Каждому по труду!
![Каждому по труду!](/uploads/covers/2024-04-17/kazhdomu-po-trudu-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алексей Викторович Широков
- Жанр: Попаданцы / Технофэнтези / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Каждому по труду!" полностью
Глава 14
— То есть мы стартуем с пляжа, плывём вдоль берега до посёлка Голубой залив, — я провёл пальцем по расстеленной на столе карте, — затем переодеваемся, садимся на велосипеды и чешем до…
— Кочек. — ткнул в точку на карте физрук. — И не смотри так на меня, не я маршруты составлял. А оттуда уже бежите до посёлка Москвинка.
— По трассе? — я ещё раз внимательно изучил маршрут. — Или тут грунтовка? Масштаб крупноват, непонятно.
— Вроде бы асфальт есть, — вздохнул Спиридонов. — но сам понимаешь, далеко не факт, что он на самом деле остался. Две беды никто не отменял. Да и чего тебе переживать, есть дорога, нет, вы ж Разрядники!
— Ну да, в конце октября почти три километра плыть на открытой воде — мы ж Разрядники. Комсомольцы и члены партии. Хренли нам, кабанам, — я плюхнулся на стул. — Какое удобное объяснение. И когда всё это удовольствие состоится?
— К седьмому ноября приурочено, — пожал плечами Владимир Васильевич. — Точная дата будет известна на днях.
— Да что все как с цепи сорвались с этим седьмым ноября! — я рубанул воздух рукой, но видя ошалевшие глаза физрука, быстро исправился. — Да я про то, что День Великой Социалистической революции — это прекрасно, но, блин, накладки же будут! Что мешало распределить равномерно на весь месяц до или после. Или две недели так, две так. Ведь тоже же самое бы вышло. А так все хотят именно пятого или шестого и чего? Кому от этого лучше.
— Ну… так-то ты прав, — отошёл от шока Спиридонов. — по логике. Но как-то традиция уже что-ли. Всегда так делали. Оно, конечно, было бы удобнее если бы время было больше. Я вон уже всю голову сломал, как тебя на многоборье засунуть.
— Нафиг многоборье и фехтование туда же! — я мгновенно принял решение, не став заморачиваться. — Сосредоточимся на триатлоне, и рукопашке. Лучше синица в руках, чем утка под кроватью.
— Тоже правильно, — вздохнул физрук и недрогнувшей рукой перечеркнул график. — Тогда получается, что в целом накладок быть не должно. Рукопашка идёт третьего. А триатлон пятого будет или шестого, успеешь восстановиться. Раньше его точно не поставят, мне знакомый из РОНО шепнул по секрету. Выходит, у нас около месяца на тренировки. Придётся пахать. Ты как вообще, хорошо плаваешь? А на велосипеде ездишь как?
— А нельзя на мотоцикле, — я вдруг осознал, на какую авантюру подписался. — Не то, чтобы я вообще на велике никогда не сидел, но это было давно и неправда. С плаваньем у меня всё нормально и брассом могу и кролем, но техник не знаю. Мы как-то больше на паркур налегаем, это так свободный бег по пересечённой местности называется, включая городскую застройку.
— Ага слышал и даже видел, — прихвастнул Спиридонов. — Был в Чехии на конференции работников физической культуры, и там французская делегация проводила показательные выступления. Но не знал, что у нас тоже этим занимаются.
— В том же виде, что в Европе нет, — я покачал головой. — У нас более прикладной стиль, так что за финальный отрезок я не переживаю. Надо будет, могу прямо по деревьям скакать как бешеная белка. А вот с велосипедом…
— Не бздеть! — хлопнул по столу Владимир Васильевич. — Я сейчас подготовлю тебе железного коня и договорю чтобы нас на велотрек пустили. Хорошо бы на трассе попробовать, но погода сам видишь. Как бы к седьмому снег не выпал. Короче погоняем тебя для начала на велотреке, потом как дождя не будет, попробуем асфальт. Ну и уже ближе к старту перейдём на условия максимально приближённые к боевым. Эх, нам бы месяца три, а лучше полгода… но чего уж. Ты сам то, как, готов⁈
— Как пионер, — я кивнул. — Интересно будет попробовать себя в чём-то новом. Только вы мне правила по рукопашному бою найдите. Подготовлюсь я сам, есть с кем, но нужно знать, что можно, чего нельзя, а то не хотелось бы дисквал схватить.
