На пыльных тропинках далеких планет
![На пыльных тропинках далеких планет](/uploads/covers/2024-05-02/na-pylnyx-tropinkax-dalekix-planet-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Гор
- Жанр: Боевая фантастика / Приключения / Самиздат, сетевая литература
Читать книгу "На пыльных тропинках далеких планет" полностью
Фрагмент 4
Нас не тревожили почти двое суток. И, в чём я уверен, вовсе не из-за того, что не хотели мешать нам наслаждаться жизнью. Да и какое наслаждение ею, если никто не снимал с нас обязанностей по поддержанию работоспособности форпоста земной цивилизации в ином мире и подготовке к спасательной операции на Большой остров? Это — что касается меня. Инга же в поте лица обрабатывала данные по его фото-видео и радиолокационной съёмке. Выводов никаких не озвучила, но заставила меня снова запустить «Орлана», но уже ночью, чтобы он провёл съёмки в инфракрасном диапазоне.
На вторые сутки пришёл длиннющий файл с анализом научных данных пропавшей экспедиции. Очень любопытный, кстати.
Центр сообщал нам потрясающий своей новизной факт, что мы с Ингой находимся на планете земного типа с преимущественно азотно-кислородной атмосферой. Значительная часть этой планеты, скорее всего (!!!), покрыта водой, но на ней, наверняка, имеются и крупные участки суши. А вращается эта планетка, мало отличающаяся по размерам от матушки-Земли, вокруг звезды, схожей по параметром с Солнцем. Список различий в спектре излучения прилагается.
До своей глупой смерти экспедиционный астроном успел вычислить параметры её орбиты и орбиты её естественного спутника, не обращённого к планете одной стороной, а всё ещё медленно вращающегося. Настолько медленно, что картинка его поверхности полностью повторяется в течение примерно полугода. Здешняя Луна процентов на 15 больше известного нам земного спутника, но его орбита чуть дальше, поэтому приливные явления незначительно слабее.
Определил он и основной состав звёздной системы. Мы находимся на второй планете от звезды. Первая крутится по орбите, откровенно напоминающей орбиту Венеры. Но у местной «Венеры» есть два спутника. Более близкий маленький, а более дальний будет побольше даже здешней Луны. И за счёт влияния солнышка имеет сильно вытянутую орбиту. Есть предположение, что планета его скоро (в астрономических масштабах) потеряет, и порядок нумерации планет системы сдвинется на единичку.
Тутошний «Марс» по массе даже превышает «Землю», имеет небольшую «Луну» и значительно дальше, чем в нашем мире, отстоит от светила. Имеются и местные аналоги Юпитера и Сатурна, но «поменянные местами».
Звёздное небо вообще не имеет никакого сходства с земным. Хотя на нём нашёлся аналог Полярной Звезды — достаточно яркая звёздочка в S-образном созвездии, висящем низко над горизонтом (из-за того, что мы находимся в тропиках). И тоже не абсолютно совпадающая с направлением на север, а отклонённая от него на пару градусов.
В геологическом плане планета то ли моложе Земли, то ли просто чуть активнее. Но это в плане сейсмической активности. Земная геологическая периодизация базируется на останках ископаемой живности и растительности. И в деле её установления Бланк, ввиду недостаточной базы для исследований, далеко не продвинулся.
А вот у биологов результаты работы оказались более существенными. Они выявили параллели в эволюционном развитии Земли и ТемУра. Наличествовали в местной фауне практически все (пауков не обнаружили, чему я совершенно не расстроился) типы живности, вплоть до весьма развитых теплокровных. Причём, подавляющее её большинство в соответствующей экологической нише очень близко́ к земной. Что, по мнению аналитиков, доказывает правильность выведенных наукой законов эволюции. Ага! Учение Маркса всесильно, потому что оно верно! Исключения, конечно, имелись. Вроде той многоногой ящерки, ставшей причиной смерти Исмаилова. В общем, птички, порхающие по пальмам и кустам Базового острова, вполне себе походили на земных, рыба в омывающем остров море была съедобной. И даже мега-слизняк, выползший из моря на запах менструальной крови Инги, имел каких-то измельчавших земных родственников. Не говоря уж о мышеподобной мелочи, роющей норы, и красивых бабочек, порхающих по цветочкам.
Радиоэфир на планете ожидаемо девственно чист. Разумеется, за исключением треска атмосферных разрядов. Никаких признаков жизнедеятельности людей или каких-либо ещё разумных существ ни на островах, ни на ближайшем к ним берегу континента фото- и видеосъёмкой с беспилотника не обнаружено. Впрочем, немудрено: ближайший к островам берег очень напоминает заповедник Карадаг в Крыму: скалы, обрывающиеся в воду, беспорядочно торчащие из неё камни, не позволяющие подойти на лодке к крошечным пляжикам, редкая растительность в расщелинах. За прибрежными горами, высотой до километра, видны более удобные для жизни места, но туда беспилотник не посылали, опасаясь потерять его из-за экранирования горами радиоволн. Лишь рассмотрели на видео километрах в семидесяти севернее то ли залив, то ли устье реки, вытекающей в разрыв горных хребтов.
Съёмки Большого острова в инфракрасном диапазоне показали наличие на нём теплокровной живности, по размерам либо близкой к человеку, либо даже превышающей его габаритами. Но число таких тепловых пятен значительно превышало число членов экспедиции, поэтому быть уверенными в том, что это именно разыскиваемые нами люди, мы не могли.
