Проклятье победителя
![Проклятье победителя](/uploads/covers/2024-05-04/proklyate-pobeditelya-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мари Руткоски
- Жанр: Любовные романы / Фантастика / Фэнтези
Читать книгу "Проклятье победителя" полностью
Глава 26
Бальная зала звенела смехом и громкими голосами. Через порог в холл, где стояла Кестрел, выкатывались волны жара.
Она крепко сплела пальцы от волнения.
Ее волнение было очевидным.
Никто не должен знать, что она чувствует.
Кестрел разняла руки и сделала шаг в бальную залу.
Внезапно все обратилось в молчание. Если бы окна были открыты и через них врывался ветер, Кестрел бы услышала, как звенят подвески канделябров.
Лица охладели. По одному они стали отворачиваться.
Кестрел оглядывала залу в поисках друзей и сумела перевести дух только тогда, когда увидела Беникса. Она улыбнулась и направилась к нему.
Он увидел ее. Она заметила это. Но его глаза не смотрели на нее. Будто она была прозрачной. Как лед, или стекло, или что-то настолько же хрупкое.
Она остановилась.
Беникс отвернулся и отошел к другому концу помещения.
Начали раздаваться шепотки. Айрекс, который стоял в отдалении, но недостаточно далеко, рассмеялся и сказал что-то на ухо леди Фарис. Щеки Кестрел зарделись от стыда, но она не могла отступить.
Сначала она увидела улыбку, а затем лицо: взмахнув рукой поверх голов, ей на помощь пришел капитан Венсан. Он пригласит ее на первый танец, и ее выход будет спасен, хотя бы пока, пусть репутация ее и уничтожена. И она скажет «да», потому что у нее нет другого выхода, кроме как принять жалость капитана.
Жалость. Эта мысль согнала краску с ее лица.
Она осмотрела толпу. Перед тем, как капитан смог приблизиться к ней, она подошла к стоявшему в одиночестве сенатору. Сенатор Каран был вдвое старше Кестрел. Он обладал редкими волосами и худым лицом. Его репутация была безупречной, однако, как правило, он вел себя слишком несмело, чтобы выделиться в обществе.
— Пригласите меня на танец, — тихо сказала Кестрел.
— Прошу прощения?
По крайней мере, он с ней говорил.
— Пригласите меня на танец, — повторила Кестрел, — иначе я всем расскажу то, что знаю о Вас.
Его широко раскрытый рот захлопнулся.
Кестрел не знала ни одного секрета Карана. Возможно, у него их и не было. Однако она рассчитывала на то, что он не станет рисковать.
Он пригласил ее на танец.
Очевидно, он не был лучшим выбором. Но Ронан еще не прибыл, а Беникс по-прежнему не встречался с ней взглядом. Либо после дуэли он изменил свое мнение о ней, либо в отсутствие Ронана и Джесс мужество покинуло его. Или же, возможно, он просто не хотел больше расставаться со своей репутацией ради Кестрел.
Начался танец. За все его время Каран не проронил ни слова.
Когда инструменты замедлили свое звучание и замолчали последней нотой лютни, Кестрел отстранилась. Каран неуклюже поклонился ей и отошел.
— Что же, это не показалось мне особенно веселым, — сказал голос за спиной Кестрел. Девушка обернулась, и ее окатило радостью.
Это был Ронан.
— Мне стыдно, — произнес он. — Ужасно стыдно, что я так опоздал и тебе пришлось танцевать с настолько скучным партнером, как Каран. Как это произошло?
— Шантаж.
— Ох. — В глазах Ронана появилось беспокойство. — Значит, все идет не самым лучшим образом.
— Кестрел! — Пробравшись через толпу людей, к ним подошла Джесс. — Мы не думали, что ты придешь. Почему ты не сказала? Если бы мы знали, то прибыли бы сюда без опоздания. — Джесс взяла Кестрел за руку и оттянула подругу к краю танцевальной площадки. Ронан последовал за ними, а за их спинами начался второй танец. — А так, — продолжила Джесс, — мы едва выехали. Ронан был таким медлительным и говорил, что не видит смысла идти сюда, раз тебя не будет.
— Дорогая сестра, — произнес Ронан, — надеюсь, теперь моя очередь рассказывать твои секреты?
