Зеркала
![Зеркала](/uploads/covers/2024-04-30/zerkala-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Джиллиан, Ульяна Каршева
- Жанр: Любовные романы / Мистика
- Дата выхода: 2014
Читать книгу "Зеркала" полностью
5
Перед выездом Леонтий заклеил внутренние зеркальца машины: по-простому приложил к ним бумагу и замотал скотчем. То же сделал с боковым зеркалом машины, правда, залепил не бумагой а тонким слоем продуктового пакетика, да ещё и при въезде в город отлепил. Чтоб гаишники не придрались — объясни он.
Приехав на место, Кира молча вынула из кармана полупальто шейный платок, который там лежал всегда на всякий случай, и завязала себе глаза. По движению машины догадалась, что Леонтий повернулся к ней.
— Там все зеркала убраны, — сказала она немного монотонно. — Но тебе нужен предлог, чтобы туда войти. Поведёшь меня, пока мне не предложат снять повязку. Леонтий. Я тебя очень прошу: выполняй всё, что тебе скажут. Там такие… подонки…
— Что… совсем беспредел? — неожиданно серьёзно спросил Леонтий.
— Если будем слушаться, всё пройдёт нормально. А главное — быстро, — напомнила Кира. — Выводи.
Она зашарила по дверце, ниже окна. Машина качнулась — и девушка замерла, прислушиваясь. Леонтий вышел. Она, высоко подняв голову, слушала, как он, скрипя снегом под ногами, обходит машину, как открывает дверцу и помогает встать. Потом пришлось пару секунд постоять, пока он прихлопывал дверцу, пока чирикал пульт от машины. Поёжилась: после тёплого, разогретого нутра машины прохладно на улице. Жёсткая горячая ладонь взяла её за руку. Она повернулась к ступеням.
— Который этаж?
— Второй.
— Три ступени, — предупредил Леонтий.
Она высоко шагнула и, напряжённо держась, медленно пошла чуть позади ведущего, крепко сжимая его руку. На крыльце сказала Леонтию номер квартиры, тот набрал на домофоне, им открыли подъездную дверь.
Леонтий быстро вошёл в роль поводыря: обо всех порогах и лестницах говорил коротко и вовремя. Она слушала его спокойный голос, полный всё того же задиристого пренебрежения, типа: «Нас голыми руками не возьмёшь!», а сама ощущала, как он, то и дело забываясь, сильно сдавливает её пальцы. Молчала. Нетрудно было предугадать, что Леонтий не выдержит того, что вскоре произойдёт. И Кира только и молилась, чтобы он остался в сознании, после того как всё закончится.
Звонок в квартиру остался невостребованным. Им открыли сразу.
Провели ощутимо тесной прихожей, ввели в помещение попросторней. Издалека был слышен говор нескольких человек и какие-то непонятные звуки, которые, когда Кира встала на месте, сразу определились как тихое всхлипывание. Маша.
— О сопровождении мы не договаривались, — сразу сказал тот же незнакомый голос в страшно прокуренном помещении.
— Это не сопровождение, — сразу ответила девушка. — Это человек, который согласился довезти меня. И потом… Я же не знаю, всё ли вы убрали здесь.
— Всё, всё, — недовольно сказал голос.
— Слышь, бык, ты что… — начал было Леонтий с претенциозными нотками, но на этот раз Кира сжала его ладонь — стиснула изо всех сил, и он замолчал.
— Снимай платок, — скомандовал неизвестный.
Кира помедлила и взялась за скрученную ткань. Большая комната. Простенькая мебель. Ещё две двери. Закрыты. В первую очередь повернулась в сторону тихого плача. Маша сидела в тёмном уголке — как всегда, и сама в тёмном. Длинное иконописное лицо трагически кривилось в плаче. Она виновато взглянула на Киру и судорожно затряслась от нового приступа, спрятав в ладони лицо. Девушка вздохнула.
— Тебе пять минут… — начал незнакомец, быстро встав перед Кирой.
— Заткнись, — негромко сказала Кира. — Сначала я сделаю то, что надо, а потом будешь командовать. Леонтий, пошли.
От неожиданности неизвестный не то что уступил, а просто растерялся. И Кира быстро подвела старшего брата Тима к Маше. Подруга сидела на диване и, подняв заплаканное лицо, вздохнула, глядя на Киру. А та подтолкнула Леонтия к дивану.
