Наследник проклятого дара
![Наследник проклятого дара](/uploads/covers/2024-05-05/naslednik-proklyatogo-dara-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Карпов
- Жанр: Попаданцы / Самиздат, сетевая литература
Читать книгу "Наследник проклятого дара" полностью
Глава 17: Давай оставим его на потом?
Как было в той книге, "И показывает Ему все царства мира и всю славу их, и говорит Ему: всё это дам тебе, если, пав, преклонишься мне", так вроде?
Если же нет, всех убью, если не поклонишься? В тему событий прям.
Мой выбор сделан уже давно. В тот день, когда я вышел против Тёмкина. Именно тогда было принято решение, что правила, по которым я буду жить в этом мире, устанавливать буду только я сам.
— Мальтус, — в моей руке появляется Нарезатель, — не в твоей власти ограничивать мой выбор. Ты раб, а я нет. Самое время бежать тебе к своему господину. Я ведь убью тебя, в любом случае!
Я собираю в кулаке всю мощь своей магии, повторяя трюк, который использовал в дуэли против Антона Мещерского и моя рука окутывается тьмой. На этот раз это не тонкая плёнка. Сейчас, это твёрдая шипастая латная перчатка.
— Ваше сиятельство, ну как же так? — издевательским тоном тянет Мальтус, — может, всё таки, станешь, хотя бы, князем сначала? Все ведь умрут скоро. Я их убью, а ты помрешь несчастным глупым сиятельством, — уголки его губ растягиваются в улыбке, — самому не жалко так подыхать? Нет? Ну что ж, тогда начнём битву! — радостно скалится инквизитор.
Время разговоров закончилось. Я не буду ему отвечать, потому что я уже ответил, но не ему. Теперь, я готов к драке.
Он думает, что знает меня. Но я это не то, что было в моей жизни. Это всего лишь события, которые происходили со мной, но также, их могло и не быть. Я это я. У меня есть принципы. И главный из них - не предавать.
Моя сила не в огне и стали, а в воле и разуме. Кулаки, оружие, магия - всего лишь инструмент.
Я смотрю на свое запястье и вижу, как на нём появляется татуировка. Две параллельные волнистые линии. Плата за помощь.
— Сехмет, он твой, — вслух даю отмашку львице.
— Что? — спрашивает Мальтус, и, тут же, понимает, что я имел ввиду.
Львица впивается ему в спину и начинает терзать её, пытаясь пробиться сквозь защиту. У неё не получится, я знаю, но я использую это, так необходимое мгновение для выполнения плана по выдворению мерзости с моей земли.
Подскакиваю и вливаю максимум энергии в руку. Это должен быть мой лучший удар за обе жизни.
Шаг влево, скручиваюсь, как те чуваки из бейсбола перед броском мяча, набираю максимум инерции и бью в грудь этому уроду. За долю секунды до удара я выпускают треть всей своей силы концентрированно ему в грудь.
Мальтуса отрывает от земли и он летит спиной назад, в которую вцепились Сехмет. Они врезаются в кусок разрушенной стены. Я не даю ему времени, чтобы опомниться, хватаю за ноги и выбрасываю наружу, за стену поселения.
Мы обязательно построим полноценные хорошие стены. И обязательно магии туда вбухаем, чтобы ни одна тварь не могла здесь появится, ни разломная, ни похожая на человека.
Главной причиной того, что я не кинулся в бой с этим ублюдком сразу, была опасность для деревни. Здесь женщины, дети, старики. Нельзя подвергать моих людей опасности.
Сжимаю кулак правой руки, а левой ладонью накрываю татуировку на запястье.
— Мара, сейчас!
Вокруг поселения, ровно по границе стен, вспыхивает защитный купол. Он словно тонированная плёнка, чуточку темноватая, через которую всё видно.
Когда Мальтус только начал рассказывать о том, что меня ждёт, в моей голове появился голос. Женский голос, в котором странно сочетались ледяная холодность и жар соблазна. Голос, который предложил мне справедливость.
Богиня смерти уравняла наши шансы и дала этой деревне защиту, в обмен на услугу для неё. Я не люблю подобные соглашения и потому, пообещал выполнить услугу, которая не будет противоречить моим принципам. Богиня согласилась.
