Месть колдуна или Приключения медвежатника
![Месть колдуна или Приключения медвежатника](/uploads/covers/2024-04-22/mest-kolduna-ili-priklyucheniya-medvezhatnika-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алекс Войтенко
- Жанр: Попаданцы / Приключения
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Месть колдуна или Приключения медвежатника" полностью
Глава 12
12
Мало ли какие, могли возникнуть вопросы, подумал я, тем более, что сходя на берег, я говорил с мастером смены, и тот мне предложил если что сослаться на него, при подписании следующего контракта. Как оказалось, в этом случае, могут предложить более высокую оплату труда. То есть в данный момент, я буду устраиваться на судно не человеком со стороны, а зарекомендовавшим себя работником, и в конкретную бригаду. Подобные вещи только поощрялись.
Правда, говорить мне пришлось, не с очередным клерком компании, а со следователем полиции, который сразу предъявил мне обвинение в ограблении Алекса фон Хорна. Ради интереса, я все же спросил.
- Если стало известно, что в ограблении замешан именно я, почему тогда меня не сняли в ближайшем порту, и не обвинили в этом гораздо раньше?
- А зачем? У вас подписан контракт с компанией. Работаете вы на судне, без каких либо замечаний. Поэтому есть высокая вероятность того, что вас не высадят посередине контракта, где-то в стороннем порту. Следовательно, по окончанию контракта, вы все равно окажетесь здесь и в любом случае понесете заслуженное наказание. Да и дирекция производственного судна, тоже была об этом предупреждена. Так что иной участи вам не светило.
- И на какой срок я должен рассчитывать?
- Я не судья, но вполне возможно суд учтет ваши обстоятельства, и скорее всего ваше тюремное заключение не продлится больше одного года. Правда пострадавшая сторона выдвинула иск на моральную компенсацию, но не думаю, что сумма превысит две тысячи марок. Примерно эта сумма потребовалась на восстановление утраченных документов.
Так оно и произошло. В качестве обстоятельств дела, я рассказал о том, что меня избили и оставили без денег и документов, и мне не оставалось ничего иного, кроме того, что либо сдаваться полиции пытаясь что-то доказать, либо искать какие-то другие пути. А ту на моем пути встретился паренек очень похожий на меня самого. И я решил, что это знак свыше, и поэтому завладел его документами. А чтобы как-то устроить свою жизнь подписал контракт на рыболовный траулер, надеясь, и заработать и на то, что за полгода плавания все уляжется. И наверное все так бы и произошло, будь Алекс фон Хорн, и обычной семьи. Но здесь все было иначе, и стоило объявить розыск, как компания, с которой я подписал контракт, тут же сообщила об этом куда следует, и уже через пару месяцев после моего отплытия все стало известно.
Мне дали год с отбыванием заключения в Исправительном Учреждении Ослебсхаузен в пригороде Бремена. Если бы заранее знал, что придется отбывать срок в такой тюрьме, наверное, не стал бы терять времени, на ловлю рыбы, а сам бы пошел и сдался полиции.
С виду это было, в общем-то, обычное пенитенциарное учреждение, где отбывали заключение мелкие преступники и обычные немецкие пенсионеры. Вот такой вот выверт судьбы. Как мне рассказали «местные жители» то есть осужденные, подобное практикуется сплошь и рядом. Все об этом знают, и по большому счету идут навстречу пожилым людям. Оказывается немецкие пенсии по старости, довольно низкие, и если с большой натяжкой их хватает в теплое время года, то в холодное, увы, их совершенно недостаточно. Поэтому местные старички нашли, довольно простой, выход из положения. Оказалось, что достаточно на глазах любого полицейского разбить витрину, какой-нибудь мелкой лавки, или обругать прохожего матом, и нарушителю, местный судья, гарантировано выносит от трех, до шести месяцев тюремного заключения. Причем сидеть чаще всего приходится неподалеку от того места, где было совершено преступление. Во время отбывания наказания, по мере сил люди работают, тем самым гася задолженность по денежной компенсации потерпевшему. Зато проводят всю зиму в относительном тепле и при бесплатном питании. При этом, за примерное поведение, имеется возможность вдобавок ко всему получить увольнительную на выходные, прогуляться по городу, попить пивка, а может и сходить в гости к детям или жене. И это считается вполне приемлемым образом жизни. А почему бы и нет. Пока глава семьи отбывает наказание в тюрьме, его суженая пользуется все так же начисляемой пенсией супруга. Согласитесь одной жить на две пенсии гораздо проще. Да и супруг в этот момент одет, обут, накормлен и при деле. И все довольны и счастливы.