— Сиди с ней и не рыпайся. Леонтий, это Маша. Моя подруга. Если будете сидеть спокойно, я быстро сделаю всё, что надо, и мы уедем отсюда. Не встревать. Понял?
Дождавшись, пока удивлённый её неожиданным преображением Леонтий сядет на диван, всё равно вызывающе поглядывая на всех присутствующих, Кира вернулась к тем троим, которые бесстрастно ожидали её.
— Где вопрос?
Двоих, сидевших в креслах у окна, она знала по прошлым разам. Незаметные и тихие шавки сильного человека, в чьи силки она попала по дурости и из которых ей не выбраться, наверное, никогда. Третий, неизвестный, стоял перед нею сейчас и, кажется, даже проинструктированный, не пожелал упустить возможности поставить дерзкую языкастую девку на место. Благо, она и так уже почти рабыня.
— Не фиг командовать тут! — презрительно бросил он. — Закрой рот, и чтобы я тебя вообще не слышал.
Те двое, она видела, переглянулись.
— Вопрос, — холодно сказала Кира. — Не тяни.
— Я тебе что сказал, дура? Не слышала?
— Эй, ты! Чмырь! А ну-ка… — вскипел Леонтий, вскакивая с дивана.
Маша, перепуганно пискнув, вцепилась в него, в полу куртки, и чуть не встала следом. Она-то знала, на что способны эти.
Двое, сидевшие в креслах, быстро поднялись.
— Вы! — властно обратилась к ним Кира. — Если только тронете его…
— То что, шлюха? — гадостно расплылся в усмешке неизвестный.
— Я вам такое скажу — на вопрос! — не выдержала она, наконец. — Всю жизнь плакать будете! Да ещё хозяину скажу, как со мной обращаетесь!
— Отдай ей вопрос, — недовольно сказал один из двоих, обращаясь к новенькому.
Тот помедлил, видимо всё ещё пытаясь придумать, какую пакость сказать, но высокомерно сморщился и протянул Кире небольшой листочек бумаги.
Она раскрыла его и быстро прочитала несколько строк. Не убирая бумаги, сняла полупальто, оставила его на руках Леонтия и спросила:
— Где?
— Дверь слева, — сказал тот же дурак. — Как зайдёшь, увидишь.
Кажется, он ничего не знал о том, что может произойти. Поэтому дурак. Кира сглотнула, снова прочитала вопрос и пошла к двери, спрятав листочек в кармашек штанов. Перед тем как зайти, она помедлила, стараясь удержать дрожь. Двое встали рядом, по бокам. За спиной нетерпеливый голос потребовал:
— Быстрей давай!
— Откуда вы только такое дерьмо взяли? — бросила Кира тем двоим. Опустила глаза, чувствуя, что нужно бросаться как в пропасть, иначе не выдержит и не сможет, и придётся этим двоим заталкивать её в эту комнату, как было однажды.
Одним рывком открыла дверь.
Зеркало она увидела сразу. Сразу заглянула в глаза отражения. И закричала сразу, закрываясь руками, которые кто-то быстро-быстро и одновременно сжигая полосовал. Ноги отяжелели — и даже отступить сил не осталось. Всем телом мотнулась назад, когда те двое схватили её под локти, втаскивая в безопасную комнату. Чуть руки от лица не отдёрнула. Но не отдёрнула — потому что иначе исполосует её, изуродует на всю жизнь.
— Закрывай дверь!! — закричал один из двоих тому дураку.
— Что?.. Что?.. Что с нею… — сквозь раздирающую боль слышала Кира ноющий голос дурака, который мотался где-то неподалёку.
А потом он смешно крякнул и захрипел, а дверь хлопнула под аккомпанемент Леонтиевой матерщины — и почти одновременно один из двоих догадался отбросить девушку в сторону. Промелькнул Леонтий со страшным рыком. Секундой позже завизжала от ужаса Маша, а потом… Драка была страшенной. Кира, усаженная всё же на диван, сквозь кровь смотрела на происходящее и ничего не видела, кроме мелькающих теней, ничего не чувствовала, кроме горящих болью ссадин и порезов…
А потом пришлось встать (Маша, испуганная, помогла на стон сквозь зубы) и, тяжело подняв руку, сбросить с подоконника какую-то стекляшку — может, вазу. «Тихо! Чапай думать будет!» Звон разбитого стекла был таким громким, что драка прекратилась. Она затряслась от странного состояния, близкого к истерике. Дерущиеся замерли, глядя на неё. Взяла себя в руки. Успокоила дыхание.