Но если бы она не согласилась, то я не знаю, как бы поступил. Возможно, согласился бы на всё что угодно. Хорошо, что так не произошло. Ибо как выбрать между злом сейчас и возможным злом, когда-нибудь потом?
— Никому не выходить за пределы купола, пока я не скажу! Всем ясно? — я кричу очень громко, чтобы услышал каждый житель поселения, — Всеслав, на тебе контроль! Приготовьтесь к бою с тварями как следует, потому что я буду занят тем уродом! — киваю головой в ту сторону, куда выкинул Мальтуса, — если команды не будет, то нападаете после того, как я закрою все разломы! У тварей не будет подпитки и они станут слабее! — я отдаю команды и не слушая ни их бурчания, ни их мнения, выхожу из под защиты.
Все ближайшие твари сразу же реагируют на меня и бросаются в атаку.
С помощью Нарезателя я прокладываю себе дорогу к Мальтусу.
Сехмет, словно обезумев, все ещё пытается пробиться сквозь защиту инквизитора.
Он пытается её скинуть со спины, однако, львица сильно вцепилась когтями в одежду и не отпускает его. Злобно рыча, она рвёт клыками защиту у его шеи, которая мерцает красным в миллиметре от его кожи.
Я уже совсем рядом и Мальтус это видит. Одним движением Нарезателя он пропарывает своё одеяние спереди и сбрасывает его с себя, вместе с Сехмет.
Он остаётся в самом обычном термобелье. Кулон на шее, золотые цепи, куча всяких висюлек - всё это остаётся на земле.
Сехмет собирается снова броситься в атаку, но я останавливаю её и прошу уничтожить как можно больше тварей. Она подчиняется и с яростью бросается рвать их на куски.
Мне нужна сила. Нужна вся доступная энергия.
Я вытягиваю Нарезатель в сторону ближайшего разлома и забираю всю его силу, одновременно швыряя в Мальтуса небольшие шары Тьмы.
Закрываю разлом и сближаюсь с противником.
Такой яростной атаки от меня он совершенно не ожидал. Это видно, потому что сейчас он только и делает, что защищается.
Но я уверен, что его ответный удар может быть для меня смертельным, поэтому я продолжаю обстреливать его, не давая шанса выдохнуть и собраться.
Когда дистанция, наконец, позволяет атаковать Нарезателем, я бью им, метясь в грудь.
Мальтус совершенно спокойно отбивает мой удар своим Нарезателем. Когда два похожих клинка соприкасаются, от их столкновения в разные стороны разлетаются чёрные и красные искры.
Мальтус переходит в контратаку и мне приходится пятится.
Я ведь хотел научиться фехтовать! Но никого не было на моём пути, кто бы захотел меня этому научить. Да и не было времени заниматься этим.
Мальтус, будто играясь, размахивает клинком. Легко и непринуждённо.
Я отступаю назад, пытаясь выгадать момент для контратаки.
Мне даже начинает казаться, что инквизитор не способен устать. Он начинает ускоряться, все быстрее и быстрее нанося удары.
Я сосредоточен на этом красном клинке. Отбиваю его удары только благодаря интуиции. Каждый его удар может быть смертелен. Его клинок, словно живой! Всё время метит то в сердце, то в лицо.
Моя сосредоточенность играет против меня, когда с левой руки Мальтуса выстреливают две белоснежные молнии. Они бьют мне прямо в грудь.
Меня отбрасывает назад и я падаю.
Откатываюсь в сторону и только собираюсь встать, как его клинок уже почти у моего лица. Отталкиваюсь ногами и прыгаю спиной назад. В полёте начинаю отстреливаться от него мелкими шарами тьмы. Это позволяет мне выиграть немного времени и наконец, встать.
— Неплохо для новичка, Архат, весьма неплохо! — улыбается Мальтус.
От его тела во все стороны расходится тёмный туман. Все мои шары тьмы разбились о его защиту.
Всё, чего я на данный момент добился, это лишь несколько дыр в одежде инквизитора.
