Лягушка в молоке
![Лягушка в молоке](/uploads/covers/2024-05-02/lyagushka-v-moloke-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Silvia_sun
- Жанр: Фанфик
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Лягушка в молоке" полностью
Глава 10
Провести каникулы в замке записалась куча народу, даже паровоз решили не гонять. Отправляли учеников через камины к родичам, иногда авроры ходили с детьми для подстраховки. Директор решил устроить Зимний бал для оставшихся учеников с целью поднятия настроения. Большой зал украсили снежинками и шарами, ледяные скульптуры изображали мифических героев и животных, все носились в радостном возбуждении. Я не участвовала во всеобщем безумии и на вечеринку не собиралась. У меня не было праздничного платья. Да чего обманывать, вообще платьев у меня не было. Мальчишкам было проще, у них были парадные мантии и белые рубашки с шикарными кружевными манжетами и воротничками-жабо. Рубашки были хорошими, только в спине узковаты да рукава коротковаты. Решение нашла летом Аманда, она пожертвовала своей кружевной белой юбкой. Идея была её, исполнение — моё. Получилось неожиданно хорошо, и мальчишкам понравилось. Так что начистят ваксой туфли, наденут галстуки-бабочки (сшиты из старой парадной мантии Абраксаса), накинут парадные мантии и будут выглядеть великолепно. Форменные брюки под мантиями будут незаметны, еще и остатки одеколона Долохова разделят по-братски и начнут очаровывать дам пачками.
От приготовлений к балу у меня раскалывалась голова. Еще и с Томом поругалась. Случилось это так. Он подошёл и пригласил меня на бал, я вежливо извинилась и отказалась, а он вспылил и ушёл. Я даже не успела объяснить, что мне не в чем идти, он умчался быстрее, чем я открыла рот. Мог бы и выслушать. Еще больше ухудшило положение то, что ко мне стал проявлять внимание шестикурсник с Гриффиндора. Магглорожденный Крис Фойл подбивал ко мне клинья с начала года. Он садился рядом в библиотеке, помогал профессору Бири убираться в теплице, передвигал мебель в Больничном крыле по просьбе госпожи Хэлси, в общем, раздражал невероятно. Я не раздавала ему авансов, почти с ним не разговаривала, но он не отставал. Он случайно присутствовал при нашей ссоре с Томом, очень обрадовался и теперь бубнил:
— Ну и правильно, Хел. На фига тебе этот красавчик? А у папки — ферма, гусей много, я тебя на руках всю жизнь буду носить, на пуховую перину класть, откормлю, в шелка наряжу. Мы с тобой — простые люди, будем счастливы вместе. Магия в хозяйстве пригодится. Хочешь, сейчас помолвку объявим? Летом ко мне поедем, честь по чести сделаем. Я тебя пальцем не трону, пока сама не позволишь. Я же к тебе с уважением. А что сирота — не беда, у меня родни на двоих хватит.
Предатель Рекс ластился к Крису, тот подкармливал его салом, кошак не смог устоять. Только тентакула бдительно меня защищала от всего мира, пытаясь задушить каждого посетителя, посмевшего приблизиться на достаточное расстояние. Крис боготворил Дамблдора и симпатии у меня не вызывал. Недалёкий, крепкий, с богатой порослью курчавых рыжих волос и веснушек, он был мне абсолютно чужим. Мне не о чем было с ним разговаривать. Он мог часами рассуждать о преимуществах одной породы гусей перед другой, обожал петушиные бои и с упоением рассказывал о простонародных забавах. Ну не привлекала меня борьба пальцами ног в исполнении кузнеца и плотника. Метание живого угря* на дальность вообще вызывало у меня ужас и отвращение, а Крис хвалился, что победил в этом увлекательном виде спорта на ярмарке в прошлом году. Он тепло отзывался о моей работоспособности и неунывающем характере. Внешность мою он считал аристократической и ругал семью Блэков, ожидая, что мне это будет приятно. Я пыталась ему объяснить, что не страдаю и не нуждаюсь в утешениях, а он только сочувственно вздыхал и пытался поймать своей лопатообразной ладонью мои пальчики.