— Глупый. У меня нет секретов. Как и у тебя, когда дело касается Кестрел. Ну? — Джесс перевела триумфальный взгляд с одной на другого. — Разве у тебя есть секреты, Ронан?
Молодой человек сжал пальцами переносицу, и его брови соединились, придав лицу болезненный вид.
— Больше нет.
— Ты отлично выглядишь, Кестрел, — сказала Джесс. — Ведь я была права насчет платья? И цвет будет отлично сочетаться с охлажденным яблочным вином.
Кестрел чувствовала легкое головокружение, но не была уверена, из-за чего: либо от облегчения при виде друзей, либо от вынужденного признания Ронана. Она улыбнулась:
— Ты выбрала материю для платья так, чтобы она сочеталась с вином?
— Не просто с вином. Леди Нерил им очень гордится. Несколько месяцев назад она рассказала мне, что планирует заказать из столицы несколько бочек для бала, и я подумала: слишком просто подбирать платье к драгоценностям, кинжалу или туфлям. Ведь бокал вина в руке тоже напоминает драгоценный камень, только жидкий, верно?
— Тогда мне стоит взять этот бокал. Чтобы завершить ансамбль.
Кестрел вовсе не забыла о своем обещании Арину, а скорее отбросила его, как и остальные мысли об Арине.
— О да, — ответила Джесс. — Бери, конечно. Ты согласен, Ронан?
— Не знаю. Меня беспокоит только то, о чем сейчас может думать Кестрел и будет ли она танцевать со мной. Если я не ошибаюсь, перед тем как вынесут это легендарное вино, нас ждет еще один танец.
Радость Кестрел спала.
— Я бы с удовольствием, но… ваши родители не будут возражать?
Ронан и Джесс переглянулись.
— Их здесь нет, — сказал Ронан. — Они отправились на зиму в столицу.
Это означало, что, будь они здесь, то возразили бы непременно — как и любые другие родители, если вспомнить о скандале.
Ронан понял мысли Кестрел по ее лицу.
— Неважно, что они думают. Потанцуй со мной.
Он взял ее за руку, и в первый раз за долгое время она почувствовала себя в безопасности. Ронан вывел ее в центр площадки, и они влились в танец.
Несколько минут Ронан ничего не говорил, а затем прикоснулся к тонкой косичке, которая свисала завитком у щеки Кестрел.
— Очень красиво.
Воспоминание о том, как Арин заплетал ее волосы, заставило Кестрел напрячься.
— Великолепно? — сделал еще одну попытку Ронан. — Божественно? Кестрел, еще не было изобретено прилагательное, с помощью которого можно было бы описать тебя.
Кестрел постаралась говорить легким тоном:
— Что останется делать дамам, когда этот театральный флирт выйдет из моды? Вы нас разбаловали.
— Ты знаешь, что это не просто флирт, — ответил Ронан. — Всегда знала.
Он был прав, пусть Кестрел и не желала встретиться с этим знанием лицом к лицу и по-настоящему его осмыслить. Она испытала тусклую искру страха.
— Выходи за меня замуж, Кестрел.
Она задержала дыхание.
— Я знаю, что в последнее время ты столкнулась с трудностями, — продолжил Ронан, — и что ты их не заслуживаешь. Тебе пришлось быть такой сильной, такой гордой, такой хитрой. Но как только мы объявим о нашей помолвке, все неприятности останутся в прошлом. Ты сможешь снова быть собой.
Но такой она и была. Сильной. Гордой. Хитрой. Кем он ее считал, если не девушкой, которая безжалостно обыгрывала его в каждой игре в «Клык и Жало», которая отдала ему посмертный штраф Айрекса, сопроводив деньги точными указаниями, что с ними делать? Однако Кестрел промолчала. Она вжалась в изгиб его руки. Танцевать с Ронаном было так легко. Будет так легко согласиться.
— Твой отец будет счастлив. Твоим свадебным подарком будет лучший рояль столицы.
Кестрел встретилась с ним взглядом.
— Или можешь оставить свой, — торопливо добавил Ронан. — Я знаю, что ты привязана к нему.
— Просто… ты очень добр.
Ронан коротко и нервно рассмеялся.
— Доброта едва ли имеет к этому какое-то отношение.