—В тебе есть ярость, — продолжает Мальтус, — ты умеешь отдаваться бою до конца, проявляешь творческий подход. Я с удовольствием обучу тебя сражаться Нарезателем. Он очень сильно отличается от обычного клинка. Ты даже не представляешь, насколько малой частью его возможностей ты пользуешься. Я дам вводный урок сегодня, а последующие, как присягнешь Эмилю.
Он то агрессивен, то радостно улыбается. Такие резкие перемены в его настроении лишний раз подтверждают мои догадки о том, что с психикой у него далеко не всё в порядке.
Мальтус вдруг взмахивает клинком и в мою сторону летит вертикальная полоса огня. Она не долетает совсем немного и осыпается на землю красными искрами.
— Это один из первых приемов, которым я обучаю. И тебя научу! Попробуй! Давай!
— Мальтус, сегодня я убью тебя и заберу всю твою силу! Тебе не помогут твои приемы и фокусы! Я еще не знаю, как именно, но я обязательно убью тебя! — провоцирую инквизитора и начинаю обдумывать идею, которая даст возможность завершить поединок моей победой.
— Зачем ты сражаешься, Архат? За кого? За волков, с которыми познакомился вчера? Или за девчонку, которую видел один раз? Они же первые предали бы тебя, будь ты на их месте! — инквизитор усмехается.
Он всё еще пытается вытащить меня на разговор. Я же, в свою очередь, внимательно наблюдаю за ним и одновременно ищу Сехмет. Самой её не видно, но немного в стороне я наблюдаю скопление тварей. Там настоящая куча-мала.
Прости меня, Сехмет. Я бы дал тебе немного энергии, но у меня буквально каждая крупица на счету.
— Хочешь, я расскажу тебе, что о тебе говорили в твоей прошлой жизни? Кстати, а ты в курсе, что Меньшиков приказал убить тебя? — он перескакивает с темы на тему, — в курсе, что Долгоруков со своим недобитком призраком обдумывают прямо сейчас, как сподручнее всего убить тебя? Варианты ищут. Тебя боятся, Архат и потому, предадут, при первой же возможности, — говорит Мальтус, с уже бесящей меня усмешкой.
Он словно сеятель, широкими взмахами руки раскидывает семена сомнений. То, что должно дать, по его мнению, плод предательства.
— Всю жизнь тебя сравнивают с теми, кто был лучше тебя. Всю жизнь тебя пинают тем, что ты мог лучше! Ты уже умер разочек и ничего не изменилось! Вечная гонка, в попытке доказать всем вокруг, что ты тоже имеешь право на счастье. На спокойную жизнь. Медленную, размеренно жизнь, — инквизитор вздыхает, — время, мой будущий друг, бесконечно! И я могу дать тебе его! Думаешь, если бы ты не умер, то что-то изменилось бы? Старел бы себе, бесконечно сожалея о просранной жизни. Законсервировался бы в прошлом, депрессивный и унылый, с глазами трупа. Собирал бы монетки в коллекцию. А сдох бы также бесполезно и неинтересно, как и жил!
— Я собирал бы фигурки супергероев из мультиков детства, — пытаюсь запутать его своим ответом ему и коплю в руке энергию.
Всю энергию, которая доступна мне. Делаю ее максимально плотной. Так, как показывал тот старик Воронин, в полицейском участке. Да, сейчас Мальтус видит, что я собираю энергию, но он не знает, что я хочу сделать.
— Чего? — Мальтус запинается в своём пропагандистском монологе.
Видимо, он не понял, что такое «супергерои». Да и плевать мне, чего там он не понял. На это и была сделана ставка.
— Ты думаешь, что знаешь меня. Думаешь, что говоришь обо мне. Но на самом деле, ты говоришь про себя, — я отвлекаю его и пытаюсь выдать максимально длинный монолог, — про свою боль и про свои неудачи. Ты же несчастен, и таким был всю жизнь. Ради того, чтобы иметь власть и судить других людей, ты стал инквизитором. Ты убиваешь людей, только потому, что они иначе живут или думают. Тебя в детстве наверное били и обижали? Только это не причина становится ублюдком. Я знаю парня, которого приговорили к смерти при рождении и выкинули подальше от себя. Он не сломался, он сражался как мог и не озлобился, как это сделал ты!