Вернуть Боярство 9
![Вернуть Боярство 9](/uploads/covers/2024-04-24/vernut-boyarstvo-9-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Максим Мамаев
- Жанр: Попаданцы / Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези / Магическое фэнтези
Читать книгу "Вернуть Боярство 9" полностью
Глава 20
Кандалы громко звякнули при очередном движении — нестерпимо захотелось почесать кончик носа. Я досадливо поморщился, глядя на эти проклятые железяки… Хотя нет, скорее как раз наоборот — особым образом освященные, изготовленные артефактором Архимагом из числа монахов Русской Православной Церкви, с нанесенными на них строками из святого писания, они блокировали ток маны в теле одарённого, которому не повезло бы оказаться в застенках Священного Синода Российской Империи. Вроде меня в данный момент, да…
Вздохнув, я ещё раз оглядел место, в котором собирались устроить показательное судилище над одним чересчур самоуверенным чародеем, преступившим законы божеские и, что более важно, имперские — над вашим покорным слугой, Аристархом Николаевым-Шуйским. Чистое, ровное как стол поле, десяток высоких, смахивающих на троны кресел, где заседала комиссия аристократов, и в центре главное, одиннадцатое место — то, на котором сидел мой дядя. Председатель сегодняшнего судилища собственной персоной.
Дядя был хмур, бледен и явно изрядно зол. Настолько, что даже сидящие рядом бояре и несколько монахов вроде Велизария — большие шишки Синода из числа тех, кто отправился в этот поход. Всем этим людям предстоит принять сегодня непростое решение — что делать со мной после того, что я устроил. И по древним традициям, во время военного похода совершившего серьёзное преступление чародея должны были судить прилюдно. А потому вокруг собралось громадное количество аристократов — Главы и Старейшины Магаданских Родов и та знать, что входила в состав отправленного на Дальний Восток флота.
Я вздохнул и почесал левую бровь. Не то, что бы я нервничал, совсем нет — скорее меня раздражал тот факт, что из происходящего было решено устроить едва ли не цирковое представление. К чему вся эта орава народа, дядя, если решение фактически принимать тебе? Как и нести за него ответственность… Хотя что это я — скорее всего, в том и дело, что он хочет снять её часть и распределить по окружающим. Простят ли меня, накажут ли — но потом, в походе, каждому, кто попробует поднимать эту тему, он сможет тыкнуть в носом факт этого судилища. У всех была возможность услышать за что и почему меня судили, и если смолчавший здесь попробует возникать позже, ему резонно ответят — а чего ж ты тогда, когда у тебя была такая возможность, промолчал, друг дорогой?
Дурость, как по мне. Армия — это армия, без принципа железной руки и твёрдого единоначалия даже лучшее войско постепенно превращается в стадо баранов, у каждого из которых в самый неподходящий момент может оказаться свое мнение и видение того, какие приказы выполнять, а какие не стоит. Как говорил кто-то из живших до меня — я предпочту быть в войске баранов, возглавляемых львом, чем в войске львов во главе с бараном… Так вот — я с этими вариантами не согласен. Пусть уж и во главе, и в составе войск будут львы, иначе это не война, а дибилизм клинический…
— Ты в любой момент можешь сломать оковы и оказаться свободным, мой друг, — раздался в моих ушах тихий шепот. — Одно твое слово, и я…
Дядя и старшие по рангу из присутствующих монахов и чародеев как по команде нахмурились и с подозрением уставились на меня. Ни увидеть, ни услышать моего собеседника они, по идее, не могли, но вот смутно ощутить присутствие незваного гостя — вполне. Я негромко, так, что бы слышали лишь они, ответил ему:
— Заткнись, Маргатон. И проваливай!
— Как скажешь, дорогой друг, как скажешь, — хихикнул довольный Владыка Крови, витающий вокруг меня незримой и неощутимой дымкой. — Но если что — ты только свистни, и я тут на все деньги погром устрою! За тебя, дружище, я им тут всем головы поотрываю!
