьба уж скоро. Дождаться не могу!
— Ох и хорош у нас зятек, — похвалила старостина жена. — И рубаха у него кумачовая с поясом вышитым, и сапоги сафьяновые!
Арвир шкатулку резную с дарами для Аланы под мышкой зажал, на каблуках крутанулся, распахнул свободную руку, чтоб полюбовались им родители невесты, а сам все улыбался. Да только у улыбок его цель одна была — Деяну показать, что мыслей о хозяине вулкана в голове больше не осталось.
У старухи Ирды Арвиру мало что узнать удалось. Та только и вспомнила про дурака одного, который к горе ходил, да там и сгинул. Из беседы той Арвир вот что уразумел: в одиночку на хозяина вулкана он не пойдет. Тут надо будет все обстоятельно обдумать, а потом уж сделать. Горячие головы обыкновенно первыми и помирают. А Арвиру его голова ой дорога. Матушка покойная ему завсегда говаривала, что он смышленый. Потому Арвир и придумал, что начнет против чудовища из-под горы люд прямо сегодня, на Ночи Костров, настраивать. Только по уму начнет, торопиться все одно некуда. Он, Арвир, ждать завсегда умел.
Чудовище из-под горы не выходит никуда — это ему доподлинно стало известно. Хоть тут не зря Арвир нос по ночам морозил. Свадьба, опять же, скоро. И от того тоже польза большая выйдет. Уж как сыграют, он к старосте ближе станет и в дом его будет вхож на правах зятя. Внуков Алана нарожает, а староста пускай нянчит. Где там с управлением селением справиться — некогда ему будет, уж Арвир о том позаботится. Арвир в селении, опять же, на счету хорошем.
Кто старшему жрецу золота отсыпал на постройку дома прошлым летом? Кто вещи покойного батюшки неимущим пожертвовал? Кто в сиротский дом все зерно отдал из собственного амбара? А его ведь лишь чуток мыши поели. Все он — Арвир. Так-то вот. Где надо — лаской, где надо — угрозой, но своего добьется. И пары лет не пройдет, будет у Ильштара новый староста. Молодой да крепкий. А станет Деян артачиться, так у Ульха травок нужных полно. Старики, опять же, болеют часто. Никто Арвира — заботливого мужа, почтительного зятя и дружелюбного соседа — и не заподозрит.
— Хорош, хорош, — усмехнулся Деян в усы. И не подозревал, какие мысли под льняными кудрями Арвира вьются. — Иди уже к Алане-то. Ждет она тебя, соскучать успела. И повеселитесь сегодня как следует, для чего ж еще Ночь Костров нужна. Только о порядке не забывай. Чтоб не как на проводах было. Ясно тебе? — погрозил пальцем.
— Да кто старое помянет, Деян… — снова оскалил зубы в улыбке Арвир.
— Ладно, ступай уже.
Арвир кивнул, девке, что с кухни выглядывала, незаметно подмигнул и по скрипучей лестнице в светелку Аланы поднялся. Там свечами лавандовыми пахло, будто в храмовом доме. Невеста его у окна стояла, но на звук обернулась. Арвир приметил, что глаза у нее красные, а уголки губ вниз опущены. Чего это с ней? Праздник ведь!
— Здрав будь, Арвир, — произнесла едва слышно.
— Ну что, невестушка, рада меня видеть?
Кивнула неуверенно. Арвир решил, что из-за его наряда богатого не в силах слова вымолвить.
— Отчего ж поцелуем не одаришь? — ближе подошел и губы вытянул. Алана в ответ своими едва коснулась да тут же отпрянула.
— Смотри, после свадьбы-то поцелуи мне жарче дари, — проворчал Арвир, когда понял, что это все, потом шкатулку протянул: — Тебе вот. Дары свадебные. Тут-то так, безделицы. А вот как женой моей станешь, будешь павой выступать. В шелка наряжу да самоцветами одарю всему Ильштару на зависть.
— Благодарю тебя, Арвир, — ответила тихо. Шкатулку взяла, на стол спешно поставила, будто та пальцы ей жгла. Под резную крышку даже и не заглянула.
Арвир брови свел. Не привык, чтоб его дары так равнодушно принимали.
— Что, и одним глазком не посмотришь, чем одарил?
— Потом, Арвир. Будет еще время.
— Ну, дело твое. Жемчуг-то отборный заморский, все одно, никуда не денется… — протянул. Думал, взвизгнет радостно невеста да кинется жемчуга смотреть, а потом его, Арвира, благодарить. Но Алана изваянием как замерла, так и стояла. Только глаза влажно и блестели в свете свечей.
Невесту свою он в последнюю седьмицу почитай что и не видел вовсе. То к Ночи Костров готовился, то с друзьями да соседями свадьбу скорую праздновал. Должен он перед семейной жизнью нагуляться или не должен? А на Алану еще насмотрится, когда вместе жить станут. Да и сама Алана после того, как Мелисса к хозяину вулкана отправилась, Арвира сторонилась словно. Слезы лила, едва его увидев, а то и вовсе молчала. Арвир еще и потому к встречам частым с ней не стремился. Ну да это у нее пройдет.