Тоже самое касается, в общем-то, любого осужденного этого заведения. При тюрьме имеется большое производственное здание, в котором варят ажурные заборы, украшая тем самым город. То, что оплата за эти работы вдвое-втрое ниже, чем в любом другом месте, воспринимается вполне адекватно. Чего еще желать-то. Тебя одевают, обувают, кормят и дают заработать. Пусть немного, но тем не менее. Например, те же советские тюрьмы не идут с этими учреждениями, ни в какое сравнение. Кроме этого цеха есть еще небольшая автомастерская, и даже автошкола, и по выходу из тюрьмы, можно совершенно бесплатно получить водительские права или профессию автомеханика. И та и другая, достаточно востребованные специальности. И потому есть надежда получить работу, по любой из них.
Для жилья предоставляются уютные комнатки да двоих. Назвать их камерами, как-то не поворачивается язык. Конечно, жить со старым человеком в одной комнате достаточно сложно, но с другой стороны, здесь даже в сравнении с кубриком рыболовецкого судна гораздо уютнее. Комнатка, достаточно просторная две кровати одна напротив другой, платяной шкаф, небольшой стол для еды, и довольно широкое окно. Хоть и забранное решеткой, но скорее не из-за опасения побега, а из-за опасения суицида. Да и вроде как положено, чтобы в тюрьме имелись решетки. Стены в камере идеально оштукатурены, и окрашены в нежно салатовый цвет. Чуть в стороне находится небольшая перегородка, за которой расположен санузел, включающий душ, умывальник и унитаз. Хотя перегородка и имеется, но она прозрачная, и видно все, что за нею происходит, но посторонние запахи, эти перегородки все же удерживают. Сделано это скорее для охраны, потому что входная дверь в камеру закрывается только на ночь. Все остальное время двери нараспашку. Можно свободно перемещаться по коридору или входить в соседние помещения. Здесь считают, что общение с другими осужденными, помогает им быстрее адаптироваться здесь, и быстрее встать на путь исправления.
Кормят, правда, довольно скудно. С другой стороны – тюрьма. Да и потом, если есть деньги, можно на выходные отпроситься в увольнение, и уж там оторваться по полной. Пьянка, разумеется, не приветствуется, как и везде, но за кружку другую пива никто и слова не скажет. Считай национальный напиток. Да и так, еда не сказать, чтобы дешевая, но и не особенно дорогая. Раз в неделю позволить себе хорошо пообедать я вполне способен. Кстати за ущерб мне начислили всего полторы тысячи марок, при этом эти деньги никто и не собирался требовать сразу и одной кучкой, высчитывают потихоньку с тюремного заработка, глядишь к концу срока, где-то третью часть заплачу.
А после тюрьмы, мне предстоит пойти в армию. Оказывается армия здесь, не только долг отчизне, но и списание всех собственных долгов. Денежные отчисления разумеется сохраняются, а все остальное списывается подчистую. Если у тебя и были какие-то судимости, нарушения и тому подобное, после армии, ты оказываешься, совершенно чист. Правда это касается не всех статей уголовного права, но моя статья точно подпадает под это определение. При желании, можно даже сменить имя. Не всегда, но тем не менее такая возможность есть. Но задуматься об имени, пришлось даже несколько раньше. Еще перед началом суда меня спросили о моем настоящем имени. Тогда я и подумал, почему бы мне не вернуть старое имя, Михаэль, вполне созвучно с Михаилом, а вот Потапов? С другой стороны, в русском языке медведя довольно часто зовут Михайло Потапыч, почему бы и мне не взять медвежью фамилию, тем более, что по профессии, я тоже – Медвежатник, вот и пусть фамилия говорит о моем призвании. Бернгард – означает сильный медведь, и мне вполне нравится. И потому весь следующий год, отбывая наказание, я провел под именем Михаэль Бернгард. Именно на это имя, я и получил водительские права, отучившись в тюремной школе.