— Леонтий, — сонно сказала она. — Иди сюда. Мне нужно стоять, а без поддержки…
Плохо различимая фигура надвинулась на неё.
Одновременно она услышала утробные звуки. Тошнило того дурака. Что ж, его точно не предупредили о некоторых особенностях гадания с зеркалами, а он решил, что она устраивает магический выпендрёж-шоу по-чёрному. Не ожидал кровушки-то…
В момент, когда Леонтий взял её за руку и она почувствовала его жёсткую, но надёжную ладонь, Кира закрыла глаза — выход из реальности начался очень медленно и почему-то очень болезненно. И нырнула она в него, как в обморок. Непривычно долгий. И выходила вяло, не сразу соображая, где она и кто рядом.
— Ручку.
Шаги к ней. Глаза тяжело открывать: горячо саднящая кровь, как её ни стирала со лба, всё ползла из царапин — вперемешку со слезами. В пальцы сунули тонкий предмет. Не отпуская руки Леонтия, Кира шагнула к подоконнику, положила ручку, вынула листочек с вопросом, снова взяла ручку и начала писать. Слишком много действий, потому что работала одной рукой. Но ладони Леонтия отпускать не хотелось. И не только потому, что он мог снова кинуться защищать её, но и потому, что с ним было спокойней, надёжней. Окровавленный листок с ответом отдала одному из двоих.
Тот быстро расправил его, прочитал и велел:
— Выметайтесь — все трое! Кира…
— Что?
— Предупреждаю. Не прячься. Кроме подружки, у тебя ещё родные есть.
— Спасибо за совет, — безразлично сказала она, почувствовав, как на угрозу дёрнулась рука мужчины в её ладони. — Леонтий, идём.
— Кира, как же ты с таким лицом выйдешь?.. — плачуще проговорила Маша.
— Возьми полотенце, — раздражённо сказал один из двоих.
— Пусть умоется, — тихо предложил второй. — Сегодня что-то сильно… Ещё кто-нибудь обратит внимание.
— Идите в ванную комнату!
— Дурак, да? — всё так же бесстрастно сказала Кира. — Там же зеркало…
В конце концов, Маша сбегала в ванную комнату, вынесла оттуда тазик с водой и полотенца. Леонтий снова хотел освободиться от хватки Киры, но та, только почувствовав его движение, немедленно сжала его ладонь так, что он послушался. Так и сидела на стуле, пока Маша отмывала ей лицо, а потом залепляла царапины на лице и бинтовала порезы на руках всем, что нашлось в аптечке квартиры, а потом ещё располосованные рукава джемпера приматывала, чтобы одеться можно было, чтобы не висели зря.
Затем отмытое лицо наполовину закрыли тем же шейным платкам и помогли Кире спуститься к машине. На этот раз она села на заднее сиденье, вместе с нею — Маша.
— Куда? — хмуро спросил Леонтий.
— Не знаю. — Кира стащила платок с глаз и устало посмотрела в окно.
— Давайте ко мне, — слабо предложила Маша, с трудом удерживаясь от слёз.
— Ты где живёшь?
— В другом районе города.
Некоторое время Леонтий размышлял, а потом повернулся к женщинам, сидевшим обнявшись. Посмотрев на них заплывающим глазом (Кира про себя слабо застонала: всё-таки влез в драку до отметины!), мужчина сказал:
— Машу — домой. И тебя — домой.
Только было Кира хотела спросить, что значит: «И тебя — домой», как Маша назвала свой адрес, и машина тронулась с места. Доехали, несмотря на пробки, быстро. Леонтий вышел проводить Машу до квартиры, а вернувшись, удивлённо сказал:
— У неё и дочка есть.
— Есть, — эхом откликнулась Кира. Без сидящей рядом Маши ей становилось холодно, хотя в машине печка грела хорошо.