— Держи! — Спиридонов покопался в столе и кинул мне пару брошюр. — Прошлогодние, но там ничего не менялось. Изучишь, я тебя потом поспрашиваю.
— Лады, — я сунул их в сумку и поднялся. — Побегу я. А то у меня скоро первый раз факультатив будет. Надо подготовится, материал повторить.
— Беги, беги, — махнул рукой физрук. — Зайду послушать.
Я кивнул и вышел из тренерской. Не то чтобы мне прям хотелось участвовать во всех этих соревнованиях, но, с другой стороны, я подумал, а почему нет? Это же тоже приключение, к тому же там будут равные мне по силе соперники. Кто ж откажется проверить, насколько он на самом деле хорош. Так что я согласился. Тем более это позволяло немного отвлечься от текущих проблем или, точнее, навалившейся бытовухе.
Несмотря на приезд Стравинского экспериментаторы меня пока не трогали, давали время восстановиться морально и физически. Причём первое было даже важнее, энергию я быстро восполнил комплексом с полным погружением в сатори. Эффект таких тренировок был феноменальным, правда я старался не злоупотреблять, а то слишком легко войти в режим бесконечного повторения и сжечь себя нафиг. Но если не борщить вполне можно было развиваться семимильными шагами. Я даже подозревал, что даже без бустов в виде тёмных шаров выйду на пятый Ранг в течении пары месяцев или в крайнем случае до Нового года, что как бы тоже считалось невероятно быстро.
На тренировке тоже не наседали, видать Анастасия предупредила мужа, чтобы мне включили щадящий режим. Так что я не смог сдержать обещание, данное Ваньке, пришлось подключать ребят. Получилось… да никак не получилось. Шило честно выстоял против каждого из нас, и хоть трижды терял сознание остался на ногах, но… результата это не дало. Однако, Выгорский в приказном порядке освободил Ивана от занятий на неделю, дав указание максимально расслабиться, успокоиться и даже не думать о прорыве. Дескать, битва вполне могла послужить катализатором, но передавив можно навредить, а вот наоборот, расслабившись и отдохнув — добиться прорыва. Собственно, то же самое я говорил Зевсу.
И вчера позвонил Шилов-старший, сказал, что сына забрали по скорой, дескать резко поднялась температура, начало трясти, давление принялось скакать как сумасшедшее. Приехавшие врачи заявили, что это вполне могут быть симптомы тяжёлого прорыва и увезли под присмотр специалистов. С тех пор конкретной информации о его состоянии не было, но на телефон пришло сообщение с единственным смайлом поднятого большого пальца, так что я не волновался. В нашей компании Разрядников прибыло. А там глядишь, и Зевс выстрелит. По крайней мере, когда били Ваньку, он смотрел на это очень задумчиво. По любому как станет известно о прорыве Шилова тоже попросится в круг.
Получив неожиданный мини отпуск, я наконец, доделал вторую часть «Красного удара», приведя Льва Ивановича в полный восторг. Тот от избытка чувств пытался меня даже расцеловать, но я не дался, зато притушил эмоции кооператора, переведя разговор в деловое русло. Предложил ему ставить обе части на автоматы, благо технически это было совершенно не сложно. Подумав, Шилов отказался, точнее отложил до того времени, когда у нас будет больше игр. Тогда, для экономии места вполне можно будет задействовать один автомат. А пока франшиза пользовалась огромным успехом и зачем нам самим себе снижать прибыль. Что лучше, продать один аппарат или два? Вопрос закрыли, но насчёт популярности у меня забрезжила не оформившаяся идея, которую следовало как следует обдумать и посоветоваться с Цемелем. Старый еврей был мудрым и знал многие подводные камни той сферы куда я хотел вторгнуться.
