Наследник проклятого дара
![Наследник проклятого дара](/uploads/covers/2024-05-05/naslednik-proklyatogo-dara-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Сергей Карпов
- Жанр: Попаданцы / Самиздат, сетевая литература
Читать книгу "Наследник проклятого дара" полностью
Глава 6. Ну что ж, потанцуем!
Кабинет главврача больницы имени Великой Княжны Марии.
— Аристарх Александрович, — в кабинет забежала одна из практиканток, присланных из Магической медицинской академии, — Аристарх Александрович! — она суетилась и бегала из угла в угол.
— Остановитесь и расскажите спокойно, как подобает! — врач раскинул руки, — что произошло?
Аристарх Александрович не любил лишней суеты. Он считал, что настоящий врач просто не имеет права на волнение и суету. И потому, всегда был строг с теми, кто подобное допускал. И не имело значения, кто перед ним, маг жизни или обычная медсестра. Была бы его воля, он бы всех пришедших из Академии отправлял бы на стажировку в санитары. Там быстро привыкают к стрессу и потом, больше не допускают паники.
Практикантка замерла. Выдохнула и продолжила.
— Княжич Мещерский пришёл в себя и вокруг него облако чёрной энергии, видимой даже в обычном спектре зрения! — вскрикнула практикантка.
— О как! Хорошо, тогда я направляюсь к нему. А вы идите и доложите службе безопасности, чтобы прислали отряд с транквилизаторами, — Аристарх Александрович и сам немного всполошился от этой информации, но постарался не показывать этого.
Случай с княжичем действительно уникальный. Главврач прошерстил все доступные и не совсем доступные источники, но не нашел ничего похожего. Это настораживало.
В процессе поиска информации Аристарх Александрович пришел к выводу, что после каждого пробуждения Дара стихии Тьмы с носителями этого Дара случались беды. А носители подобных Даров, в основном, отмечались в истории уничтожением всего вокруг себя. А потом, эти носители исчезали без следа.
Аристарх Александрович не нашёл более подробной информации о стихии Тьмы. Разве что, всякие народные сказки были полны страшных историй. Но то фольклор, а не наука.
Главврач сложил бумаги в аккуратные стопочки, встал из-за стола и отправился к княжичу Мещерскому, рожденному Зубовым.
****
Канцелярия Его Императорского Величия.
Князь Меньшиков, занимающий должность канцлера, читал доклады от начальников служб и отделов, когда в кабинете раздался звонок по особому, красному телефону. Телефону который был для экстренных случаев и всегда отождествлялся либо с войной, либо с подобного уровня событиями.
— Князь Меньшиков на связи.
— Говорит капитан Лисицын, командир разведгруппы. Разлом третьего класса в первом кадетском корпусе, — в трубке телефона слышны звуки боя, — прорыв разломных тварей в неустановленном количестве. Связь в радиусе километра нарушена, работают только телефоны на кристаллах силы. Прошу подкрепления!
— Принял. Подкрепление будет в течении пятнадцати минут. До этих пор приказываю сдерживать прорыв любыми средствами и силами. Привлеките гвардию Долгоруковых. Конец связи, — Меньшиков положил трубку.
Тут же зажал селектор связи с секретарём.
— Всех командиров силового блока ко мне! Срочно! — после этого, он положил трубку, ещё раз посмотрел на красный телефон и снова поднёс трубку к уху. Зажал кнопку вызова министра обороны, обязанности которого исполнял сын императора, Ярослав.
— Ваше высочество, в кадетском корпусе открылся разлом. Третий класс с хаотическими примесями энергии. С прорывом тварей. Прошу содействия спецназа, — Меньшиков стремился задействовать все имеющиеся силы.
— Что?! — голос в трубке раздражённо зарычал, — через двадцать минут все имеющиеся группы будут на месте, — ответ министра не заставил себя ждать, — для оцепления силы требуются? — моментально ухватив самую суть ситуации, граф Новиков не стал задавать лишних вопросов.
