Ревизор: возвращение в СССР 17
![Ревизор: возвращение в СССР 17](/uploads/covers/2024-04-22/revizor-vozvrashhenie-v-sssr-17-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Серж Винтеркей
- Жанр: Попаданцы
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Ревизор: возвращение в СССР 17" полностью
Глава 17
Москва. Квартира Ивлевых.
– Если ты хочешь, чтобы система оплаты была справедливой и прозрачной… – начал я.
– Не я хочу. Это все хотят, – перебил меня Лёха.
– Не важно, если вы хотите… То, во-первых, надо было вести табель учёта рабочего времени.
– Я записывал, когда кто-то отпрашивался, – протянул мне Лёха мелко исписанный замызганный тетрадный листок. Бегло пробежав его глазами, обратил внимание, что Лёха фиксировал отсутствие даже в несколько часов, не то что полной смены.
– Этот правильно, молодец. Тогда, во-вторых, нам нужна система оплаты! Надо определиться, как делить деньги? Я так понял, – взглянул я на Лёху, – вам не нравится, что мои разделят заработанные ими деньги в подвале между собой? Вам хочется, чтобы все заработанные деньги сливались в общий котел и делились на всех работавших, правильно?
– Ну, да, – кивнул Лёха.
– Значит, тогда тут нужен расчёт, пойдём за стол на кухню, да и займемся.
Сперва мы выяснили с календарём в руках даты, когда стройотряд переходил с одной работы на другую.
Потом я взял двойной тетрадный лист и прочертил слева широкий столбец и подписал его «Дата» и начиная с первого дня, с девятнадцатого июня, перечислил в столбик все даты календаря до тридцать первого августа включительно. Потом мы пометили свадьбу Брагина, когда никто из них не работал. Следующим шагом было определение суммы заработанного стройотрядовцами в каждый конкретный день, это был следующий столбец. Зная даты начала и окончания работы на каждом участке и зная, сколько за это заплатили, мы простым делением высчитывали общую стоимость дня. В следующий столбец надо было вписать количество человек, присутствовавших в тот день на работе. А в оставшийся самый широкий столбец «Примечания» я аккуратно переписал по дням с Лёхиного листочка кто и когда отсутствовал.
– Вот, теперь садись и заполняй сам число человек, присутствовавших в каждый из дней на работе, включая и Женьку Брагину, – велел я Лёхе.
Специально заполняли таблицу карандашом, чтобы можно было исправить в случае ошибки. Лёха суть уловил и быстро заполнял нужный столбец, вычитая из общего числа отсутствовавших. Когда он дошёл до того дня, когда первый раз кто-то из наших отсутствовал не полный день, а несколько часов, я остановил его.
– У вас многие, я смотрю, хоть раз отсутствовали по нескольку часов, – заметил я.
– Да, – махнул рукой Лёха, – то проспали, то ещё что.
– Ты обсуди этот момент с нашими, учитывать эти часы в расчёте или простить? Для тебя проще простить, потому что расчёт за каждый такой день для тебя значительно усложнится. Надо будет делить деньги не на количество человек, а сначала, посчитать общее количество отработанных часов за этот день, определить стоимость одного часа, а потом вычислять, исходя из нормы рабочего времени, насколько меньше должны получить временно отсутствовавшие. Геморрой?
– Геморрой, – ошалело глядя на меня, согласился за Лёху Мишка, внимательно вникавший в то, что мы делаем.
– Простить, конечно, – так же ошалело взглянул на меня Лёха. – Даже спрашивать не буду. Я им что, бухгалтер?
– Ну, тогда и считай, – кивнул я головой, – сколько за каждый отработанный день должен получить каждый, кто в этот день работал. Один раз просуммируешь этот столбец, это будет зарплата человека, который ни разу не отпрашивался. А если отпрашивался, смотришь, какой это был день и вычитаешь эту сумму. Конкретно по Брагиным. Когда у них последний день работы?
– В эту пятницу, – ответил Лёха.