Кстати, мои способности «заговора» и «Узор познания» так и не вернулись. Сколько бы я не пытался воспользоваться ими, ничего не выходило. Похоже, проклятие колдуна, в ту роковую ночь, лишило меня этих способностей. Да и видение металла, осталось далеко не в полной мере. Радует хотя бы это, но без инструментов увы сделать ничего не получится, поэтому приходится только облизываться, на казалось бы вкусное содержание некоторых мест, и с сожалением проходить мимо. А ведь с сегодняшними реалиями нахождения в тюрьме, можно было бы здорово поживиться. Кто подумает, что вышедший в увольнение заключенный ограбит банк? Или например вскроет домашний сейф какого-то богача, а после вернется в места заключения и спокойно продолжит отбывать срок.
Год отсидки пролетел, практически незаметно. Вначале, когда меня только привезли на место, и я увидел многочисленные трех-четырех этажные старые постройки из красного кирпича, меня охватило чувство страха. Все-таки, если о положении в советских тюрьмах я знал достаточно многое, то, что ждало меня здесь было совершенно неизвестно. В сознании мелькали кадры Освенцима, с колючей проволокой под напряжением, и голодными осужденными в полосатых робах, с протянутыми руками и набитыми на запястьях наколками с личными номерами.
Действительность оказалась совсем иной. Во-первых, предоставленная мне для проживания комната, которую трудно было назвать камерой. Во-вторых, распорядок дня, где предусматривался полноценный выходной день, с примечанием о том, что если в течении месяца, будут отсутствовать замечания касающиеся моего поведения, то со следующего месяца, я имею право на увольнительную сроком до двадцати четырех часов в месяц. То есть могу эти сутки взять единовременно, а могу растянуть их на весь месяц, выходя в город каждое воскресенье.
- А побегов у вас в тюрьме не было? – Сразу же возник вопрос.
- Был один, но после того, как беглеца задержали, оказалось, что у него имелась на то уважительная причина.
Услышав это я едва не упал со стула. Представляете!? Уважительная причина для побега из мест заключения. Оказалось, что у осужденного заболел кто-то из родителей, и поэтому он сбежал из тюрьмы, чтобы оказаться рядом с ними. Не, я все понимаю, но почувствуйте разницу. Вдобавок ко всему здесь в Германии считается, что стремление к свободе, естественная реакция нормального человека. Поэтому здесь нет наказание за побег. Тебя, просто возвращают на место заключения, и самое многое как могут наказать, так это лишить увольнения в ближайшие пару недель.
За время нахождения в тюрьме, мне удалось освоить две специальности: автомеханика, и водителя автомобиля. Так что на свободу я вышел не со справкой об освобождении и напутствием «идти на…» все четыре стороны, как это обычно происходит в советских зонах. А с вполне нормальным паспортом с гражданством ФРГ и водительскими правами с правом работы на грузовиках, и свидетельством об окончании курсов автомехаников. Кроме того, у меня хоть и оставалась задолженность по постановлению суда, никто не требовал ее моментальной выплаты. Просто устраиваясь на очередное место работы, нужно было сообщить работодателю, об исполнительном листе, и все. Просто в противном случае, могли повысить процент выплат. Да и по большому счету, о тех копейках, что отправлялись, от моего имени потерпевшему не стоило и вспоминать. Суммы были ничтожными и по большому счету, ни на что не влияли.