Адмирал Империи 22
![Адмирал Империи 22](/uploads/covers/2024-05-04/admiral-imperii-22-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Адмирал Империи 22" полностью
Глава 7
Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.
Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.
Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.
Точка пространства: орбита центральной планеты Херсонес-9.
Дата: 3 марта 2215 года.
Император Константин Александрович сидел за большим столом для совещаний в личных апартаментахфлагманского линкора «Москва» и мрачно взирал на проекции тактических карт планеты Херсонес-9 и ее ближайших околосистемных пространств. Рядом с отцом расхаживала из угла в угол великая княжна, которая все это время, лишенная своей «Афины» а главное, свободы действий, не находила себе места. Грандиозные планы бушевали в прекрасной головке капитана-командора Романовой связанные с тем, как выбить этих проклятых «янки» и их прихлебателей поляков из «Тавриды». Однако все начинания и прожекты княжны отец резал на корню, каждый раз находя десятки причин, чтобы не дать хода ее задумкам. Возможно, причина этому была в том, что император по-прежнему относился к своей младшей дочери, как к маленькому ребенку, не желая видеть в Таисии взрослого, опытного, прошедшего не одну космическую битву офицера имперского флота…
Между тем пневмодверь в каюту отворилась, и в проеме показался адмирал Дессе, который войдя, слегка поклонился Константину Александровичу и великой княжне. Император кивнул ему в ответ, пригласив за стол.
— Ну что скажете, мой дорогой адмирал, по поводу этой самонадеянной выходки моего сына Артемия? —без предисловий начал Константин Александрович, когда все присутствующие расселись по местам. — Он и его горе-командиры на наших с вами глазах чуть было не угробили элитную гвардейскую дивизию, бросив ее на растерзание этому польскому выскочке Антонию Чуме!
Павел Петрович Дессе тактично промолчал, только лишь слегка нахмурился. Между тем император продолжал распаляться, сам же искоса погладывая на выражение лица командующего Северным космофлотом, как он на эти слова отреагирует:
— Каперанг Романов видимо посчитал, что имея в своем распоряжении лучшие дредноуты Российской Империи, сможет без особых усилий одолеть легкую дивизию поляков. Но вместо лавров и оваций ему досталась горечь почти поражения!
В этот момент в каюту вошел сам цесаревича Артемий, только что прибывший с кораблями «Преображенской» дивизии на орбиту Херсонеса. Строго на него посмотрев, император продолжил отчитывать сына, ничуть не стесняясь присутствия адмирала Дессе.
— И расскажи-ка нам, юный авантюрист, как ты допустил такую промашку⁈ — с порога набросился на каперанга, Константин Александрович. — Почему ты не смог сохранить целостность построения вверенной тебе дивизии? Зачем безрассудно бросил корабли в погоню? Ты вообще понимаешь последствия своих необдуманных действий? Восемь вымпелов чуть не сгорели в плазме польских крейсеров и сейчас их надо срочно восстанавливать на эллингах верфи, которые и так забиты до отказа!
Артемий Константинович стоял ни живой ни мертвый, потупив взгляд в пол и не зная, куда деть руки. Оправдываться перед отцом сейчас, когда тот был на взводе, не имело никакого смысла. Но больше всего капитан первого ранга Романов, имея крайне честолюбивый характер, не мог простить сейчас императору того, что отчитывает он сына не один на один, а прилюдно. Дессе сидя за столом, молча наблюдал эту сцену с каменным, отрешенным лицом.
— Я не слышу⁈ Ты что язык проглотил⁈ — продолжал разнос Константин Александрович, повторяясь в своих претензиях. — Отвечай, наконец, как допустил, чтобы твои, вернее, мои корабли, вот так вот разбросали по сектору, как собачонок! Восемь дредноутов гвардии потеряли боеспособность! Из-за кого⁈ Молчишь⁈ Так я тебе подскажу — из-за твоего ребячества, отсутствия толковой выучки и пренебрежения инструкциями! Что скажете, адмирал Дессе, нужны нам на флоте такие капитаны? — император напрямую обратился к командующему.
— Позвольте высказать свое мнение, ваше величество, — откашлявшись, произнес Павел Петрович.
Константин Александрович замолчал и кивнул, уставившись на командующего строгим взглядом, в котором мой крестный, многоопытный надо сказать человек, еще вначале разговора увидел некую неестественность. Павел Петрович сразу понял, что весь этот спектакль государь устраивает лишь для того, чтобы, во-первых, оправдать собственные просчеты, ведь именно император поставил своего сына во главе «преображенцев». А, во-вторых, своим якобы праведным гневом в сторону каперанга Романова государь желал обезоружить самого Дессе, который направляясь на линкор «Москва» первоначально сам хотел выступить в роли главного обвинителя. Но так как Константин Александрович взял на себя эту функцию, то командующий должен был по задумке государя не усугублять ситуацию и в итоге постараться замять этот вопрос.
