Мистер Фермер. В объятиях тьмы!
![Мистер Фермер. В объятиях тьмы!](/uploads/covers/2024-04-14/mister-fermer-v-obyatiyax-tmy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Focsker
- Жанр: Юмористическое фэнтези / Попаданцы / Самиздат, сетевая литература / Эротическое фэнтези
Читать книгу "Мистер Фермер. В объятиях тьмы!" полностью
Глава 8
Успокоив паникёров, «взял на карандаш» главного из ораторов и бунтарей. Данному индивиду следует уделить особое внимание, дабы чего плохого не вышло. У нас и так всё херово, а тут ещё если, не дай бог, выяснится, что он один из прислужников «злых эльфов», и мятеж нарочно затевает, то быть беде. Организовать слежку за выдрой велю Лее, а вернее, девушке и её деткам. Дети наивны, чисты умом и сердцем, а потому, под предлогом их защиты и защиты всей деревни, велю всё плохое происходящее в семьях непременно сообщать учителям. Странности, неясности, тем более, скандалы, ругань и драки, учитель должен знать всё, чтобы помочь своему ученику, а если нужно и его родителям — так аргументировал свой визит в школу я. Не забыв попутно рассказать частично выдуманную, удивительную историю нашей первой победы над Хранителями рощи.
Дети, воодушевленные подвигом инквизиции, возвращаются к изучению письменности, а с ней и первых чисел. Я же, нашептав ещё парочке верных му и кролли, чтоб те приглядывали за выр-выр, направляюсь на тренировочную площадку инквизиции. Пленные — кому служат, что из себя представляют, были ли причастны к нападению два дня назад, как часто выходят на маршруты и какую главную цель преследуют. Вопросов к этим ублюдкам у меня накопилась масса. И один, самый главный, не свойственный мне, больше других не давал покоя — Сколько боли, физической и моральной, смогут вытерпеть эльфы перед тем, как сознаются, начнут говорить? Жажда мести за тех молодых ребят, за бедную девчонку, что не смогла вместе с друзьями донести послание, одолевали меня. Их смерть от части и моя вина, я должен был предвидеть, что враг после пленения своего парламентария может кинуться в крайности, может напасть, да только не верилось мне в подобное. Я считал эльфов адекватными, договороспособными и крайне умными существами, а не кровожадными маньяками-варварами, издевающимися над своими пленниками.
Мне часто говорили, я слишком мягок для этого мира, нет во мне той звериной изюминки, жестокости и садизма, благодаря которому здесь можно предвидеть и добиться многого. Потому и дела «звериные» по-прежнему всё преподносили и преподносили неприятные сюрпризы. Когда пленники эльфы ожидаемо отказались рассказывать нам о себе и своих планах, я вздохнул с облегчением, ведь, признайся они, начни сотрудничать, то смогли бы избежать законного наказания. Пытать и допрашивать пленников поручил тем, кто более других «жаждал справедливости». Одного из Чистой Крови оставил под надзором инквизиции, в яме, им займётся лично Эсфея. Эта женщина, божество, непременно вытянет из мозга эльфа всю нужную нам информацию. Второго передал Меллэру, попросив при этом использовать на уцелевшем все тайные и запрещенные техники ведения допроса (но только за пределами деревни). Выживет он или нет, не имеет значения, мне нужна информация и… его голова. Так как эльфы покинут деревню на время допроса, я хочу быть уверен в том, что эльф действительно мёртв, а не отпущен со словами «мы ничего не выяснили и убили его».
Иными словами, передача одного из пленных — это своего рода проверка. Если его родичи прирежут ценного свидетеля, значит они тоже предатели, значит сторонники короля и места им среди нас нет. Я чётко обозначил Меллэру эту мысль и возможные последствия. Если же он и его сородичи добудут информацию, выбьют признание, пусть даже теми же ужасными способами, коими эльфы пытали моих жителей, будет им «зачёт и галочка в личном деле».
Кровь за кровь, смерть за смерть.
