Ворон и медведь
![Ворон и медведь](/uploads/covers/2024-04-12/voron-i-medved-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Каминский
- Жанр: Альтернативная история / Фэнтези: прочее
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Ворон и медведь" полностью
На склонах священной горы
Под покровом ночи, переправившись через Майн, трое союзных владык атаковали Фрейберг. Сигизмунд командовал воинами, нападавших на Фрейберг с северного склона, густо засаженными виноградниками и садами, – строго говоря, герцог Бургундии не сколько нападал, сколько закрывал защитникам укрепления пути для отхода. Король Хлодомир выбрал южный и западный склоны – второй, как наиболее пологий, был самым легким для атаки, но в то же время и самым укрепленным. Гибульду же достался восточный склон, поднимавшийся к Фрейбергу прямо от реки.
На восточный склон вышел и Хеден. Его ждали – едва шлем с вепрем поднялся над валом, как рядом свистнуло с десяток стрел. Некоторые пролетели мимо, другие ударили в подставленный щит. Хеден усмехнулся и коротко бросил.
-Утыкайте стрелами этих предателей!
Ответный смертоносный ливень пролился на алеманов. Многие из них падали, пронзенные стрелами, но остальные, подбадривая себя криками и проклятиями, упрямо лезли на вал. Сзади алеманов прикрывали собственные лучники, пускавшие стрелы в защитников Фрейберга – и многие тюринги падали с вала, также сражённые стрелами. Меж тем алеманы уже забрасывали наверх веревки с крюками, карабкаясь на вал. Сверху на них лился кипяток, сыпались камни и бревна, летели стрелы. Немало алеманов нашли смерть у подножия вала, но остальные, взобравшись, уже сцеплялись с тюрингами в жестокой рукопашной схватке.
Звон стали, свист стрел, воинственные вопли и стоны умирающих слились в один неумолкающий звук. У подножия вала быстро выросли груды трупов и алые ручьи стекали в Майн. Как не старались тюринги, но удержать вал им не удавалось – один за другим они бежали к распахнутым воротам между двумя башнями. Одним из последних отступил герцог Хеден – тремя ударами меча он убил трех кинувшихся на него воинов. Остальные на миг отшатнулись от свирепого герцога – и он успел проскочить в крепостные ворота, тут же закрывшиеся за ним. В следующий миг в частокол ударили мечи и палицы алеманов, вновь бросающих поверх кольев крюки и прислоняя к частоколу наспех сколоченные шаткие лестницы.
Одним из первых на вал поднялся герцог Гибульд – круша своим молотом черепа врагов, со своей всколоченной бородой и налитыми кровью глазами, он напоминал свирепого короля цвергов, внушая почти суеверный страх врагу. Рыча, словно рассерженный медведь он ринулся к частоколу, едва успев подставить щит от сыплющихся сверху камней и льющегося кипятка. Прикрываясь щитом, он подбежал к воротам и обрушил на них свой молот.
- Смелее, мужи алеманнов! - крикнул он, - сломайте эти чертовы ворота! И где этот проклятый Хлодомир?
Франки тоже не теряли времени даром: они уже поднялись по западному склону, выйдя почти к самому укреплению. С его стен на них тут же обрушился град стрел и копий, однако воины Хлодомира, пусть и неся потери, - не только от вражеских лучников, но и в выкопанных перед валом замаскированных ямах, утыканных кольями, - упрямо рвались вперед. Иные волокли за собой наспех сооруженные тараны из бревен – хоть им стоило немало трудов перетащить их за вал. На нем франки встретили самый ожесточенный отпор – вновь и вновь они шли на приступ, но всякий раз их отбрасывали назад. Однако Хлодомир, обладая огромным преимуществом в живой силе, мог себе позволить не считаться с потерями – и вскоре обескровленные тюринги отступили за частокол. В следующий миг он затрещал от ударов сразу нескольких таранов.
Другие франки меж тем атаковали с юга, тоже почти овладев валом. И лишь на севере, атаки шли довольно вяло, позволяя тюрингам все еще держать вал – Сигизмунд берег своих воинов, не торопясь тратить их жизни под стрелами врага.
Все же не франкам, а алеманам удалось первыми прорваться за частокол, когда под ударами бревен-таранов, ворота Фрейберга, наконец, рухнули. На ворвавшихся внутрь захватчиков со всех сторон кинулись тюринги и алеманы даже попятились под их натиском. Тогда Гибульд, размахивая молотом, сам повел воинов в бой. Чуть ли не в одиночку он прорвал строй тюрингов и, пройдя по их трупам, лицом к лицу столкнулся с Хеденом.
-Проклятый предатель! – выплюнул герцог, - клянусь Воданом, я сам принесу твою голову Круту.
- Клятвы твоим божком ничего не стоят, - расхохотался Гибульд, - есть только один Бог, что дарует нам победу.
Хеден с проклятием ударил мечом – но Гибульд успел подставить щит, одновременно обрушив на врага молот. Удар пришелся прямо в грудь Хедену – его спас только прочный панцирь. И все же герцог пошатнулся, ошеломленный пронзивший его грудь болью. Он еще успел занести меч, но Гибульд опять ударил молотом и клинок со звоном сломался. В следующий миг алеманский молот врезался в лицо Хедена, превратив его в кровавое месиво.
Алеманны разразились радостными криками при виде смерти вражеского предводителя и с удвоенной силой обрушились на дрогнувших тюрингов. Иные из них уже бросали мечи, сдаваясь на милость победителя, но другие продолжали отчаянно отбиваться. Однако, казалось, что надежды для тюрингов уже нет – когда над Фрейбергом вдруг пронесся громкий кошачий мяв. Он несся откуда-то сверху – и все участники сражения, на миг прервав бойню, невольно подняли глаза на этот звук.
На одной из башен, уже объятой пламенем, сидел кот или кошка – с золотисто-рыжей шерстью и огромными зелеными глазами. Никто раньше не видел этого большого, словно рысь, зверя, среди священных животных Фрейберга – однако сейчас его душераздирающий вой оказался настолько громким, что странным образом заглушал все звуки жестокого побоища. Зверь неотрывно смотрел на восток – и те, кто мог, также бросили взгляд туда. И в следующий миг защитники святилище разразились радостными криками, а Гибульд зарычал от бессильной злобы.
Со стороны Виртебурга, на берег Майна выходили все новые и новые воины – конные и пешие, вооруженные мечами и луками, копьями и топорами. Над всем этим, казавшимся неисчислимым воинством реяли стяги - с черным медведем Тюрингии, синей рысью Баварии и золотым грифоном , развевавшимся над головами чернокосых смуглых всадников, обильно поливавших стрелами восточный склон Фрейберга.
Золотой кот, издав еще один мяукающий вой, спрыгнул с башни и, словно растворился во тьме, исчезнув из вида. Впрочем, всем уже было не до странного зверя, когда у подножия Фрейберга разворачивался последний эпизод битвы за Виртебург.