Дессе действительно не стал обвинять сына императора, но не потому, что так задумал сам Константин Александрович. Нет, хитрый командующий неожиданно увидел сейчас в глазах Артемия, чуть ли не с мольбой о помощи, взывающего к Дессе, своего возможного союзника в будущем. Отчитать княжича и потешить самолюбие, конечно, можно было, но зная злопамятность молодого человека и его мстительность командующий Северным космофлотом благоразумно решил наоборот — подружиться с каперангом Романовым…
— Артемий Константинович действительно допустил ряд тактических просчетов, но обвинять его в чем-то большем было бы неправильно, — начал Дессе, обводя всех присутствующих уверенным взглядом. — Он отдал приказ преследовать противника по моей личной инструкции, в которой содержались указания идти к координатам на максимальных допустимых скоростях для перехвата вражеской эскадры. Да, соглашусь, каперанг несколько увлекся, держа свои корабли в постоянном форсажном режиме. Из-за этого произошел сбой в управлении дивизионным строем. Дредноуты разбросало по космосу, отчего они утратили возможность поддерживать друг друга огнем, и это действительно привело к локальным повреждениям некоторых из них при обстреле противником. Но я подчеркиваю, вина капитана Романова только в излишнем рвении…
Император с виду ошарашено, а на самом деле, с благодарностью воззрился на адмирала Дессе. Между тем командующий, будто не замечая его взгляда, продолжал:
— Основная же вина лежит на мне, как на старшем командире, планировавшем данную операцию. Именно я недооценил тактический опыт и наглость польского адмирала, решившего пойти на безрассудный и отчаянный маневр с атакой по одиночным судам гвардии…
— Я понимаю ваше желание выгородить этого лоботряса, — несколько успокоившись, продолжал император, — но…
— При всем уважении, ваше величество, — перебил его, Павел Петрович. — Наше с вами решение назначить князя Артемия главнокомандующим операцией по прикрытию буксировки крепости «Севастополь» было на тот момент единственно верным. И если до конца оставаться честным, то кто бы ни командовал в только что оконченном сражении, исход схватки был бы примерно тем же. Не успей гвардейские дредноуты к месту событий, мы бы недосчитались тех кораблей, которые буксировали крепость… А поврежденные линкоры и крейсера «Преображенской» мы обязательно починим и сделаем это в ближайшие сутки, благо время на восстановление всех вымпелов объединенной эскадры у нас пока имеется…
Таисии Константиновне, так же как и Дессе, с первых минут понявшей, что все эти вопли в сторону Артемия являются ничем иным, как театральной постановкой, настолько стало противно слушать льстивые речи трех царедворцев, видеть благосклонный взгляд отца, благодарные щенячьих глазки своего братца, устремленные на Дессе, а также хитрый прищур самого Павла Петровича, что она решила откланяться и поскорей убраться из покоев императора. Сделала это княжна со словами:
— Не только вы здесь самые что ни на есть незаменимые, господа!
Как я уже говорил, Таисия Константиновна сильно скучала без своего линейного корабля, который в данный момент находился в звездной системе «Тарс», где-то на пути в «Тавриду». Отстраненная от дел и изнывающая от их отсутствия, капитан-командор решила взять инициативу в собственные руки. И если к командованию не то, что космофлотом, даже маленькой дивизией ее не допускали, то эта беспокойная душа все же нашла себе поприще, на которое, ни император, ни Дессе, слишком уж уверенные в скорой победе над Коннором Дэвисом, внимания не обращали…
Проведя некую своеобразную инспекцию орбитального пространства вокруг планеты, Таисия, проверяя данные с оптических сканеров, обратила внимание на обломки, как имперских, так и вражеских кораблей, погибших в недавних стычках на этой самой орбите или в ближнем от нее секторе пространства. Осматривая дрейфующие остовы, княжна вдруг осознала, что многие орудия и системы вооружения, установленные на них, все еще могут быть при желании использованы.
— Так это решит проблему нехватки огневой мощи на самой планете! — обрадованно воскликнула Тася и тут же связалась с планетарными техниками из колонистов, которые не меньше космоморяков стоящего на орбите Херсонеса-9 флота, желали помочь отстоять свою родную планету.
Местная администрация с энтузиазмом восприняла идею капитана-командора Романовой. И на протяжении двух дней, без ведома императора и командующего Дессе, увлекшихся перестановками во флоте и планами разгрома противника, специальные команды рабочих извлекали уцелевшие орудийные башни, а также ракетные установки и прочее вооружение с обломков погибших кораблей. Далее инженеры отравляли их на орбитальную верфь, а после технической наладки — перемещали найденные системы на специальные огневые платформы, возводимые на всей поверхности Херсонеса-9.
— Отец будет весьма впечатлен, когда мы превратим эту скалистую ледяную планету в непреступную крепость, на несколько порядков большую, чем обожаемый им «Севастополь», —внутри себя ликовала Таисия, наблюдая за работами по установке артбатарей, а также за ускоренным восстановлением ракетных комплексов, уничтоженных еще во время атаки на Херсонес кораблей Илайи Джонса-младшего…
Таисия гордилась собой, своей догадкой, и тем, что именно она организовала столь масштабные работы по усилению обороны планеты. Тысячи ремонтников и десятки тысяч роботов-строителей трудились днем и ночью, расчищая завалы и восстанавливая поврежденное оборудование, демонтируя орудийные платформы на погибших кораблях и с помощью огромных принтеров создавая новые укрепленные районы…
— Планетарная оборона, может быть, и не играет сегодня такой роли в космических сражениях, какую она играла полвека тому назад, — хмыкнула Тася, с удовлетворением просматривая график восстановительных работ, который приближался к своему девяносто процентному завершению. — Но чувствую, что наши «морячки» из Северного космофлота и Гвардейской Эскадры сильно поменяют свое мнение на этот счет, после того, как будут прижаты превосходящими силами противника к самой поверхности Херсонеса…