Покончив с делами деревенскими, я поспешил к ожидавшей меня в доме Зуриэль. Битва, а, вернее, защита всех последователей Эсфеи далась ей очень не легко. В ожидании коварного, сильного и свирепого врага, на службе коего могли быть владеющие магией феи, она несколько дней поддерживала над своими воинами магический барьер, защитный и маскировочный. Пусть сама она это время почти и не двигалась, а воины её в ожидании битвы усердно молились, духовной силы исходящей от одной лишь их молитвы, такую ораву не пробафаешь (усилишь). Потому, вернувшись после миссии, перво-наперво она помогла мне, а после отправилась отдыхать и готовиться к нашим экспериментам. Зуриэль выглядела странно, так же странно себя вела при чём последний месяц. Её поведение, жесты и слова выглядели слишком двусмысленно, а, с учётом полного отсутствия стеснения к собственной наготе, ещё и вызывающе. Нет, она конечно же в первую очередь воин, Ангел Кровопролития и, наверняка, лишена всяких плотских интересов, да только я ведь не ангел, мужчина, как никак… Это её послушное поведение, робость, прям соблазняли, дразнили демона внутри меня. К тому же, я ведь ещё ей и жизнью обязан.
Зуриэль, она достойна звания Ангела. Я уважаю и ценю её точно так же, как Кобаго, его детей, возможно, даже больше. Моя любовь к ней своеобразна, когда она рядом, я ощущаю себя за каменной стеной, будто рядом сильная, способная тебя в любой момент отхерачить, старшая, любящая сестра. Она наивна, верит в хорошо и плохо, к тому же душой своей чиста. Эта женщина слишком хороша для такого отброса как я. Возможно, именно потому, что она и хороша, что свет в ней такой яркий, кто-то вроде меня, тёмный, мерзковатый и тянулся к ней, видел недостижимый моральный идеал, на который хотел быть похож. А ведь ещё, помимо прекрасной души, Зуриэль обладала и силой ангела, способного в одиночку остановить и победить небольшое, но организованное войско. С какой стороны не посмотри — она великолепна.
Когда я вечером пришёл в дом, меня ждали два тёплых ведра воды, готовый ужин, чистая одежда и две ехидно скалящиеся, что-то замыслившие девушки. Желая позвать на ужин Зуриэль, выясняю, что та уже поела, умылась(раньше она делала это при помощи магии, а сегодня как и все) потом позволила себя причесать и отправилась в мою комнату. Убедившись, что со мной всё хорошо, Муррка с Пом как-то странно провожают меня на второй этаж, впускают в спальню, а сами даже не заходят. Кажется, они поймали очередного «заёбушка».
Комната выглядела вычищенной и убранной до блеска. В свете красного, уходящего в закат солнца, вещи мои были аккуратно сложены по стопкам и полкам, горели запаленные девочками тонкие лучинки. Атмосферка весьма и весьма интригующая, особенно, если брать во внимание её. На кровати, поверх одеял, по стойке смирно лежала и глядела в потолок раздетая, как всегда серьёзная и спокойная Зуриэль. Волосы её длинные были собраны в хвост, что, раскинувшись на левом плече, прикрывал большую, так же как и хозяйка глядящую в потолок, грудь.
— Я готова. — Решительно, слегка напугав меня, произнесла ангел. Пройдя вдоль рабочего стола, я, косясь на обнажённую девушку, её спокойное личико, грудь, промежность, тяжело вздохнув, уставился в окно. К вечеру распогодилось, на небе ни тучки, и даже через стекло можно почувствовать тепло. Собирая мысли в кулак, пытаюсь отогнать от себя похоть. Постепенно, издали, стараясь не смотреть на Зуриэль, начинаю свой рассказ о сне, о той женщине Волколак, часть своей силы которой я передал. Я нервничал, говорил много, говорил о разном, о своей перемешанной энергии, обо всех известных мне последствиях её перенасыщения, и конечно же о том, что не хочу навредить моему ангелу защитнику. Последняя фраза пришлась Зуриэль по душе, но, в целом, даже на её вечно равнодушном лице виднелась какая-то странность, я бы даже сказал разочарованность.