— Первое кольцо оцепления мы закрываем полностью, если заберёте второе кольцо, будет хорошо! Второй радиус в пять километров перекрыть можно и обычными солдатами.
— Понял, всё будет, — министр бросил трубку.
Меньшиков вышел из кабинета. Там его уже ожидали командиры силового блока.
— В кадетском корпусе появился разлом. Произошел прорыв разломных тварей. В течении десяти минут всем подразделениям прибыть на место и занять оборону! — командовал Меньшиков, — первая задача - не дать тварям прорваться в город. Разрешаю использовать любые средства поражения, в том числе защитный купол проекта «Авалон». Вопросы? — он не сделал даже секундной паузы и продолжил, — вопросов нет. Начальником временного штаба назначаю командира первой дежурной группы. Аналитический отдел закрепляется за вами. Вам поручаю спланировать оборону и предоставить выкладки по устранению последствий. Выполнять!
Через тридцать секунд коридор опустел, а Меньшиков, раздавая указания по личному рабочему телефону, направился в Императорские покои на доклад.
Разлом в центре Москвы это катастрофа. И закрывать его некому. Последний кто был способен на подобное, князь Зубов. Но он мёртв уже как шестнадцать лет, а его сын валяется без сознания после пробуждения Дара. Да и толку от пацана? Даже если бы он и обладал этим Даром, только хуже бы сделал, при попытке закрыть разлом, по своей неопытности.
В том, что разлом произошел из-за выброса силы Мещерского, канцлер уже даже не сомневался.
Меньшиков помнил, сколько Платона Зубова обучали в Академии. Семь лет ушло на то, чтобы он научился контролировать свой Дар и закрывать разломы. Он он мог закрывать далеко не все подряд разломы, а только стихийные. А как взялся за подобный разлом, третьего класса, так и надорвался. Не смог удержать отравленную энергию разлома и его буквально разорвало.
****
Открываю глаза. Я в белой палате. Тело будто онемевшее. Слышу, как открывается дверь и кто-то заходит в палату. Подходит ближе. В расплывчатой фигуре я узнаю седовласого врача.
— Я в госпитале? — пытаюсь покрутить головой.
— Совершенно верно, — отвечает врач и внимательно смотрит на меня.
Бросаю взгляд на руки. Одна рука прикована наручниками к одной стороне кушетки, вторая к другой. Это что за фигня? Эти браслеты больше похожи на кандалы, чем привычные моему старому миру полицейские наручники. Ещё и тусклый жёлтый свет от них исходит. Видимо, заколдованные, чтобы маги всякие не смогли сбежать.
— А это зачем? — показываю взглядом на браслеты.
Тело будто колет иголочками. Ко мне понемногу возвращается чувствительность.
— Это чтобы вы, княжич, не смогли навредить себе и окружающим. Пробуждение Вашего Дара было весьма необычным и опасным. — Врач поправляет очки и смотрит в карточку пациента. Что-то усердно пишет.
— А дальше? — сморю на него, ожидая, что он продолжит говорить.
— А дальше? — повторяет за мной, — дальше Вам тут отлежаться нужно пару дней. Мы будем брать пробы и контролировать изменения в ауре. Стихия Тьмы вещь редкая и часто, опасная для самого носителя.
Ну отлично, что сказать?
Я пробую включить магическое зрение и у меня получается. Я вижу все потоки силы, вижу как на блокираторах мерцает зеленоватая вязь непонятных символов. Значит на меня не действуют эти кандалы? Или я могу внутри себя сколько угодно магичить? Интересно, а выйдет ли магия наружу?
Уж не попал ли я в такую неприятную историю, в которой из меня сделают подопытного кролика? Ну, всё же я сын князя. Не должно быть такого.
В дверь постучали.
— Войдите! — не отрываясь от своих записей, громко произнёс доктор.
Если я правильно понимаю логику событий, то сейчас мне будут задавать вопросы. Наручники на мне ведь не просто так.
— Княжич, рад, что Вы пришли в себя! — в палату заходит мужчина в форме без знаков отличия.
