Кровавая Ведьма
![Кровавая Ведьма](/uploads/covers/2024-03-03/krovavaya-vedma-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Анна Кувайкова
- Жанр: Повесть / Фэнтези: прочее
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Кровавая Ведьма" полностью
Глава 17. Пока суд, да дело
— Помяни лихо, — украдкой глянув на мага снизу вверх, зло шепнула я. И уже куда громче добавила, из-под его руки выворачиваясь. — А тебе, я смотрю, больше всех надо? Так сейчас быстро интерес пообобьём. Я тебе еще когда патлы твои вырвать обещала?
Но Волк мне и шагу ступить не дал, придержав за ворот рубахи.
Я, вынужденная остановиться, поморщилась.
Ах, ну да, ну да. Мужская гордость! Как же без неё?
— Что-то я понять никак не могу, — небрежно опираясь плечом на крепкий дверной косяк, рассматривая нас с искренним, неподдельным интересом, протянул Лис. — Его ты, судя по всему, простила. А меня, выходит, нет?
— Я никого из вас не простила, — голос мой звучал так сухо и зло, что сама себе удивлялась. — Но его вина передо мной ничтожна по сравнению с твоей.
— Да что ты? — искренне удивился Лис. — Это почему же, Доминичка? Я исполнял свой долг, как и все остальные. И собираюсь это сделать снова. Как, надеюсь, и другие. Не так ли, Волк?
— Непременно, — хрипло усмехнулся за моей спиной маг.
У меня аж кулаки невольно сжались. Вот зачем он это делает, чего добивается? Уж только всё нормально стало, я обиды отпустила и даже надеяться на что-то начала. Во мне будто надежда появилась — вот доберемся мы до города прабабушки моей, и всё чудным образом изменится. А теперь что?
Зачем этот прохвост снова меж нами разлад вносит?
— Вот видишь, — снова хитро посмотрел на меня Лис. — Он всё еще преданный слуга империи прежде всего. А потом всё остальное. На что ты надеешься?
— Надеюсь? — я горько усмехнулась, пряма в глаза его проклятущие глядя. — Я давно ни на что не надеюсь, Лис. Моя надежда умерла, когда те, кого я считала друзьями, приковали меня к алтарю. Сейчас я просто пытаюсь смириться с неизбежным.
— Позволь не поверить, — оттолкнувшись от косяка, мужчина прошел вперед, и каблуки его сапог из тонкой серебристой кожи глухо стучали по деревянному полу, будто гвозди в крышку гроба вбивая. — Такая, как ты, не могла измениться. Я тебя насквозь вижу. Не знаю, что ты задумала, но учти — всё бесполезно. На сей раз я не дам тебе улизнуть.
— Вперед, — на этот раз уже я улыбалась, да откровенно так. — И я с удовольствием погляжу, как бешеный лис, что та собака блудливая, станет бегать по кругу, гоняясь за тем, чего нет.
— Следи за словами, — предупреждающе сузил глаза маг, хватая меня за локоть.
— Иначе что? — вскинула подбородок я.
— Отпусти ее, Лис, — между нами встал Волк, уставший наблюдать за очередной словесной пикировкой. И перехватил руку Лиса, сжимая ее с такой силой, что даже вены вздулись, а пальцы побелели. — Я сказал — отпусти.
Сереброволосый перевел на него хищный взгляд… но, усмехнувшись, меня всё ж отпустил, отступая.
А мне только того и надо было. Из конюшни я вылетела почти бегом!
Правда, сбежать далеко не успела. Едва шагнула за порог, как тут же в кого-то и врезалась!
— Никуш? — перехватив меня за плечи, не давая упасть, очередной Воплощенный зверь на моём пути с тревогой заглянул в мои глаза. — Ты в порядке? На тебе лица нет.
— Отпусти, — едва стуча зубами от злобы, зашипела я на Ирбиса, чувствуя, как непрошенные слезы набегают на глаза. — Я тебя ненавижу. Всех вас!
Мужчина, казалось, даже удивиться не успел. Только глянул на меня пристально… а меж тем, из-за распахнутых дверей конюшни донеслось гневное, да звонкое:
— Ах, вот ты какой, Серебряный Лис, значит, да? Ну, я тебе сейчас всё покажу, всё устрою. И догонялки, и поиски! Ты что это удумал, черт лысый, Доминичку мне обижать? Да я не посмотрю, что маг имперский, живо язык с мылом промою!!