Прошелся по светелке Арвир, рубаху, что Алана вышивала, приметил. Та комом в кресле у окна валялась.
— Мне-то дар ответный когда готов будет? — спросил, а у самого голос недовольством так и сквозил.
— Ты о рубахе свадебной? — переспросила Алана растерянно, будто совсем о ней позабыла.
— О чем ж еще.
— Нитки новые нужно купить. Эти рвутся то и дело.
— А чего это сама не собрана? — нахмурился Арвир. Окинул Алану недовольным взглядом и только сейчас приметил, что на ней платье домашнее. — Да ты и на себя не похожа. Или опять заболела?
— Плохо мне, Арвир, — ответила едва слышно и кончики пальцев к губам прижала, будто пожалела, что слова вырвались. Вздохнула.
— Отчего же? — протянул удивленно. — Ты старостина дочь, бед и горя с рождения не знала, участи стать невестой хозяина вулкана избежала, за меня — всем вокруг на зависть — вот скоро пойдешь, а потом…
— Так ведь это меня и тревожит, Арвир!
— Свадьба-то? — едва не расхохотался. — Так чего там бояться? Чай, не чужие друг дружке.
— Да я ж…
— С детства ведь рядышком росли да проказничали.
— Да-да, но…
— А вот вспомни хотя бы, как детьми во двор к гончару Прошке пробрались да малину с куста трескали. Он нас поймал, а ты всю вину на себя взяла. Ох и влетело тебе тогда от батюшки! — теперь уж не смог сдержать хохота.
Только Алана веселье его не разделила. Кивнула.
— Помню, Арвир. Все я помню.
— А тогда и печалиться не о чем. Подари-ка лучше мне еще поцелуй. Да на этот раз самый жаркий, не то обижусь! — раскинул руки и к Алане шагнул. Но та ладони перед ним выставила и головой качнула.
— Не про свадьбу я.
— А про что ж тогда? — опустил руки.
— Про то, о чем ты до того сказал.
— Опять про Мелиссу? — протянул удивленно. Увидел, как щеки Аланы вишнями вспыхнули и вспылил: — Да сколько ж можно-то! — голос зло прозвучал.
— Я ее видела, Арвир, Отцом-Солнцем клянусь, — прошептала и охранительный знак из пальцев сделала. — Когда из храмового дома шла.
— Ходи туда чаще, еще не то привидится, — скривился Арвир. — Мне вчера уж Илмар выговорил, что тебя у храмового дома два вечера подряд видел. Еще и поддел, что, мол, выходит, со жрецами-то тебе куда как интереснее, чем со мной. Думаешь, по нраву мне такие речи выслушивать?
— Прости, Арвир, — опустила глаза в пол, — да только легче мне там, где Мать-Земля и Отец-Солнце меня услышать могут.
— Легче тебе будет, ежели со мной пойдешь, — мягко Арвир проговорил. Сам Алану за плечи взял. Она вздрогнула. От удовольствия, вестимо. — Я сейчас вид сделаю, что разговора этого не было, вниз пойду, с батюшкой твоим медовухи выпью. А через четверть часа ты спустишься. В алом платье. С косами причесанными. Умытая. Веселая. Жемчуга наденешь, что тебе принес. Все, как полагается, чтоб меня не посрамить. А потом на Ночь Костров пойдем. Тут-то на злые языки узду и накинем.
— Не могу я на Ночь Костров идти, Арвир, — упрямо покачала головой Алана, потом еще раз повторила, словно его убедить пыталась: — Не могу.
— Это отчего же? — Арвир начал терпение терять. — Неужто жрецы не велели? — добавил едко.
Вздохнула коротко и руки к груди прижала.
— Мы с Мелиссой ведь каждый год на Ночь Костров ходили. А теперь… А сейчас… Неправильно это. Сердцем чувствую. Не должна я там быть.
Арвир руки убрал, отошел от невесты.
— Ты, Алана, эту дурость из головы выбрось, иначе, запомни, у нас с тобой хорошего ничего не выйдет!
Всхлипнула, шагнула к нему, но Арвир руки на груди сложил и смотрел мимо невесты.
— Не таи на меня обиду, Арвир, сам ведь знаешь, что во всем свете только четверо у меня дорогих людей: батюшка с матушкой, Мелисса да ты.
— Это что же выходит… Меня ты после булочницы своей поставила, — Арвир не сдержался, удивленный взгляд на Алану кинул, — после девки безродной! Вот оно как! Вот как ты меня любишь!
— Люблю, Арвир, крепко люблю, да только…
— Ну, нет! Сиди здесь одна, раз таково твое желание! — развернулся на каблуках так, что пол скрипнул, вышел из светелки и дверью хлопнул.