Музыка замедлилась. Скоро танец окончится.
— Итак? — Ронан остановился, хоть музыка и продолжала играть, а вокруг них кружили пары. — Итак… что ты скажешь?
Кестрел не знала, что и думать. Ронан предлагал все, чего она только могла пожелать. Но тогда почему его слова расстроили ее? Почему ей казалось, будто что-то было навсегда утрачено? Она осторожно сказала:
— Причины, которые ты назвал, не являются причинами для свадьбы.
— Я люблю тебя. Этой причины достаточно?
Возможно. Возможно, ее было бы достаточно. Но, как только музыка замерла в воздухе, Кестрел увидела с краю толпы Арина. Он смотрел на нее со странным отчаянным выражением. Как будто он тоже боялся что-то потерять или уже потерял.
Кестрел посмотрела на него и не могла понять, как раньше не обращала внимания на его красоту. Почему эта красота никогда не поражала, подобно удару, как сейчас.
— Нет, — прошептала Кестрел.
— Что? — разрезал тишину голос Ронана.
— Прости.
Ронан обернулся туда, куда смотрела Кестрел, и выругался.
Кестрел пошла прочь, протискиваясь мимо рабов, которые несли подносы с вином. Ее глаза щипало, свет и люди расплывались перед ее взглядом. Она покинула зал, миновала холл и вышла из дворца в холодную ночь. Ей не нужно было видеть и слышать Арина или ощущать его прикосновение, чтобы знать: он рядом.
Кестрел не понимала, почему сиденья в карете были расположены друг напротив друга. Почему они не были предназначены для моментов, подобных этому, когда все, чего ей хотелось, — это спрятаться? Она кратко взглянула на Арина. Она не дала указаний, чтобы зажгли фонари кареты, но луна светила достаточно ярко, окутывая Арина в серебро. Карета тронулась к дому. Арин смотрел в окно на удаляющийся дворец губернатора. Затем он резко отвернул голову от окна и сгорбился на сидении. Его лицо наполнилось чем-то напоминающим изумленное облегчение.
Кестрел ощутила слабую вспышку подсознательного любопытства. Затем она напомнила себе, что именно любопытство привело ее к настоящей ситуации: пятьдесят кейстонов за певца, который отказывался петь, за друга, который не был ей другом, за кого-то, кто был ее собственностью, но никогда не будет принадлежать ей. Кестрел отвела от Арина взгляд. Она поклялась себе, что никогда больше на него не посмотрит.
Он тихо спросил:
— Почему ты плачешь?
От его слов слезы потекли еще сильнее.
— Кестрел.
Она прерывисто втянула в себя воздух.
— Потому что, когда мой отец вернется, я скажу ему, что он победил. Я вступлю в армию.
Последовало молчание.
— Я не понимаю.
Кестрел пожала плечами. Ее не беспокоило, понимал он или нет.
— Ты пожертвуешь своей музыкой?
Да. Пожертвует.
— Но твоя сделка с генералом должна быть исполнена только весной. — В голосе Арина все еще звучало замешательство. — Ты должна выйти замуж или вступить в армию лишь к весне. Ронан… Ронан умолял бы о тебе самого бога душ. Он сделает тебе предложение.
— Уже сделал.
Арин ничего не ответил.
— Но я не могу, — продолжила Кестрел.
— Кестрел.
— Я не могу.
— Кестрел, пожалуйста, не плачь.
К ее лицу прикоснулась нежная ладонь. Арин провел большим пальцем по влажной коже ее скулы. Это ранило ее, потому что она знала: что бы ни заставило его так сделать, это было не более чем простое сочувствие. Она значила для него ровно столько. Но этого было недостаточно.
— Почему ты не можешь выйти за него замуж? — прошептал он.
Она нарушила данное себе обещание и, подняв на него взгляд, сказала:
— Из-за тебя.
Рука Арина дернулась у ее щеки. Его темноволосая голова склонилась и спряталась в собственной тени. Затем он встал со своего сидения и опустился перед Кестрел на колени. Его руки упали к ее сжатым кулакам, которые она держала на коленях, и открыли их. Он взял ее ладони так, будто набирал в пригоршню воду. Он набрал воздуха, чтобы заговорить.