А следом донеслись звуки, до боли похожие, как будто кто-то кого-то от всей души огрел метлой. Да не по одному разу!
— Лили разошлась? — понимающе усмехнулся Ирбис.
— Угу, — грустно шмыгнула носом я, сразу растеряв весь свой пыл и злобу.
Нашла, в самом деле, на кого срываться. Он-то в чем виноват?
А тем временем скандал на конюшне только набирал обороты:
— Надо же, самый умный выискался. Охотником себя почуял, дичь углядел? Да что б тебе, дурноголовому, счастья не было! Что б тебя жиром раздуло, да лопнуло! Стоять, куда собрался? Я еще не договорила!!
— Пойдем, — едва глянув куда-то мне за спину, Белый Ирбис повел меня подальше от злополучного места. — Лили — взрослая фея, сама справится. А нам нужно поговорить.
Нет, с первым я была согласна. А вот со вторым — нет, и всё тут!
Во мне всё бурлило, клокотало и срочно требовало выхода. И потому, едва нас ноги донесли до особняка, я мигом направилась в единственное место, которое могло меня сейчас мало-мальски успокоить. На кухню то бишь! И уже там, не обращая внимания на удивленных работников, полезла в кладовую. Пощелкав пальцами, развесила повсюду светляков, закатала рукава и принялась за работу.
Травы стоило для начала как следует осмотреть и перебрать.
Ирбис, видя мой настрой, отговаривать не стал, но и с разговорами не полез. Только магов, пытавшихся на шум сунуться, восвояси отправил, куртку свою белоснежную, замшевую скинул, да встал помогать. Молча. Ему подобное было не привыкать. Правда, с травами мы последний раз магичили аккурат лет десять тому назад, задолго до поездки в столицу. Но руки-то помнили!
Правда, и часа не прошло, как в кухню влетел злой до чертиков Лучезар — новый хозяин, значит. Уже целый и невредимый, видать, кто-то с него змеиный яд вывел. А за спиной его, чуть ли не прячась, упирая руки в бока, стояла Людвига.
Что, значит, не по нраву ей мое своеволие пришлось? Ну, ничего. Потерпит! Я ж ее тычки и понукания как-то всю неделю терпела.
— Что здесь происходит?!
Ирбис, как раз перебирающий сушеные веточки расторопши, на него насмешливый взгляд кинул, но отвечать не стал. Уж он-то знал, что мне под горячую руку лезть лучше не стоит!
Но я только отмахнулась я от него, как от мухи назойливой. Еще не хватало мне с каждым встречным-поперечным из-за плохого настроения склоки устраивать.
— Да не ори ты, как оглашенный, а то удар хватит. Лучше люд потихоньку собери: кто больной, хромой, или помощь какая нужна. Подлечим, покуда не уехали.
— Кто лечить будет, ты что ли? — задвигав челюстями от гнева, едва ли не сплюнул на пол Лучезар, а кухарка за его спиной только руками всплеснула. — И по какому…
— Шрам свести хочешь?
— Что? — осекся он, так и не договорив.
Вздохнув, я подкинула на ладони мешочек с сухим горохом, из которого можно сделать неплохую мазь как раз для его физиономии, предлагая повторно:
— Говорю, шрам свести хочешь?
— А ты можешь? — уже менее зло, но еще настороженно посмотрел на меня бывший управляющий.
Ещё бы! Не каждый день ему предлагают убрать то, чего он всю жизнь смущался.
— Ну, кое-что и могу, — пожала плечами. Взяла обычный добротный стул, повернула, да по спинке постучала, приглашая. — Хочешь — прямо сейчас, но будет больно. Иные способы помягче будут, но терпением придется запастись.
Даже не сомневалась, что мужчина шагнет вперед, даже не думая — уж слишком ему увечье мешало жить. А вот то, что мамка его за рукав ухватит, не пуская, стало неожиданным открытием:
— Стой, дурной! Как ведьме верить можно?!
— Ведьмы разные бывают, — решив вмешаться, насмешливо отозвался из глубины кладовой Ирбис. — Одна лечит, другая калечит… Кстати, вам бы я тоже здоровье проверить не помешал. Ваш отек на лице и его цвет явно говорит не о лучшем самочувствии.
