Эта местность ... из-за сухости не производит риса
![Эта местность ... из-за сухости не производит риса](/uploads/covers/2024-04-12/eta-mestnost-iz-za-suxosti-ne-proizvodit-risa-201.jpg-205x.webp)
- Автор: l_eonid
- Жанр: Языкознание / Ботаника / История: прочее
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Эта местность ... из-за сухости не производит риса" полностью
Рис на краю пустыни
По важности предоставляемой информации о киренском сильфии — вымершем к середине первого века растении, источнике популярнейших в античном мире специй и лекарственных средств — “География” Страбона занимает почётное второе место. Сразу за сочинением “Исследование о растениях” Теофраста. Стоит ли говорить, насколько важна в этом случае точность перевода.
По словам автора одного из последних переводов Страбона — перевод “Географии” всегда был трудным делом. Существует проблема перевода многочисленных редких или уникальных слов, разных по стилю обширных пересказов малоизвестных авторов, двусмысленностей и огромного объема работы. Текст может быть одновременно удручающе туманным и раздражающе многословным. Переводчики склонны к значительным добавлениям в попытке сделать текст более понятным, заменяя двусмысленности многословием. Даже самые последние переводы всего произведения или его части (на немецкий, французский или итальянский) скорее пересказы, чем точное воспроизведение (Roller, 2014).
Результатом настолько трудного дела стало появление в переводах тех или иных очевидных ошибок. Такие ошибки выявляются по несоответствию контексту, противоречию с известными фактами и просто по некоторой бессмысленности. Одно из таких бессмысленных высказываний обнаружилось в следующем фрагменте, непосредственно связанном с сильфием:
Если идти от впадины Большого Сирта, почти около Автомал, по направлению приблизительно к зимнему восходу солнца, то достигнешь Авгил за 4 дня. Эта местность похожа на Аммон: тут заросли пальм и обилие воды; простирается она над Киренаикой по направлению к югу и на расстоянии до 100 стадий богата деревьями, до 100 других стадий имеет только посевы, хотя из-за сухости не44 производит риса. Над этой страной находится область, производящая сильфий; затем идут ненаселенная область и земля гарамантов. Область, производящая сильфий, узкая, длинная и довольно сухая; в длину она простирается, если идти на восток, на расстояние около 1000 стадий, а в ширину — на 300 стадий или немногим более, по крайней мере известная её часть (Страбон XVII.3.23).
Основной интерес представляли указания на границы, позволяющие привязать область распространения сильфия в Киренаике к современной карте. Хотя высказывание — “эта местность ... из-за сухости не производит риса” не могло остаться без внимания. В данном случае “эта местность” расположена на краю Сахары и действительно суха. Поэтому упоминание о её непригодности для весьма влаголюбивого риса не несёт никакой полезной информации и потому бессмысленно, а необходимость не ясна.
Примечание к разделу, за номером 44, ясности не добавляет:
44 «Не» (uk) вставлено Корэ.
Запросы в разных поисковых системах не принесли сведений о том, кем был этот самый “Корэ”, чем знаменит и зачем вставил (uk), а не (ouk) или (ou). Всё же “не” по-древнегречески — οὐκ или же οὐ, если после него стоит согласная буква.
По мере постижения своеобразия древнегреческо-русской переводной литературы[4], поисковым сложностям нашлось объяснение.
Корэ оказался Адамантиосом Кораисом (1748-1833) — этническим греком, уроженцем Смирны — доктором медицины и членом Парижского общества наблюдателей человека. Все проблемы с поиском информации о нём были связаны с тем, что его нефранцузская фамилия, при отсутствии латинского написания Coray, требовала другой русской транскрипции — Корай. Так как это сделал Александр Не́гри[5], переводя с французского на русский язык записку “О нынѣшнемъ просвѣщеніи Греціи” (Корай, 1815).
Само же критическое прочтение древнегреческого текста Кораисом по-прежнему вызывало вопросы.
Не имело никакого смысла писать о том, что рис не выращивается в присахарской полупустыне, если в первом веке он не выращивался в наиболее подходящих для него областях Средиземноморья. Даже в соседнем с Киренаикой Египте, где в наши дни риса ежегодно собирается от 5 до 7 млн. тонн (FAO, 2024), сам рис, как сельскохозяйственная культура, появится только после завоевания Египта арабами в VII веке. Первые посевы риса в самой Италии, в долине реки По, вообще относятся к пятнадцатому столетию (Зайцев, 1980).