– Ну, будем считать, что ничего не случится и они не будут отпрашиваться. Вот, до двадцать восьмого июля заполняй, пока, таблицу и посчитай их заработок, – подсказывал я Лёхе. – Я смотрю, они не отпрашивались ни разу…
Лёха суть уловил и начал заполнять таблицу. Мишка его проверял и, даже, заметил косячок в одном месте: Лёха забыл отсутствующего полный день учесть, и сумма за день сразу изменилась.
Я же смотрел на третье июля. В этот день одновременно отпрашивались на несколько часов Ираклий Тания и Света Костенко. Больше оба они не отпрашивались ни разу, дисциплинированные товарищи. И, видимо, как раз где-то в это время меня в очередной раз проверяло КГБ. Уж не они ли сдёрнули Костенко с работы?
– А Светка Костенко третьего числа проспала, что ли? – спросил я нейтральным тоном.
– Не помню уже, – отвлёкся от расчётов Лёха. – Нет, она всегда утром на месте. Это надо ей куда-то было... Ираклий тоже на факультет отпрашивался в деканат. А, так и Светку вызывали в деканат! У них с документами там что-то, вопросы какие-то были. Это точно надо простить, не их вина.
– Это, конечно, надо простить, – тут же согласился я.
Значит, их обоих вызвали в университет в один и тот же день. Ну, точно, получается, что Костенко по мою душу опрашивали. И не сказала же ничего, в отличие от Ираклия. Ну, ладно, запомню это…
Лёха высчитал, что Брагины каждый за месяц и десять дней заработали по одной тысяче четыреста семьдесят одному рублю. Меня это впечатлило, и я проверил Лёхины расчёты.
– Да, всё правильно, – вынужден был признать я. – Почти по полторы тысячи.
– Обалдеть! – потрясённо простонал Мишка. – А мы сколько с Маратом за июль получим?
Лёха прикинул, я проверил и получилось по шестьсот пятнадцать рублей.
– Обалдеть! – повторял он. – Обалдеть!
– Слушай, а неплохо вы так за лето заработаете, – заметил я.
– Так без выходных же пашем, – устало, но вполне себе удовлетворенно взглянул на меня Лёха.
– Зато на свадьбу теперь хватит, – улыбнулся я.
– Да, в выходные ещё Света моя приедет. Я уже с нашими договорился. Брагины уедут, моя приедет.
– А моей ещё в десятом классе год учиться, – с тоской проговорил Мишка. – Столько времени теперь не увидимся.
– А кто тебе мешает к ней съездить на выходные, когда шабашить закончим и учеба снова начнется? – по-отечески положил ему руку на плечо Лёха. – Я к Свете в Брянск мотался. И она ко мне в Москву приезжала. И письма всё время писали и звонила она иногда. О, кстати, Паш, а ты в Подольске недавно не был?
– Был, – удивился я. – А что?
– Да тётка моя тут звонила, говорит, видела тебя, ты с лекцией к ним на фабрику приезжал.
– Вполне может быть, – кивнул я. – Только не спрашивай меня о деталях. У меня такая каша уже в голове от этих заводов и фабрик. Каждый день по шесть-семь штук.
– Правда? Это у тебя работа такая? – удивлённо смотрел на меня Лёха. – Тётка в восторге от твоей лекции. Гордая такая, всем рассказывала, что я с тобой вместе учусь и она сама с тобой за одним столом сидела.
– Про Наташку свою ничего не говорила? – поинтересовался я. – Не хорошо так с ней у Брагина получилось…
– Да, нехорошо, но дело прошлое. Травой поросло. Она уже с кем-то встречается.
– Ну и отлично.
Лёха поехал домой довольный. Признался, что камень с души упал, когда стало понятно, как считать народу заработки.
И только тут я вспомнил, что они же с Ираклием уже в Фонд Мира часть денег отдали! Их же надо вычесть из заработка каждого бойца стройотряда.
– Миш, напомни завтра Лёхе про Фонд мира, – попросил я друга, – а то мы забыли вычесть эти взносы из зарплаты Брагиных.
***
Подмосковный город Орехово-Зуево.