И всё это так медленно протянул, вкрадчиво — как кот промурлыкал! Видать еще и магию свою врожденную использовал, благодаря которой всегда к людям в доверие входил, потому как кухарка, неуверенно моргнув, руку одернула.
А вот Лучезар наоборот, уверенно сел на стул верхом, вцепившись в спинку:
— Лечи. Я потерплю, сколько надо.
Я только плечами пожала. Хозяин-барин!
А спустя каких-то полчаса люди на кухню потянулись непрерывным потоком. Слухи, как всегда, разлетелись быстро, и многие пришли хотя бы для того, чтобы поглазеть на чудо чудное. Глядели, глядели на очередное исцеление, а после и сами решались: кому шрам свести, как Лучезару; кому неправильно сросшиеся кости вправить; кого подагра одолела; а кому просто, настой для роста волос надобен был. И все, по большей части, женщины.
Отказывать я никому не стала, щедро раздавая травы и сборы из них. Всё равно скоро пропадут, а если новую травницу или лекарку пришлют, так она для себя новое насобирает-насушит.
Им бы вообще, ведьму какую устроить на работу, ну да это уж их дело.
А пока я с упоением лечила, исправляла, заговаривала и откровенно наслаждалась пустотой в голове. Вдобавок к людям, очень скоро на всех доступных поверхностях были расставлены небольшие чашки, миски, да ступки — вместе с заговорами я принялась еще и за изготовление отваров, микстур и мазей для особо запущенных случаев. Их тоже оказалось немало, так что вскоре к работе была привлечена даже сунувшаяся на кухню Лили.
Расспрашивать, чем там дело на конюшне закончилось, я не стала, а попросту доверила ей корпеть над котелками в очагах, в основном помещении.
Провозились до поздней ночи, и всё это время Ирбис мне тоже помогал, ни словом, ни взглядом не упрекнув за то, что время его отнимаю. Хотя у него, небось, и без моих проблем хватало.
— Поешьте, хоть, — уже поздно вечером, когда я меньше всего ожидала, в кладовой объявилась кухарка, которую я уже долго, признаться, не видела. — Весь день тут, как буряки окопались. Крошки, небось, во рту не было.
— Ага, — схватив одной рукой принесенную чашку, второй я быстренько ухватила женщину, и принялась считать ее пульс, прихлебывая мелкими глотками крепкий мятный чай. — Ага-а-а. Ну, так я и думала. Почки шалят.
— Ты что это? — настороженно посмотрела на меня Людвига. — Лечить меня удумала? Ты учти. Из рук обманщицы я ничего не приму!
Я только плечами пожала, отпуская ее ладонь. Подумаешь! Это когда-то, будучи молодой и глупой, я могла лечить людей и помогать им даже супротив их воли. И только потом понять сумела — насильно их не осчастливить.
Жалко, конечно. Иных прям до слез жалко! Деток так особенно. Но что делать? Полезешь, куда не просили, еще и виноватой окажешься.
— Ох уж эти деревенские предрассудки, — послышался понимающий смешок Ирбиса, и он сам шагнул из дальнего угла, таща особо тяжелую каменную ступку. Водрузил ее, как пушинку, на стол, и отряхнул пыльные ладони, вспоминая. — Сам когда-то таким был. Уважаемая, шутки с почками — дурная забава. Хотите помереть во цвете лет?
— Да кто ж в здравом уме помирать захочет? — всплеснула руками повариха, однако, от чего-то уходить не спешила. — У меня дочь еще замуж не выдадена. И внуков я не до сей поры не дождалась!
— Тогда зачем дело стало? — маг склонил голову набок, от чего его залихватская белая челка свесилась, полностью закрыв левый глаз. Хитрющий такой глаз, светло-голубой, со зрачком вертикальным! — Хорошее питание и правильные травы чудеса творят. Доминика дурного вам не сделает. Иначе б стала она всё поместье от ведьмы спасать?
— Да кто ж ее, ведьму, знает, — не согласилась кухарка, глядя на меня с какой-то упрямой опаской. — Может, сперва добренькой будет. А потом, как та, жизнь из нас тянуть станет!