Да и сам Страбон называет, помимо Индии, совершенно другие области современного ему рисоводства — Бактрию, Сузиану, Вавилон и Нижнюю Сирию (Страбон XV.I.18).
Заявление о том, что, говоря о Нижней Сирии, Страбон пишет о выращивании риса в Палестине, на болотах Хулы в долине реки Иордан (Sallares, 1993) — не нашло подтверждения. Оно, вероятно, связано с неверным предположением о положении Нижней Сирии, поскольку у других древнегреческих авторов κάτω (внизу) рассматривается как южная часть. Например, у Геродота — это страны к югу от Ионии (лежащие ниже) или римская провинция из южной половины Галлии — Нижняя Галлия у Плутарха. Кстати, в настоящее время рис в долине Хула, как и во всём Израиле, тоже не выращивается (FAO, 2024).
Какую часть Сирии считать Нижней — северную или южную, можно узнать у самого Страбона:
я добавил длину Евфрата... до Фапсака, где река отделяет Нижнюю Сирию от Месопотамии (Страбон XVI.1.13).
Областью рисоводства в нижней, то есть в северной Сирии (рис. 1), так же как и в Вавилонии, была долина Евфрата.
Рис. 1. Буквами А, В, С обозначены три предполагаемых места[6] расположения Фапсака или Тапсака (Θάψακος). Самое северное нанесено согласно Библии (основа карты — фрагмент иллюстрации к статье Рим из энциклопедии Брокгауза и Ефрона).
В зависимости от пожеланий современных авторов, высказывание Страбона может использоваться как для подтверждения версии о выращивании риса в Сахаре, так и наоборот.
Страбон был бы весьма удивлён, если бы узнал, что по его словам рис в Сахаре выращивали гараманты, и он видел это своими глазами:
Страбон записал, что гараманты в Сахаре уже выращивали рис. Несомненно, это был, как мы показали в другом месте, вид Oryza, отличный от обычного риса и произрастающий на берегах Нигера (Chevalier, 1939).
Страбон во время своего путешествия по Египту записал, что видел выращивание риса в пустынном оазисе, населенном народом по имени гараманты (Ferrero et Vidotto, 2010).
По мнению других авторов, текст Страбона в этом месте искажён и рис в тексте следует заменить на что-нибудь более подходящее для условий сухости. Например, на полбу:
Поскольку ὄρυζα означает рис, то слово, очевидно, является результатом искажения текста и должно быть изменено, как предложил Боначелли, на ὄλυρα, означающее пшеницу-двузернянку (Triticum dicoccum) (Applebaum, 1979).
Среди основных сельскохозяйственных культур рис обладает наименьшей устойчивостью к засухе. Так ведь и пшеница не самая засухоустойчивая культура. Об этом информирует Сельскохозяйственный энциклопедический словарь:
К засухоустойчивым с.-х. культурам относят сорго, среднеустойчивы пшеница, ячмень, кукуруза, просо, слабоустойчивы овёс, рис.[7]
Лидером же по засухоустойчивости является сорго (Sorghum bicolor) — не только очень засухоустойчивая, но и солестойкая культура, хорошо переносящая как почвенную, так и воздушную засуху. Несмотря на высокую засухоустойчивость, сорго исключительно отзывчиво на орошение (Гашкова, 2003).
В Древнем Египте сорго, известное в современном Египте под названием дурра, попало на росписи гробниц как Верхнего, так и Нижнего Египта (Wilkinson, 1878), за тысячу с лишним лет до того, когда Страбон задумал написать свою книгу (рис. 2).
Рис. 2. Слева — уборка урожая сорго (дурры) в Древнем Египте, Дейр-эль-Медина, гробница Сеннеджема (XIII–XI в. до н.э.); справа — метёлки сорго (Sorghum bicolor)[8].
По мнению Хелен Каделл, олиру (ὄλυρα) в Египте эллинистического периода отождествляли с сорго. Для обоснования этого утверждения, название полбы — bote, из коптского перевода Септуагинты[9], необъяснимым образом корреспондирует с арабским названием сорго — аль-дура (Cadell, 1970).
Правда, по словам Саллареса, предположение Каделл о том, что ὄλυρα была сорго, опровергается тем фактом, что олира стоит в одном ряду с пшеницей, как культура осеннего посева, доказывая, что это было растение длинного дня, как пшеница и другие злаки умеренного климата, а не растение короткого дня, как сорго (Sallares, 1993).