Я молчу. Всё, что нужно, мне скажут и так.
Видно, что не с проста он тут. За мной пришёл.
— Я следователь Особого отдела Жандармского корпуса Канцелярии Его Императорского Величества, барон Чаруев Николай Яковлевич, — он потянулся и пожал мою руку, закованную в наручники.
— Я задам Вам несколько вопросов, — начинает барон, — от ваших ответов будет зависеть, как события будут развиваться дальше. У меня здесь микрофон, — он показывает на нагрудный карман, — нас в прямом эфире слушает аналитический отдел. Если Вы будете увиливать от ответов и не пойдете навстречу следствию, то мне придётся использовать ментальную магию. А это, уж поверьте, очень неприятная вещь. Я хоть и являюсь хорошим менталистом, но мне совершенно не приносит удовольствие копаться в чужих мозгах и доставлять хорошим людям мучительные головные боли, — елейный и мягкий голос следователя лился одним сплошным потоком.
— Хорошо, спрашивайте, — я киваю ему, в знак согласия.
Я совершенно уверен, что он, прямо сейчас попытается залезть мне в разум. Это как у карточного фокусника. Тебе показывают куда смотреть и ты не видишь, что происходит на самом деле.
— Княжич, зачем вы обратились к Хаосу? — барон смотрит на меня мягко и по отечески улыбается.
— Я не обращался к Хаосу, — пожимаю плечами.
Какой вопрос, такой ответ.
— Значит, вы обратились к Инферно? Это из-за насмешек товарищей? — его голос излучает заботу и соусвствие.
Он настоящий профи. С первых минут разговора с ним, всё становится ясно. Нужно быть с ним предельно внимательным. Каждый его вопрос - это попытка вывести меня на эмоцию, заставить потерять концентрацию.
— Нет, ваша светлость, я не обращался ни к Инферно, ни к Хаосу.
— Я вам, конечно же, верю. — барон слегка улыбается, — но вы сами представьте, как это выглядело со стороны. Вы претерпевали насмешки. И простите за то, что напоминаю, но унижения тоже, — барон встал со стула и замельтешил по комнате, — мы выяснили, что с вами регулярно обходились так, как привыкла обходиться друг с другом чернь. Дети солдат не склоны к благородству мыслей и поступков. Вы были белой вороной. Так ещё и кадетский корпус принадлежит Долгоруковым, с коим ваш отец враждовал, — следователь прервался, достал из портфеля бумаги, — вот, здесь у меня отчёты аналитиков и истинная картина такова: вы, в порыве обиды, обратились к запрещённым силам и приняли Хаос либо заключили договор с кем-то из плана Инферно. Именно поэтому Вы в блокираторах магии.
Он замолчал на минуту, положил бумаги на кровать и продолжил.
— Я не собираюсь Вам вредить, княжич. Я здесь, чтобы помочь. Помочь выбраться из того ужаса, которому Вас подвергли, прежде всего, ваши родственники.
— Я не понимаю вообще, о чем Вы говорите, барон! — Я немного повышаю голос.
Пусть думает, что ему удалось зацепить меня.
— Ну как же! Вы наследник владетеля Мещеры! Вы тот, кто должен быть дома и участвовать в делах княжества. Или, как минимум, учиться в Пажеском корпусе, чтобы после выпуска и пробуждения Дара отправится учится в Высшую Академию Магии. А что мы видим в реальности?
Барон больше не вкрадчив. Он серьёзен. Его голос значительно меняется и источает раздражение.
— Что Вы видите, барон? — я специально отвечаю чуть сдавленно.
— Я вижу, что Вас, наследного принца, отправляют с самого детства в круг солдатских детей, бастардов и сирот. Я вижу, что Вас там целенаправленно пытаются унизить и загнобить. Я мог бы поверить, что это такое специальное воспитание, закалка характера, но вот остальные дети князя Мещерского учатся в самых элитных учебных учреждениях. Это ведь потому, что Вы приёмный и Вы не Мещерский, а Зубов, так?