Наконец, удалось встретиться с Михой лично, а не по телефону или мылу. Хомяк заматерел, в смысле продемонстрировал кое какие наши наработки преподам в институте, вызвав у тех если не восторг, то крайнюю заинтересованность, от чего его пригласили на кафедру младшим лаборантом. Оказывается, такое было возможно, хоть первокурсников старались не брать. Но для Мишки сделали исключение, и теперь он чего-то там кодил по заданию научных сотрудников. Это съедало прилично времени, но я наседать не стал. Птичка обновлялась в штатном режиме, с онлайн-радио я сам ковырялся в свободное время, просто ставя Хомяку задачи и отслеживая исполнение, форсировать работы смысла не имело, так что пусть занимается. Единственное, что стоило заехать к нему и договориться чтобы за парня взялась кафедра физкультуры, а то мне показалось он расслабился в этом вопросе, но это я отложил на потом. А так, в целом, неожиданные выходные проходили весьма продуктивно, так что я находился в благодушном состоянии, когда меня зацепила наша рыжая комсорг.
— Семён!!! — Аня коршуном вцепилась мне в рукав и потащила куда-то по коридору. Ну как потащила, попыталась. Сдвинуть с места меня у хрупкой девочки никак не получалось. — Где ты ходишь?!! Идём, у нас собрание комитета! Ну идём же!!! Сказали всем быть!
— А я тут причём? — я не торопился, нутром чувствуя, что мне там не понравится. — Ты комсорг, цепляй Эдьку, он староста и вперёд.
— Ты обещал, что будешь активом! — наставила на меня палец Анна, а я передёрнулся от крайне отвратительной ассоциации, которая здесь никому и в голову прийти не могла. — А сегодня общее собрание комитета техникума! И нам нужно быть обязательно!!!
— А иначе небо рухнет на землю, прольётся огненный дождь, реки покраснеют и выйдут из берегов… — начал я, но видя серьёзное лицо девчонки передумал стебаться. — ладно, пошли. Надеюсь, это ненадолго.
В актовом зале мы оказались перед самым началом. В зале уже сидели комсорги групп, старосты и активисты, типа меня, а на сцене, за длинным столом устроился президиум, в котором я с удивлением увидел не только Егора Титова, это как раз ожидалось, а вот Фомина там была не к месту. Понятно, что в технаре у неё был режим максимального благоприятствования, но всё равно, первокурсницу сажать в президиум это вызов. Недаром тот же Егор то и дело косился на соседку, хоть и пытался держать морду тяпкой. Впрочем, меня эта подковерная возня не касалась, я нашёл пустые кресла не слишком далеко и пропустив Аню плюхнулся на то, что ближе к выходу.
— Время! Закройте двери! Кто опоздал, с ними будем потом разбираться! — объявила некрасивая дамочка лет двадцати пяти с лицом, обсыпанном оспинами от подростковой угревой сыпи, как я понял, являющаяся председателем комитета комсомола техникума. — Начинаем. Итак, на повестке дня разбирательство по делу об аморальном поведении Иванова Сергея по заявлению его жены Ивановой Надежды, а так же организационные вопросы, касающиеся предстоящего празднования очередной годовщины Великой Октябрьской Социалистической революции. Предлагаю начать по порядку. Есть возражения? Нет. Тогда слово предоставляется Ивановой Надежде.
На сцену поднялась немного полноватая девица примерно того же возраста, картинно прижимая платок к абсолютно сухим глазам, и всхлипнув, встала за трибуну. Я поморщился, зло покосившись на Аню, почувствовавшую моё недовольство и убравшую взгляд. О подобных судилищах я слышал, но самому участвовать не доводилось, хотя справедливости ради, моё альтер-эго, чьё место я занял в этом мире частенько на них бывал. Аморалку ему шили регулярно, это ведь не только измены, но и пьянство, мат в общественном месте, курение, короче всё, что не совпадало с кодексом морального облика строителя коммунизма. Я-то своё поведение резко поменял, от чего на правило меня уже не тягали, а вот теперь довелось и самому побывать в роли судьи, и, как назло, в самом поганом деле какое только можно придумать.