— Не бойтесь, господин. Кристалл и та сила, которая его наполняла, не способны мне навредить. Давайте приступим, как вы делали это в своём сне?
Так и не шевельнувшись с начала нашего разговора, всё так же, лёжа на кровати бревном, с сомкнутыми ногами и прижатыми к бокам руками, спросила ангел.
Входная дверь скрипнула, в образовавшемся проёме тут же нарисовались две пары любопытных глаз:
— Раздвинь ноги дура! — Словно я не могу услышать шёпот, что громче обычной речи, прошипела Пом.
— И на грудь, на грудь перевернитесь, Матвеем так больше любит! — Советовала кричащим шёпотом Муррка.
Наконец-то осознав, что тут и к чему, я рассмеялся. Ангел, раскрасневшись, не выдержала, ладонями своими прикрыла лицо и… тут же послушалась девушек. Поступая строго по их советам, Зуриэль переворачивается на живот, раздвигает ноги… прям до шпагата.
— О… а ты так можешь? — Спросила у Муррки Пом.
— П-порвусь… — Сглотнув, ответила та.
Я вновь рассмеялся, ангел всё воспринимала слишком буквально.
— Эй, вы двое… — От обращения моего дверь захлопнулась, но от неё никто не ушёл. Шипя друг на друга, обвиняя невесть в чем, они начали ссориться. — Вместо того, чтоб советовать, лучше бы подошли и помогли, видите, Зуриэль стесняется.
Дверь вновь приоткрылась.
— Зуриэль, ты не против? — В один голос спросили девочки.
— Не против, я не знаю, что делать, и так точно будет лучше. — Проговорила в подушку ангел. Пом оживилась, расстёгивая свою куртку, а затем и пуговицу на штанах, тут же двинулась к кровати, но я был вынужден её попридержать.
— Перед этим у нас есть ещё кое-какие важные дела. Пока постойте у дверей. — Здесь говорил без шуток и юмора, со всей свойственной мне серьёзностью. Если я начну наполнять ангела маной и что-то пойдёт не так, пусть будут на отдалении. Пусть Зуриэль и убеждает в обратном, но кто знает как оно будет на самом деле.
Две любознательные, готовых хоть с утра до вечера наблюдать за сношениями и моей магией девицы, с нескрываемым любопытством на лицах замерли. Предупреждение моё до них дошло, это хорошо.
Сев на кровать рядом с Зуриэль, осторожно касаюсь её плеч руками. Девушка дрогнула, кожа её тут же стала нагреваться, становясь теплее и теплее.
— Пока ноги можешь сомкнуть. — Попытался пошутить и немного разрядить возникшую между нами неловкость я.
— Есть! — Ударив массивными икрами друг об друга, со шлепком, по-военному отозвалась нервная Зуриэль. Мда, не получилось, ладно, продолжим.
— Если вдруг почувствуешь что-то неприятное, опасное, тем более болезненное, немедленно об этом мне скажи, поняла?
— Поняла. — Тело ангела напряглось, голос вновь стал серьёзен. Шутки кончились, дальше лишь опасные эксперименты.
Вспоминая то чувство, желание помочь, исцелить, заставить двигаться, к нему добавляю тот небольшой опыт по высвобождению энергии из моего тела. Тратить ману не самое приятное ощущение. Выход её всегда сопровождается побочками, сухостью, усталостью, ломотой и болью. Муррка знала об этом лучше других и после того, как мы приступили, пока Пом таращилась, принесла в комнату воду и еду.
— Не отвлекайтесь, ваша сила развеивается. Сядьте ровно, доверните корпус, я чувствую энергия ваша блокируется в области повернутой грудной клетки. Для лучшего результата вам лучше сесть мне на спину или таз, выпрямиться. — Проговорила ангел. Сидеть полубоком действительно некомфортно, я много об этом думал, и, возможно, как и ранее мысли мои как-то передались Зуриэль. Может ли быть, что она сейчас чувствовала то же, что и я?
Послушно исполняю её советы. Своей пятой точкой приземляюсь на её поясницу, ибо, сядь я на бёдра, даже до лопаток бы не дотянулся, не говоря уж о плечах.