Я лишь хмыкнул на это самоуверенное заявление. Поотрывает, скажешь тоже… Тут собралась такая толпа старших чародеев, что они даже не самого слабого божка толпой запинают. Да заявись сюда прямо сейчас хоть Младший Бог в полной своей силе — бедолагу на алхимические ингредиенты разберут быстрее, чем тот маму позвать успеет. На пару сотен метров вокруг нет, за редким исключением, почти никого ниже Мастера рангом — ожидается суд над нечестивым чернокнижником, как успели раструбить некоторые из особо возмущенных святош, и слабаков на такое мероприятие не пустили. В конце концов, присутствие зрителей здесь нужно ещё и на случай, если я рискну бросить мощь, заработанную чудовищной гекатомбой, одной из крупнейших в истории страны, на попытку бегства.
Ну, так полагает большинство — дяде я сразу сказал, что подобного делать не собираюсь. И, что более важно — слово дал, что приму любое наказание. Нет, естественно, если приговорят к смерти — я попытаюсь сбежать, не самоубийца же, но подобное крайне маловероятно. Нужно быть законченным дегенератом, что бы убивать одну из самых эффективных боевых единиц перед большим наступлением, в котором каждый чародей моего калибра будет на вес золота — камчатская кампания, к сожалению, не будет решатся одним генеральным сражением. Высадиться, закрепиться, начать наступление и открыть несколько дополнительных участков фронта, на которые японцы и их союзники перекинут большую часть сил, что сейчас осаждают Петропавловск-Камчатский… Казните меня — и Смолов тут же заберет все три наши судна и полетит назад. Более долгим, но значительно более безопасным маршрутом, чем прибыли. А это ещё и минус Архимаг, Старший Магистр и несколько Младших Магистров, не говоря уж о прочих… Количественно — немного, но это элитные силы. Из числа тех, кто зачастую решают исход сражений. Есть, конечно, в нашем флоте и бойцы почище моих — одни боярские дружины чего стоят, но даже так это будет ощутимой потерей.
Так что голову мне не оторвут… Но вот то, что наказать могут весьма сурово — не сомневаюсь. Скажу больше — дядя обязан это сделать. Нельзя допускать, что бы устроенное сошло мне с рук — это подорвет дисциплину в войсках и его личный авторитет. Если можно Николаеву-Шуйскому — то почему нельзя нам? Бояре и представители Великих Родов дворян точно придут к такому мнению.
В общем, я подложил родичу немалую свинью. И наказать меня надо показательно, и слишком усердствовать нельзя… Не будь мы родичами, он бы, возможно, даже плюнул на потерю моих бойцов и просто лично оторвал бы мне голову — но мы родичи, и потому придется Сергию Белозерскому заниматься тем, от чего он бежал, уходя из Рода Шуйских — политикой. Той самой грязью, где сидеть на двух стульях — это минимальный допустимый порог, а в идеале твой зад должен подгребать под себя как можно больше разных табуреток…
Почтенной публики уже почти и не прибывало — все, кто хотел, уже прибыли. О чем-то тихо посовещавшись, заняли свои места и мои будущие судьи — Велизарий с ещё парой монахов, Морозов, Минин, Чарторыжский и Шереметьевы — от бояр, Берестов и Ожерельева — от двух соответствующих дворянских Родов. Вот и состав моего суда… По идее, первыми по рождению и праву должны идти Шуйские — но так как моё происхождение секретом ни для кого не являлось, Ярославе места среди высоких кресел не досталось. Но она пришла — вон, стоит с горсткой наших родичей, отдельно ото всех, и сверкает глазами на председателя данного мероприятия… С огнём в крови женщина, что тут скажешь. И плевать ей, что я там совершил — всё равно явно готова горой за меня стоять. С ней почти сотня бояр нашей фамилии, оба моих Пети и все Мастера и Младшие Магистры моих кораблей. Мощный блок поддержки, ничего не скажешь…
— Думаю, можно уже и начинать, — заговорил, наконец, Сергий. — Причина сегодняшнего, надо сказать весьма неприятного, собрания известна, думаю, всем, однако я всё же напомню — Глава Рода Николаевых-Шуйских презрел все обычаи предков и мои приказы и устроил массовое жертвоприношение военнопленных. Гекатомба и Магия Крови в худших, темнейших её проявлениях! Тридцать девять тысяч рядовых воинов, две с половиной тысячи младших чародеев и почти сотня чародеев четвертого и выше рангов, сложивших оружие, были подло убиты этим человеком, и сегодня нам надлежит решить, каково будет его наказание!