Настораживали только наличие на склонах «главной» горы острова участков с температурой под семьдесят градусов. Очень больших пятен, что говорило о том, что вулканическая магма находится не так уж и далеко от поверхности. И один из таких участков явно является истоком речушки, температура в которой падает до нормальной лишь в десятке километров от него.
— Надо лететь, — объявил я. — Хотя бы для того, чтобы проверить, не оставила ли экспедиция в Форте продолжение описания своей робинзонады. Звук моторчика «Орлана» люди могли и не услышать, а вот шум вертолётных лопастей не расслышит лишь глухой.
Так что, получив разрешение Центра при очередном обмене текстовыми посланиями, я отправился на крышу ангара (придумал-таки, каким способом мне можно затащить туда бочки с авиатопливом!) готовить «Робинсон» к вылету. Ведь, судя по обломкам катамарана, если остатки экспедиции и ушли на материк, то лишь на построенном из местных материалов плавсредстве. А построить такое — далеко не один день работы. И даже не один месяц, если по-хорошему.
Мою идею лететь в одиночку Гринберг зарубила сходу.
— Одна пара глаз хорошо, а две намного лучше. Да и, в случае чего, помочь тебе смогу.
— В чём? — удивился я.
— Да хотя бы твой автомат подержать, пока ты дверь форта открываешь.
Ну, да. На снимке с Орлана видно, что её перекосившийся край явно придётся приподнимать, чтобы открыть.
Или она просто боится остаться одна?
«Робинзон» (ведь название лёгкой «вертушки» можно и так прочитать) летит к пристанищу робинзонов. После круга над Базовым островом, который я не удержался сделать, чтобы полюбоваться нашим пристанищем.
Остров действительно очаровательный. Как я уже говорил, словно сошедший с рекламного проспекта турфирмы. С белым песочком на пляжах, с прозрачной водой, омывающей их. Правда, за всё время пребывания на нём мы так и не решились искупаться в море: страшновато после той «вустрицы» и описания некоторых рыбок, плавающих в прибрежных водах. Может, запросить с Земли сотню метров сетки-рабицы и выгородить себе «бассейн» для купания?
На юго-западе с высоты в полкилометра действительно видно небольшие островки, незаметные с берега. А уж громадину Большого острова с конической горой где-то во внутренних районах, не заметить просто невозможно.
Пролив между островами достаточно глубоководный, дна не видно даже с борта вертолёта. Так что вряд ли оба острова в обозримом прошлом составляли единое целое. Хотя мысы и прибрежные мелководья, направленные навстречу друг другу, в наличии. Вон, на Курилах проливы между островами тоже не мелководные.
Первым делом сбросил фальшфайер на «поле» возле форта и, несмотря на возмущения Инги, повёл вертолёт на облёт острова по периметру.
— И без того видно, что дверь форта давно никто не открывал, — объяснил я ей в переговорное устройство. — А так я этим оранжевым дымом указал, куда двигаться тем, кто, может быть, остался на острове и услышит звук летящей «вертушки». Успеем ещё разведать «приют робинзонов».
О том, что центральная вершина является вулканом, мы уже знали по съёмкам с беспилотников. И видели фото его кратера с озером неправдоподобно зелёной воды. Так что, смысл пролететь над ним был только в одном: эта точка хорошо видна отовсюду, и, «тусуясь» над вершиной конусообразной горы на ярко-жёлтой винтокрылой машине, мы лишний раз обозначали, что помощь пропавшей экспедиции пришла. Не понравилось лишь то, что вода в кратере немного пари́ла. То есть, расположенная где-то неглубоко магма подогревала её весьма сильно.
Круг над побережьем и «радиалка» к вершине заняли примерно час. За это время на пашне возле форта ничего не изменилось. Разве что, появился круг опалённой травы на месте, где уже догорел фальфайер. Солома от скошенных когда-то злаков уже практически перегнила, и лишь в паре мест я заметил колоски пшеницы, видимо, проросшей из оброненных зёрен.
Частокола вокруг форта не имелось. И это было понятно: он нужен как первый рубеж обороны, а обороняться тут, на острове, отстоящем от материка на несколько десятков километров, не от кого. Тем не менее, я запретил Инге убирать её «ксюху» за спину. Просто потому, что помнил о тепловых пятнах, размером с человека, а то и больше.
Форт. Деревянный сруб из грубо отёсанных тонких брёвен с узкими окнами-бойницами на уровне человеческой головы. С «рамами», обтянутыми помутневшей полиэтиленовой плёнкой. Местами порванной. Покатая крыша из жердей, тоже обтянутая плёнкой, а потом ещё и покрытая сверху соломой. Не скатившейся по скользкому пластику только потому, что снизу снопы упираются в планки, прижимающие полиэтилен. Значит, как минимум, один урожай зерновых члены экспедиции успели собрать.
Дверь действительно пришлось приподнимать, чтобы открыть. Видимо, её строители не решились крепить конструкцию на хиленькие петли, которые можно было снять с дверей на Базе, и приспособили вместо них сложенные вдвое куски толстой шкуры. Интересно, чьей?
Сразу заходить в здание не стал, оббежал периметр очищенной от растительности поляны. И нашёл.
— Инга, подойди сюда.
— Что это? — задала она совершенно неуместный вопрос.
Три больших холмика и один маленький с торчащими из них крестами ничем иным, кроме могил, быть не могли. На немного потемневших от времени деревянных планках вырезаны имена:
Сергей Алексеевич Буйницкий.
Фридрих Теодорович Бланк.
Олег Васильевич Носов.
Вячеслав Львович Кроха-Кнабе.