– О, пополнение? – встретил начальник караула Загита и Володю Сахарова в одной из городских пожарных частей. – Располагайтесь мужики, через полчаса на инструктаж и вперёд.
– А где располагаться-то? – спросил Володя.
– В комнате отдыха, вторая дверь слева.
Загит с Володей прошли в указанном направлении. Ничто не ново под луной. У них в части также, только, разве что, стола для настольного тенниса нет. Кровати, тумбочки, стол покушать или газеты почитать в свободную минуту.
– Ну, что? Спим по очереди, судя по всему, – заметил Володя. – У них тут всего три кровати. У нас и то четыре.
– Некогда будет спать, – глядя в окно, ответил Загит. – Чуешь, вонь какая? Торф горит, а его фиг затушишь, только затапливать.
– Ну что сказать, доигрались с мелиорацией! – вполголоса сказал Володя.
Загит кивнул. Не та тема, которую охота в незнакомом месте обсуждать. Мало ли кто услышит, а потом сообщит, куда следует, что двое пожарных осуждали политику партии по осушению болот.
***
В среду мы с Василичем ездили в Чехов. Начали с Механического завода энергетической арматуры. Потом поехали на завод Гидросталь, хлебозавод, Полиграфический комбинат, завод ЖБИ и бетонный завод. Молокоперерабатывающий завод. Чехов небольшой городок, но больший промышленный центр.
На Полиграфическом комбинате запланирована была лекция на тему сексуального просвещения советской молодёжи «Половые отношения молодежи и целомудренность». Первый раз на моей памяти такая тема, удивился, конечно, очень. Но когда увидел в зале, что у них, в основном, молодой коллектив, подумал, что, может, у них прецедент какой нехороший произошёл, связанный с нежелательной беременностью или ещё чем-то в этом роде. Нашли, конечно, кого присылать с такой темой. Это лучше возрастному медицинскому работнику объяснять, а не пацану, который младше своих слушателей. Повезло им, что я только внешне пацан. Но что даже умные советы в этой плоскости от меня будут восприниматься людьми странно, я тоже прекрасно понимал. Чую, непросто будет…
– Товарищи, тема сегодняшней лекции очень необычная, – начал я, – думаю, вы лучше меня знаете, почему ваше руководство решило уделить такое внимание вашему просвещению в этой области.
В зале раздались смешки, ропот. Поймал несколько сочувствующих взглядов, но, в основном, на меня смотрели с ехидным любопытством, типа, ну давай, расскажи нам, пацан, а мы послушаем.
– Кто бы нам что не говорил про половые отношения, – приступил я к заданной теме. – А инстинкт размножения относится к так называемым первородным инстинктам, то есть, одним из основных инстинктов, обеспечивающих выживание человеческой популяции наравне с самосохранением, пищевым инстинктом, родительским и стадным. Нам досталось это от наших первобытных предков, это прописано в нашем ДНК и изменить это мы не можем. Зато мы можем контролировать свои инстинкты. Мы же не животные, мы Homo sapiens – человек разумный. Как бы страшно солдату не было, как бы не велел ему его инстинкт самосохранения бежать прочь, он идёт в наступление по приказу командира и, рискуя жизнью, приносит победу своей стране. Так? Можно, получается, контролировать свои инстинкты? То же самое и с половым вопросом. Этот инстинкт ничуть не сильнее инстинкта самосохранения. Чем голову терять в любовном угаре, может, лучше взвесить за и против? Для незамужних девушек хорошая репутация, извините, залог удачного замужества. Про парней говорят: да ладно, не смылится. А подцепить чего-нибудь не страшно? А беременность наступит не у жены? Что будете делать? Скажете, это женские проблемы? Сама пусть выкручивается? На аборт пусть сходит?
– А что здесь такого? – крикнули с задних рядов.
– Опасная это вещь, – ответил я. – Для женщины аборт – это сильный стресс, как физический, так и моральный. Плюс риски различных осложнений. Захочется потом ребеночка родить с любимым человеком, а все, из-за сделанного когда-то аборта нельзя. А когда он узнает про причину, не факт, что семья не развалится. Зачем доводить до этого?