— Две тысячи семьсот сорок восемь магов до третьего ранга включительно и сто сорок Мастеров и Младших Магистров! — раздался в моём разуме наигранно-возмущенный голос Маргатона. — Да и пехотинцев было сорок четыре тысячи восемьсот два, а не тридцать девять тысяч! И это называется правосудием⁉ Святоша тебе подыгрывает! Измельчали слуги Небес, ох и измельчали…
— Ой, да шел бы ты в зад, — «подумал» я в ответ.
Тем временем среди собравшихся пошли шепотки — очевидно, точного количества никто не знал, и услышанная цифра их весьма впечатлила. Причем явно не в лучшем смысле…
— Для начала, прежде чем определять наказание Аристарху Николаевичу, я хотел бы поинтересоваться — что это были за чары? Что за духов он призвал, для чего использовал такую громадную жертву и каковы возможные последствия его связи с теми, кому ушла эта энергия? — поднялся, наконец, первый из судящих меня аристократов. Сергей Морозов, Архимаг и Старейшина этого Рода. — Такие чудовищные жертвы должны были высвободить невообразимый объем энергии, который, при всем моем уважении, Аристарху Николаевичу самостоятельно никак не обработать.
— Ну, я бы не был так уверен насчет последнего, — хмыкнул Велизарий. — Судя по тому, как он дрался с Магом Заклятий, ещё как мог бы. И вполне возможно уже пустил в ход, но пока не спешит делиться с нами результатами сего деяния.
— Этим вопросом вы лишь расписываетесь в своем невежестве, уважаемый, — с легкой насмешкой ответил монаху чародей. — Я понимаю, вы раб божий и силу для деяний своих черпаете в его кладовых. И ваш истинный господин вас ценит достаточно, что бы это не имело для вас никаких печальных последствий… Но нам, простым смертным, подобная роскошь недоступна. Если бы господин Николаев-Шуйский попробовал самостоятельно пустить в ход полученную силу, он бы лопнул, как мыльный пузырь.
— Как мыльный пузырь, что уничтожил бы почти всё живое в радиусе десятка километров, — счел важным дополнить Берестов, также являющийся Архимагом. — Даже Маг Заклятий одним махом такую силу не высвободит. Будь иначе — чернокнижники давно правили бы миром, а в армиях как таковых не было бы никакой нужды.
— Что ж, тогда действительно возникают вопросы, Аристарх Николаевич, — не обратил внимания на тон своих собеседников синодик. — И думаю, будет справедливым узнать на них ответы, прежде чем принимать решения… Итак?
Я задумчиво поглядел на небо, не спеша отвечать замершей в ожидании публике. Вот как им всё объяснить, если я сам в своих рассуждениях наполовину полагался на своё чутье? Его, к сожалению, в разряд прямой и понятной логике не пропихнешь… Ну да ладно, что-то молчание затягивается. Вон как дядя зло зыркает — мол, начинай уже говорить, стервец!
— Ритуал, как вы правильно обратили внимание, не был призван напрямую увеличить мою личную магическую мощь, — начал я. — Да и неведом мне способом подобными вещами подстёгивать своё развитие… Цель сей гекатомбы была в ином — я заключил магический контракт с одной весьма могущественной сущностью из иных планов бытия. Жертвы, что я принес посредством своего ритуала — это предоплата, цена за то, что бы в час нужды эта сущность пришла к нам на помощь. А после увиденного у меня не осталось сомнений — нам эта помощь понадобится там, на Камчатке. Ибо сил нашего флота явно совершенно недостаточно для того, что бы переломить ход событий на данном театре военных действий.