Я рявкала и убегала, а гриффиндорец хохотал и радостно скалился:
— Огонь-баба! Как для меня сделана!
Я включила тяжелую артиллерию и пообещала проклясть ухажёра, но даже это его не остановило.
— Декан расколдует, он всё может. А я не обижусь, из твоих рук всё приму. Проклинай.
Это вызвало у меня сбой парадигмы, я не нашлась, что ответить. Если я разозлюсь и услышу барабаны, а в этот момент чего-нибудь брякну, то вовсе не уверена, что «великий светлый» снимет мое заклятье. Даже курица-переросток не справится, пусть рыдает днями напролёт. Его вера была выше моего понимания, это немного пугало. К тому же, наивный Крис ничего плохого мне не сделал, таскался хвостиком, проклинать его не за что. Поэтому я просто старалась его избегать. К тому же, мне было некогда. Я страдала.
Мне было обидно, Том демонстративно пригласил красавицу Миллисенту с Равенкло. Она победно сверкала на меня глазами и рассказывала всем желающим, что Том сделал всё по правилам. Еще бы, Мария Долохова била его линейкой и вдалбливала этикет полтора месяца. Он сам её попросил, а потом жаловался, но зубрил куртуазные выражения и виды поклонов. Выпускница Смольного, получившая золотой вензель из рук императрицы, Мария Долохова ответственно подошла к обучению товарища сына. Я была уверена, что приглашение было обставлено по-королевски. Это мне в пику, естественно. Первый раз за три последних года я была в ссоре с Томом. Абраксас и Тони разрывались между нами, но я не хотела, чтобы наши дрязги отразились на друзьях, поэтому тихонько отсела на другой край стола. Тогда началась свистопляска. Со мной трапезничали по очереди то Малфой, то Долохов. Около Тома крутились многочисленные прилипалы. Несмотря на это, два места около Тома неизменно пустовали. Он никому не позволил сесть на моё место. На меня он не смотрел совершенно, я тоже отворачивалась.
Крис следил за ситуацией и бубнил всё настойчивее. Он не пытался приглашать меня на вечеринку, но предлагал провести вечер вместе, поиграть в снежки, закатить пирушку с домашним гусиком. Рекса он благодушно предлагал взять с собой.
Я хотела было его отшить, но Том придрался к гриффиндорцу, и они подрались. Отвратительно, по-маггловски, жестоко и бессмысленно. Крис попал в Больничное крыло с переломом носа, а Том щеголял синяком под глазом. Дамблдор взвалил вину на Реддла и назначил ему неделю отработок. Заживляющая мазь и костерост (магическое средство для очень быстрого лечения переломов) справились с травмами за сутки, но я разозлилась. Поэтому в день бала я сбежала от всех к тентакуле и мирно распускала старый свитер, когда меня нашёл Тони.
Он пришёл с заплаканными глазами и шёпотом позвал:
— Пошли, Хел. Пожалуйста…
Мой весёлый добродушный товарищ закрыл лицо руками и упал на колени:
— Пошли, Хел. Абраша не в себе. Его отца убили. Я не могу его найти… Он из замка выбежал, пока я письмо читал. Помоги, сестричка…
Я подняла Антонина с пола и потянула за собой. Мы выскочили из замка, во дворе дожидался Том с тремя мётлами. Он решительно протянул мне транспортное средство:
— Всё потом. Нужно его найти. Полетели.
Лететь было холодно, я не успела одеться. Накинула полураспущенный свитер, да и только. Малфоя мы нашли на поляне в Запретном лесу, он щёлкал огненным хлыстом и гонял фестралов. Коняшки испуганно шипели, а Абраксас безумно хохотал. В руках у него была початая бутылка огневиски. Мы спустились на поляну и побежали к другу. Увидев нас, Абраксас начал кричать:
— Они пытали его три дня! Молодняк на нём Непростительные отрабатывал. Он жил три дня, Хел! Они отрезали ему руки, чтобы он не мог колдовать, а он держался, три дня держался! Сволочи! Гриндевальд и его банда убили моего папу! Они пообещали, что отпустят женщину и ребёнка, которых он пытался спасти, если он продержится три дня. Он сделал это! Эта ведьма нашла маму и рассказала все, воспоминания показала. У мамы удар был, она в Мунго...
Хлыст по-прежнему был у него в руке, но я добежала и сжала его в объятьях. Том аккуратно отбросил хлыст подальше, тот скрючился и превратился в еловую шишку. Мы все вместе обнимали Абраксаса, а он рыдал и рассказывал, рассказывал. О своем дне рождения в тридцать девятом, о балах в поместье Малфоев, об охоте на вепря, которого загнали два лучших друга, Филиус и Александр, о маминых улыбках, об отдыхе на Ривьере… Мы ревели все вместе, удерживая Малфоя. Том накрыл нас обогревающими чарами, Тони собрал мётлы, а я применила к Абраксасу медицинское заклинание наведенного сна. Его мне показала госпожа Хэлси, «Сомнолус» не входит в школьную программу. Действие заклинания похоже на зелье «Сон-без-сновидений», действует мгновенно и длится шесть часов. Долохов трансфигурировал носилки из сухих веток, а Том левитировал друга в Больничное крыло. Диппет лично встречал нас на крыльце, он даже баллы не снял, отправил всю нашу компанию в Больничное крыло.
Слагхорн суетился и предлагал любую помощь. Я попросила организовать нам переговоры с Марией Долоховой по каминной связи. Мария подтвердила рассказ Абраксаса, но добавила, что отложенные на медицинское освидетельствование деньги пришлось истратить на лечение Аманды. Теперь денег совсем не осталось, но зато миссис Малфой совершенно поправится, как уверяли целители. Через пару дней её обещали выписать. Хотя медицинская экспертиза снова автоматически отодвинулась.
Новости были неутешительными. Теперь разблокировать деньги до совершеннолетия Абраксаса представлялось сомнительным. Денег не было, и взять их было негде. Я постаралась успокоить миссис Долохову, за два летних месяца мы постараемся заготовить дров и пострелять дичь, устроим огород побольше, справимся как-нибудь. Подадим заявку в Попечительский совет, пусть выделяют деньги Абраксасу и Тони, как малоимущим студентам, посуду продадим, проживём. Я в деревне подработку найду, в паб устроюсь, мальчишки могут газеты разносить, не пропадём. Карточки на шесть человек будем отоваривать. Прорвёмся, обязательно.
Мария расплакалась и рассмеялась:
— Да, Хелена, с тобой мы точно не пропадём. Я и забыла, сколько всего мы можем сделать. Расклеилась. Понимаешь, мы его всё время ждали. Ждали, что Филиус вернётся и всё станет по-прежнему. А сейчас надежда умерла. Никогда не будет, как прежде. Никогда…
Я твёрдо заглянула ей в глаза.
— По-прежнему не будет. Будет лучше. Абраша построит новый дом, в саду будут кричать белые павлины, мальчишки женятся, а вы будете баловать внуков и жить счастливо. Главной вашей заботой станет выбор подходящей шали для вечернего чая на веранде и не слишком удачный рецепт пирожных.
Тони устало прервал меня:
— Ты не будешь горбатиться, как крепостная. Я сделаю то, что должен, и деньги будут. Я пытался этого избежать, но видно, ничего не поделаешь. Пиши дяде, мама. Я согласен.
Мария удручённо всхлипнула и прошептала:
— Напишу немедленно. Прости, сынок.
С этими словами она прервала разговор. Мы с Томом удивленно смотрели на Антонина. Он помотал головой:
— Не здесь. Я всё расскажу, вы же не отстанете. Пошли куда-нибудь в надёжное место.
Более надёжного места, чем оранжерея с тентакулой, я не знала. Тони мрачно шагал впереди, я семенила за ним, а Том сбегал куда-то и догнал нас около теплиц. Моя фасоль была очень умненькой, если я просила не трогать гостей, она нежно обнимала меня веточками и вела себя вполне респектабельно. Тони давно не видел тентакулу, поэтому отвлекся от грустных мыслей и удивленно рассматривал чудо-растение.